Сухарев Юрий

Календарь

Август 2018
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Июл    
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Капков К.Г. Духовный мир Императора Николая II и его Семьи. 7. Царь и пророчества о нем 8. Литургический статус Царя

ЦАРЬ И ПРОРОЧЕСТВА О НЕМ

 

Вот, иду, как <…> написано обо Мне…385

Бытует мнение о существовании пророчеств касательно судьбы Императора Николая II, с которыми Государь был ознакомлен. Были ли они, и насколько повлияли на мировоззрение Государя?

Сначала разберем источники, откуда мы знаем о пророчествах. В качестве прорицателей называют монаха Авеля («сына Васильева»; 1757–1831 или 1841), преподобного Серафима Саровского (1754 или 1759–1833), преподобного Варнаву Гефсиманского (1831–1906), блаженную Пашу ­(Параскеву) Дивеевскую (1795?–1915).

Историю о пророчестве монаха Авеля, переданному Императору Павлу I для Государя, кто будет править через 100 лет, живописно поведал нам публицист ­Сергей Александрович Нилус. Он пишет, что ­пророчество ­хранилось в ларце на пьедестале в одной из комнат Гатчинского дворца. Императорская чета, согласно завещанию Павла I в марте 1901 года якобы посетила дворец, вскрыла ларец на пьедестале и, прочитав послание, весьма расстроилась. После этого «при случае Государь стал поминать о 1918 годе, как о роковом годе и для него лично, и для Династии»386.

Визит Венценосцев в Гатчину в марте 1901 года не подтверждается ни дневниковыми записями Царя, ни камер­фурьерскими журналами, содержащими поденные и почасовые сведения о перемещениях Императорской четы. Нет сведений о ларце на пьедестале ни в различных описях имущества Гатчинского дворца за XIX век, ни в подробнейшей описи вещей Императора Павла I в Гатчинском дворце, составленной в 1872 году387. (О содержании этих описей и тем более дневниковых записей Царя и камер­фурьерских журналов Сергей Нилус знать не мог.)

В другой раз этот же публицист, описывая реальное происшествие, случившееся на крещенское водосвятие, домысливает картину в нужном для себя направлении. В январе 1905 года, во время выхода на Иордань в присутствии Государя, различных чинов и сонма духовенства при погружении столичным митрополитом креста в воду, со стороны Петропавловской крепости раздался традиционный залп из орудий. По небрежности (как это показало следствие) в одну из пушек был вложен не холостой заряд, а шрапнель. К счастью, практически никто из присутствующих не пострадал, что можно назвать чудом. Был ранен городовой. Сергей Нилус называет фамилию пострадавшего: Романов (подтверждения этого где­либо мы не нашли) и пишет: «Спокойствие, с которым Государь отнесся к происшествию, грозившему ему смертью, было <…> поразительно. <…> Он, как говорится, бровью не ­повел. <…> Государя спросили, [кто? — К.К.] как подействовало на него происшествие. Он ответил: До 18­го года я ничего не боюсь»388.

Есть мнение, что Царь встречался со старцем Гефсиманского скита Троице­Сергиевой лавры преподобным Варнавой (Меркуловым). В «Православной энциклопедии» отмечено, что «по преданию, около 1905 года Варнаву посетил император Николай II, которого старец благословил на принятие мученичества»389, появилась современная иконография этого сюжета. Но в скрупулезных дневниках Государя, записей, подтверждающих его визит к старцу Варнаве, нет.

Предсказания преподобного Серафима Саровского известны нам из записей его современника Николая Александровича Мотовилова. Эти бумаги хранились в архиве Департамента полиции (ныне в Государственном архиве Российской Федерации) в деле «О пророчествах Серафима Саровского». Действительно, Государь знакомился с этими бумагами, в октябре 1905 года заказав копии некоторых листов390. Однако в записях Мотовилова не указано никаких конкретных дат. В записках, в частности, говорится: «Очень трудно будет Земле русской и… поднимут… всеобщий бунт… и много прольется неповинной крови, реки ее потекут по Земле русской, много и вашей братии дворян и духовенства, и купечества расположенных убьют»391, а «вторая половина правления будет светлая, и жизнь Государя — долговременная»392.

Теперь, с высоты нашего времени, эти слова можно относить к царствованию Императора Николая II с тем толкованием, что после мученической кончины у Государя светлая и долговременная жизнь «на небесех». В 1­900­е годы, однако, это пророчество вряд ли читалось именно так.

20 июля 1903 года Государь вместе с супругой посетил Свято­Дивеевский женский монастырь и встречался с юродивой Прасковьей (Параскевой) Ивановной (Пашей Дивеевской). Об этом в дневнике Царя есть запись: «Любопытное было свидание с нею. Затем мы оба поели, а Мама с другими посетили ее»393. И все на эту тему394.

Протоиерей Русской Православной церкви Заграницей Стефан Ляшевский (1899–1986), автор «Летописи Серафимо­Дивеевского монастыря, 1903–1927», составленной в 1978 году в США, поведал о беседе блаженной Паши с Царем: «Когда его [Царский] экипаж подъехал к келлии блаженной Паши, оттуда вынесли все стулья, на полу был расстелен ковер. Их Величества, князья и митрополиты едва смогли войти в келлию [в дневнике Царя зафиксировано, что супруги пришли в келью одни, и не сразу после приезда в Дивеево. — К.К.]. Параскева Ивановна сидела на кровати395. Посмотрев на Государя, она сказала: “Пусть только Царь с Царицей останутся”. Государь извиняюще посмотрел на остальных, попросил оставить его и Государыню одних, видимо, предстоял серьезный разговор.

Все вышли и сели в свои экипажи, ожидая выхода Их Величеств. Матушка игуменья выходила из келлии последняя, но послушница осталась. [Зачем, когда Царь сказал всем выйти? А если бы послушница ушла, как автор сказания передал бы нам нижеследующие диалоги? — К.К.] Вдруг игуменья слышит, как Параскева Ивановна, обращаясь к Царям, сказала: “Садитесь”. Государь оглянулся и, увидев, что негде сесть, — смутился, а Блаженная свое: “Садитесь на пол”. Вспомним, что Государь был арестован на станции Дно! [нам видится странной связь между полом и железнодорожной станцией “Дно”. — К.К.] В великом смирении Государь и Государыня опустились на ковер, иначе бы не устояли от ужаса, который им преподнесла Параскева Ивановна. Она им сказала все, что потом исполнилось: гибель России, Династии, разгром Церкви и море крови. Беседа продолжалась долго, Их Величества ужасались, Государыня была близка к обмороку. Наконец она сказала: “Я вам не верю, этого не может быть!” Происходила встреча за год до рождения Наследника, которого так хотела Царская Чета. Параскева Ивановна достала с кровати кусок красной материи и говорит Государыне: “Это твоему сынишке на штанишки. Когда он родится — поверишь тому, о чем я говорила”. С того момента Государь начал считать себя обреченным на крестные муки, и позже говорил не раз: “Нет такой жертвы, которую я бы не принес, чтобы спасти Россию”»396.

Существует и другое описание беседы Царской четы с блаженной. Сохранились воспоминания монахини Серафимы (Софьи Александровны Булгаковой; 1903–1991), постриженной в иночество в 1924 годах, незадолго до закрытия Серафимо­Дивеевского монастыря, и увидевшей восстановление монастыря в 1989–1991 годах. Разумеется, уважаемая матушка не могла лично быть при визите Императорской четы в обитель и передавала предание (как и выше протоиерей Стефан Ляшевский).

Серафима (Булгакова) сообщает, что во время визита Венценосцев в келью блаженной «стелили ковер, убирали стол [то есть стол все же был. — К.К.], сразу принесли горячий самовар. Все вышли, оставив их одних [то есть келейницы или еще кого­либо не было при беседе. — К.К.], но они не могли понять, что говорит Блаженная, и вскоре Государь вышел и сказал: “Старшая при ней, войдите”. <…> Стали прощаться. <…> Прасковья Ивановна открыла комод. Вынула новую скатерть, расстелила на столе, стала класть гостинцы: холст льняной своей работы (она сама пряла нитки), нецелую головку сахара, ­крашеных яиц, еще сахара кусками. Все это она завязала в узел <…> и дала Государю в руки. <…> Прощались, целовались рука в руку»397.

То есть никакой беседы не было398.

Но монахиня Серафима (Булгакова) как­то должна была сообщить дивеевское предание о пророчествах касательно судьбы Государя, поэтому в рассказ вводится новая история. Монахиня Серафима повествует, что Императорская чета посетила вдову Мотовилова — Елену Ивановну Мотовилову и передала Супругам письмо от самого преподобного Серафима Саровского, хранившееся у нее много лет. И «когда Государь прочитал письмо, <…> он горько заплакал. Придворные утешали его, <…> но Государь плакал безутешно»399. О содержании письма ничего не сообщается, но монахиня Серафима писала свои воспоминания, вероятно в 1980­е годы, и читателю становилось понятно, о чем мог плакать Царь. В дневниках Государя об этом визите и письме ничего не сказано.

При анализе двух вышеприведенных рассказов, очевидно: это апокрифы, имеющие под собой определенную фактическую основу400.

Можно отметить, что подобная мысль: Государь ждал предначертанного, фигурирует и в некоторых воспоминаниях. Например, бывший французский посланник в России Морис Палеолог приводит слова, якобы сказанные Царем Петру Аркадьевичу Столыпину: «У меня более чем предчувствие, что я обречен на страшные испытания и что я не буду за них вознагражден на этом свете»401. В другой раз, согласно Палеологу, Царь говорил: «Быть может, для спасения России нужна искупительная жертва. Я буду этой жертвой. Да будет воля Божия»402. Морис Палеолог в свое время активно собирал слухи в светских салонах и сам их распространял в интересах своих и либеральной оппозиции403, но, возможно, представленные фразы содержат отголоски реальных умонастроений Императора.

Достоверными сведениями о подобных беседах мы не располагаем и научно­исторических подтверждений пророчеств не имеем. Но нам представляется важным, что уже на протяжении 100 лет в определенной части церковного сообщества существует устойчивое представление: Императорская чета знала предначертанную ей роль и без трепета шла к развязке. И это должно определенным образом отражать реальность.

Важно и то, что пророчества о мученичестве Царской семьи, имеющие под собой фактическую основу, связаны с именем или местами пребывания преподобного Серафима Саровского. Вспомним, это был святой, едва ли не самый почитаемый Императорской четой, канонизированный по ее настоянию. Преподобного прославили 19 июля 1903 года, а 30 июля 1904 года родился долгожданный Наследник престола. Царская семья связывала рождение Цесаревича с молитвами к святому Серафиму. 18 июля 1903 года, накануне прославления преподобного Серафима Царская семья причастилась — приняла в себя Христа, а 17 июля (нового стиля) 1918 года Венценосцы приняли мученичество. Всё рядом. Мы полагаем, народно­церковное предание не зря связало их воедино. Святой должен был предсказать Царю его миссию. Но как? Мы не знаем.

Однако важно иметь в виду, что доброе намерение некоторых сказателей представить подвиг Царя предначертанным и изначальное знание Государя о своей роли имеет один серьезный изъян.

Православной богословской системе чуждо понятие предопределения, а духовному деланию — фатальное восприятие действительности. Знание о своей судьбе
невозможно.

Анализ эпистолярного наследия Царской семьи, а также физиогномический анализ нескольких тысяч любительских, личных фотографий Царской семьи, не предназначенных для публикации, говорит о том, что у Императора не было фатального мироощущения.

При том, что Царь действительно не мог не чувствовать угрозу и возможность трагического завершения своего служения. Терроризм и революционные выступления давали достаточно поводов к подобному беспокойству и без мистики. В начале XX века, особенно в 1916 году, многие чувствовали приближение социального катаклизма. Этот процесс казался необратимым и, вероятно, был таковым.

Но именно Император верил в лучший исход! В то, что буря может миновать. Анализ политических действий Царя позволяет утверждать: до последних дней своей власти он делал все возможное, чтобы предотвратить пагубное развитие событий.

Вероятно, Государь даже если и как­либо получил некое пророчество, то доверял Богу больше, чем предсказаниям, от кого бы они ни исходили. С точки зрения православного делания — это верная позиция. Мы полагаем, что Государь не жил неотвратимым ощущением своей жертвенной миссии. Он выполнял каждодневный труд Отца Отечества и Семьи, действуя просто и логично: в государстве — добивался победы на войне, в быту — хорошо воспитывал детей, в духе — ходил в церковь, молился по мере сил.

А тучи действительно сгущались. В Петрограде царила «заряженная нервическая атмосфера»404. Показательно, что даже иностранная медсестра (Дороти Сеймур), получив приглашение на аудиенцию с  Царицей, 1 декабря 1916 года писала матери: «Будет ужасно досадно, если прежде чем я побываю у нее, начнется революция»405.

Поэт Максимилиан Александрович Волошин, говоря о провокации «кровавого воскресенья» в 1905 году, пророчески писал:

«Уж занавес дрожит перед началом драмы,

Уж кто­то в темноте — всезрячий, как сова, —

Чертит круги, и строит пентаграммы,

И шепчет вещие заклятья и слова»406.

Отметим, что в Петрограде никогда раньше не выпивали такое количество шампанского, как за 1916 год, стараясь «запить, что будет после»407. Чувствуя приближение катастрофы, «город веселился, как никогда»408. А прямо накануне революции многие современники тех событий позднее вспоминали «мертвую тишину»409, мороз — 37,2 °С, «пустоту и темь… как будто душа покинула еще живое тело»410.

Конечно, Императорская семья предполагала возможность государственного переворота. И чем дальше развивались события, тем более в их сознании утверждалось, что 6 мая — день рождения Государя не просто совпал с днем памяти святого Иова Многострадального, а ­возможно, дал им предзнаменование.

Понимали это и Царские дети. Флигель­адъютант Государя Анатолий Александрович Мордвинов отметил, что после смерти Григория Распутина дети «почувствовали, что с его убийством что­то страшное и незаслуженное началось для их матери, отца и них и что оно неуклонно приближается к ним»411.

Но и под арестом в Царском Селе Венценосцы старались надеяться на лучшее: на Ливадию вместо Тобольска!

Позднее и Тобольск приглянулся Императорской семье. Как свидетельствовал последний духовник Царской семьи, протоиерей Владимир Хлынов, они были готовы остаться в Тобольске на постоянное местожительство412.

Приход к власти большевиков мог дать волю самым мрачным предчувствиям. «Атмосфера электрическая кругом. Чувствуется гроза», — писала Императрица Анне Вырубовой в апреле 1918 года413.

Вскоре, 23 апреля стало известно, что Царскую семью разлучают: Государя, Императрицу, Великую княжну Марию Николаевну с несколькими сопровождающими лицами увозят в неизвестном направлении.

 25 апреля вечером в губернаторском доме состоялось последнее чаепитие Семьи с приближенными. Чарльз Сидней Гиббс, бывший за этой трапезой, утверждал: «Они [Царская семья] знали, что это был конец»414.

Историк Хелен Раппапорт этой фразой Гиббса назвала одну из глав своей работы и, на наш взгляд, верно отметила: у Царской семьи «было невысказанное, но четкое представление о том, что может ждать их впереди»415. Это же чувствовало и все окружение Царской семьи.

Пьер Жильяр, также бывший на том, последнем чаепитии в Тобольске, вспоминал: «Царское семейство провело все послеобеденное время около кровати Алексея Николаевича. В 10 ½ часов вечера мы отправляемся пить чай. Императрица сидит на диване в окружении двух своих дочерей, они так плакали, что лица их припухли. Каждый из нас скрывает свои страдания и старается быть спокойным. Мы чувствуем, что если один из нас поддастся, то увлечет за собой всех других. Император и Императрица серьезны и сдержаны. Видно, что они готовы на все жертвы, в том числе и жизнью, если Господь в своих путях неисповедимых потребует этого для спасения страны. Никогда они не выказывали нам большей доброты и заботы. Это громадное спокойствие и эта удивительная вера, которая была у них, передалась и нам»416.

Но и при таком жертвенном, мужественном настроении перед отправкой в неизвестность, нам трудно представимом, женская половина Царской семьи прятала в корсетах брильянты. Семья надеялась на спасение и, чтобы было на что жить и жить на соответствующем уровне, скрывали личные драгоценности, предусмотрительно вывезенные ими из Царского Села.

Было разумно постараться сохранить материальную стабильность Семьи.

Подведем итоги.

«Кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее»417, — говорит Господь. Царская семья приняла это загадочное и трагедийное поучение как руководство к действию: «потерять душу» — жизнь ради Христа. Но покорность воле Божьей вовсе не подразумевает фатализма, не знает предопределения, бездействия, не требует пророчеств (хотя, разумеется, и не отвергает таковых). Самоотдача рождается в борении.

Ведь перед крестной жертвой молился «до кровавого пота» и сам Господь: Тогда «начал Он ужасаться и крушиться. Тогда говорит <…> прискорбна есть душа Моя до смерти. <…> И пройдя немного вперед, пал на лицо Свое, молился и говорил: Отче Мой, если возможно, да минует Меня чаша эта; впрочем, не как Я хочу, но как Ты. <…> И снова, во второй раз, Он пошел и молился такими словами: Отче Мой, если не может эта чаша миновать Меня, чтобы Мне не пить ее, да будет воля Твоя. <…> Он снова отошел и помолился в третий раз, и снова сказал тоже слово»418.

Сын выполнил волю Отца: выпил чашу. И Царская семья приняла волю Божию, сокрушаясь, прося пронести чашу мимо, но добровольно прейдя к трагической развязке, согласовав свою волю с волей Божией.

 

 

примечания

 

385               Евр. Гл. 10. Ст. 7

386               Цит. по изд.: Триумф и трагедии (полное наименование см. на с. 343). С. 156–157.

387               Подробнее см.: Семенов В. А. 11 марта 1901 года: Миф или реальность (пророчества Авеля и Гатчинский дворец). URL: http://history­gatchina.ru/article/avel.htm (дата обращения: 01.09.2016).

388               Цит. по изд.: Триумф и трагедии. С. 165.

389               Православная энциклопедия. Т. VI. М., 2003. С. 467.

390               Триумф и трагедии. С. 165.

391               ГА РФ. Ф. 109. 1 экспедиция. 1854. Д. 93. Л. 12 об. Цит. по изд.: Триумф и трагедии. С. 165.

392               Голос минувшего. 1917. Апрель. Цит. по изд.: Триумф и трагедии. С. 187.

393               Дневники Императора. Т. 1. С. 742.

394               Можно отметить, что в тот же день Великий князь Сергей Александрович в своем дневнике о свидании с Прасковьей отметил: «Курьезное впечатление!!». См.: ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 39. Л. 103. Цит. по изд.: Триумф и трагедии. С. 179.

395               Составитель книги «Святой Царь Николай и новые мученики российские» Владимир Губанов, в этом месте повествования добавляет: «Блаженная Параскева, ожидая Государя, не велела готовиться особо, но просила сделать из глины 9 солдатиков и сварить чугунок картошки в мундирах. <…> Параскева Ивановна, когда Государь вошел, взяла палочку и посшибала головки у всех солдатиков, предсказывая их мученическую кончину [неясно, почему 9, ведь членов Царской семьи было 6, на следующий год — 7, со слугами, погибшими в Ипатьевском доме — 11. — К.К.], а к трапезе предложила картошку в мундирах, что значило суровость их последних дней». См.: Святой Царь Николай и новые мученики российские: Пророчества, чудеса, открытия и молитвы. Документы / сост. Владимир Губанов. М., 2004. С. 75. Цит. по изд.: Триумф и трагедии. С. 181.

396               Дивеевские предания / сост., прим. А. Н. Стрижева. М., 1996. С. 270–271.

397               Там же. С. 40, 41.

398               Правда, уже на следующей странице воспоминаний, несколько противореча собственному утверждению о том, что Супруги ничего не поняли из слов блаженной, Серафима (Булгакова) повествует: «После этого [визита] со всеми серьезными вопросами Государь обращался к Прасковье Ивановне, посылал к ней Великих князей». (См.: Дивеевские предания / сост., прим. А. Н. Стрижева. М., 1996. С. 40, 41.) Подтверждений этому, разумеется, нет.

399               Дивеевские предания / сост., прим. А. Н. Стрижева. М., 1996. С. 41.

400               Апокрифами в древности (и ныне в ученой среде) назывались, в частности, благочестивые христианские сочинения, в целом не противоречащие преданию Церкви. Поэтому, говоря «апокриф», в данном случае мы не даем какой­либо негативной оценки творчеству протоиерея Стефана Ляшевского и монахини Серафимы (Булгаковой).

401               Цит. по изд.: Якобий И. П. Император Николай II и революция. Tallinn, 1938. С. 2.

402               Там же.

403               Неспроста книгу Палеолога издали в советской России практически сразу после революции. Ее содержание «играло на руку» большевикам. См.: Палеолог Морис. Царская Россия накануне революции. М.; Пг., 1923.

404               Гиппиус З. Н. Синяя книга. Петербургский дневник, 1914–1918. Белград, 1929. С. 39. Цит. по изд.: Раппапорт. С. 391.

405               Seymour, Dorothy. Manuscript, Petrograd, 1916–1917, box ref.: 95/28/1/, catalogue no. 3210. Imperial War Museum. Ссылка и цит. дается по изд.: Раппапорт. С. 388, 589.

406               Волошин М. А. «Жизнь — бесконечное познанье»: Стихотворения и поэмы. Проза. Воспоминания современников. Посвящения / сост., подгот. текстов, вступ. ст., комм. В. П. Купченко. М., 1995. С. 87.

407               Предварительное следствие. С. 182.

408               Саблин Н. В. Десять лет на императорской яхте «Штандарт. СПб., 2008. С. 358.

409               Примечательно, что по свидетельству очевидцев и 1 августа 1917 года при отъезде Царской семьей из Петрограда на перроне ее провожала «молчаливая, неподвижная толпа», а когда состав тронулся «серая людская толпа вдруг всколыхнулась и замахала руками, платками, шапками. Замахала молча, без единого возгласа». См. изд.: Артабалевский Н. А. Об отъезде Царской семьи в Тобольск // Возрождение. № 4142. 29 июля 1938. Цит. по изд.: Якобий И. П. Император Николай II и революция. Tallinn, 1938. С. 378, 380.

410               Галушкин Н. В. Собственный Его Императорского Величества конвой. М, 2008. С. 276.

411               Мордвинов А. А. Из пережитого: Воспоминания флигель­адъютанта Императора Николая II. В 2 т. М., 2014. Т. 2. С. 532–533; Раппапорт. С. 382.

412               Архив УФСБ по Тюменской обл. Ф. 5. Оп. 38. Д. 7116. Т. 3. Л. 194­к.

413               Танеева (Вырубова) А. А. Страницы моей жизни. М., 2000. С. 304.

414               British Abbot who was Friend of Murdered Czar // Singapore free press. 1936. 20 march. Ссылка и цит. дается по изд.: Раппапорт. С. 484, 583.

415               Раппапорт. С. 480–485.

416               Жильяр Пьер. Трагическая судьба Николая II и Царской семьи. М., 1992. С. 152.

417               Мф. Гл. 6. Ст. 25.

418               Мф. Гл. 26. Ст. 37–44. Перевод К. Г. Капкова. См.: Канонические Евангелия: Новая русская редакция. М., 1997. С. 113. Сравните с синодальным переводом: Мф. Гл. 26. Ст. 37–44; Мк. Гл. 14. Ст. 32–44; Лк. Гл. 22. Ст. 39–46.

 

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ
В БИБЛИОГРАФИИ

 

Августейшие сестры милосердия. — ­Августейшие сестры милосердия / сост. Н. К. Зверева. М., 2006.

Буксгевден С. Жизнь и трагедия. — Буксгевден С. К. Жизнь и трагедия Александры Федоровны, Императрицы России: Воспоминания фрейлины в трех книгах. В 2 т. М., 2012.

Дивный свет. — Государыня Императрица Александра Феодоровна Романова. Дивный свет: дневниковые записи, переписка, жизнеописание / сост., ред. и автор жизнеописания монахиня Нектария (Мак Лиз). Пер. с англ. Л. Васенина, Т. Оводова. М., 2014.

Дневник протоиерея. — Дневник протоиерея А. И. Беляева, настоятеля Федоровского собора в Царском Селе // Августейшие сестры милосердия / сост. Н. К. Зверева. М., 2006. С. 349–376.

Дневники Императора. — Дневники Императора, 1894–1918. В 2 т. М., 2011–2013.

Дневники. — Дневники Николая II и Императрицы Александры Федоровны, 1917–1918. В 2 т. М., 2012.

Медицина и Императорская власть. — Медицина и Императорская власть в России. Здоровье Императорской семьи и медицинское обеспечение первых лиц России в XIX–начале XX века / под ред. Г. Г. Онищенко. М., 2008.

Переписка. — Переписка Николая и Александры, 1914–1917. М., 2013.

Письма святых. — Письма святых Царственных мучеников из заточения. 3­е испр. и доп. изд. СПб., 1998.

Предварительное следствие. — Соколов Н. А. Предварительное следствие 1919–1922 гг.: [Сб. материалов] /Сост. Л. А. Лыкова. М., 1998. (Российский Архив; История отечества в свидетельствах и документах XVIII–XX вв.; [Т.] VIII).

Раппапорт. — Раппапорт Хелен. Дневники княжон Романовых. Загубленные жизни / пер. с анл. А. Мовчан. М., 2016.

Росс Г. Н. Гибель. — Гибель Царской семьи. Материалы следствия по делу об убийстве Царской семьи (август 1918–февраль 1920) / сост. Г. Н. Росс. Франкфурт­на­Майне, 1987.

Триумф и трагедии. — Хрусталев В. М. Тайны на крови. Триумф и трагедии Дома Романовых. М., 2014.

Учитель Цесаревича Алексея. — Наставник. Учитель Цесаревича Алексея Романова [Чарльз Сидней Гиббс]: дневники и воспоминания. М., 2013.

Царский выбор. — Капков К. Г. Царский выбор: Духовный мир Императора Николая II и его Семьи. Последние священники при Царе. Вольная жертва. К 100­летию великомученического подвига Царственных страстотерпцев. Село Белянка; М.; Ташкент; Вятка, 2016.

– ЛИТУРГИЧЕСКИЙ СТАТУС ЦАРЯ –

 

Канонический статус Царя в богословской системе Русской Православной Церкви однозначно законодательно не определен. Однако этот статус совершенно особый: в церковной иерархии Царь не обычный мирянин.

В день Священного коронования монарха Церковь совершала особое молитвенное чинопоследование, предназначенное только для Государя, — Венчание на Царство, в процессе которого Государь помазывался святым миром, что свидетельствовало о принятии им особых даров на свое служение. Основные моменты этого чинопоследования вкратце таковы.

Кремль, иллюминированный в честь Священной коронации. Фото И. С. Аксакова. Май 1896

 

После всенародного исповедания Императором Символа веры все присутствующие должны были молиться: «О еже благословитися Царскому Его венчанию благословением Царя царствующих и Господа господствующих; о еже укреплену быти скипетру Его десницею Вышняго; о еже помазанием всесвятаго мира прияти Ему с небесе, к правлению и правосудию, силу и премудрость; о еже получити Ему благоспешное во всем и долгоденственное царствование; яко да услышит Его Господь в день печали и защитит Его имя Бога Иаковля; яко да послет Ему помощь от Святаго, и от Сиона заступит Его; яко да подаст Господь по сердцу Его и весь совет Его исполнит; яко да подчиненные суды Его не мздоимны и нелицеприятны сохранит; яко Господь сил всегда укрепляет оружие Его; о покорите под нозе Его всякого врага и супостата», а также молились: «О еже благословитися Царскому Его венчанию и Супруги Его Благочестивейшей Государыни благословением Его же Царя царствующих и Господа господствующих»419.

Вид центральной части Успенского собора Московского Кремля, подготовленного к торжеству Священной коронации. Фото К. А. Фишер. Май 1896

После этого первенствующий митрополит крестообразно возлагал руки на главу Государя и всенародно просил, чтобы Господь удостоил Царя воспринять помазание «елеем радования» и «одел Его силою с высоты, наложил на главу Его венец от камене честного, даровал Ему долготу дней, дал в десницу Его скипетр спасения, посадил Его на престоле правды, сохранил Его под Своим покровом и укрепил Его Царство»420.

После этого Царь сам возлагал на себя Корону (Венец) при вознесении первенствующим митрополитом молитвы: «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа. Аминь».

Большая Императорская корона, возложенная на себя Государем Императором Николаем II в день Священной коронации. Работа придворного ювелира Жереми Позье (1716–1779). Фото мастерской К. Е. фон Ган. 1896

 

Супругу короновал также сам Государь малой короной.

Слева: атрибут Императорской власти — держава. Справа: малая корона, возложенная Государем на Императрицу. Фото К. А. Фишер. 1896

Далее во время литургии над Царем совершалось таинство миропомазания. Первенствующий митрополит помазывал Императора святым миром на челе, очах, ноздрях, устах, ушах, на груди, на руках с обеих сторон, на ногах, говоря при каждом помазании: «Печать Дара Духа Святого». Это действие полностью повторяет порядок таинства миропомазания при святом крещении. Таким образом, российский Император был единственный в мире, над которым таинство миропомазания фактически совершалось дважды. Посредством второго миропомазания ему и сообщались особые благодатные дары Святого Духа для несения Царского креста. Именно из этого вытекал его особый статус в Церкви и государстве, а вовсе не из светского законодательства или временных политических реалий.

Священное миропомазание Императора Николая Александровича 14 мая 1896 года. Худ. В. А. Серов. 1897

После миропомазания митрополит вводил Императора в алтарь через Царские врата, как входят священнослужители, где у престола Государь приобщался Святых Тайн опять же по чину священнослужителей: отдельно Телом Христовым и отдельно из чаши Кровью Христовой, принимаемых от митрополита, «как Помазанник Божий и Верховный покровитель Христианской Церкви»421. Подобный способ причащения подразумевал за Царем особый иерархический статус.

Причащение Императора Николая II под двумя видами (отдельно Тела и Крови Христовой) у престола Успенского собора Московского Кремля в день Священного Коронования 14 мая 1896 года. Худ. К. В. Лебедев

После Коронации Государь получал именование Помазанник Божий.

Далее скажем об управленческом статусе Царя. Равноапостольный святой Император Константин Великий участие Государя в управлении делами Церкви определил как «внешнее епископство»422.

В акте о престолонаследии, утвержденном Императором Павлом I в день своей Священной коронации 5 апреля 1797 года (в контексте того, что Государем в России может быть только православный Царь), сказано, «что Государи Российские [являются] суть Главою Церкви»423. Этот документ хранился на престоле Успенского собора Московского Кремля.

Согласно действовавшему к 1917 году Своду основных законов Российской Империи: «Императору Всероссийскому принадлежит Верховная Самодержавная власть. Повиноваться власти Его не только за страх, но и за совесть, Сам Бог повелевает. <…> Особа Государя Императора священна и неприкосновенна. <…> Император, яко Христианский Государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры, и блюститель правоверия и всякого в Церкви святой благочиния. <…> В сем смысле Император, в акте о наследии Престола 1797 Апр. 5 именуется Главою Церкви» (курсив источника)424.

Суть Царского служения отражает, на наш взгляд, меткое определение, данное в житии святых Зосимы и Савватия, а также на одной из соловецких гравюр: «Государь Православия»425.

В XVIII — начале XX века формулировки постановлений Святейшего Синода начинались словами: «По указу Государя Императора из Святейшего Синода…». Такая формула вызывала определенные нарекания со стороны критиков Церкви и впоследствии дала повод говорить о «неканоническом» устройстве Русской Православной Церкви после упразднения патриаршества. Насколько эта критика верна, зависит в том числе от правильного понимания роли Царя в Православной Церкви.

Не имея здесь возможности проводить глубокий богословский разбор особого статуса Царя в Церкви, для лучшего уяснения некоторых аспектов нашей работы из вышесказанного достаточно констатировать, что этот статус был и носил как литургический, так и управленческий характер, кардинально отличающий православного Царя от православного мирянина426.

До 1918 года, в неделю «Торжества Православия», Церковь в особом чине провозглашала многолетие Императору (девять раз) и трижды анафематствование: «Помышляющим, яко православнии Государи возводятся на престолы не по особливому о них Божию благоволению, и при ­помазании дарования Святаго Духа к прохождению великого сего звания в них не изливаются, и тако дерзающим противу их на бунт и измену, анафема»427.

Вы можете оставить заявку на книги: 1) «Духовный мир Императора Николая II и его Семьи»; 2) «Царский выбор: Духовный мир Императора Николая II и его Семьи. Последние священники при Царе. Вольная жертва» по отпускной цене издательства по адресу:  kapkov.press@gmail.com или тел.: +7-902-806-34-63

 

примечания

 

419               Никольский К. Т., прот. Пособие к изучению устава Православной Церкви. СПб., 1907. С. 688.

420               Соколов Д., прот. Учение о богослужении Православной Церкви. СПб., 1902. С. 108.

421               Там же. С. 110.

422               Дебольский Г. С., прот. Православная Церковь в ее таинствах, богослужении, обрядах и требах. Репр. изд. М., 1994. С. 318.

423               Полное собрание законов. (1). Т. XXIV. СПб., 1830. № 17910. С. 588.

424               Свод законов Российской Империи. В 16 т. В 5 кн. Кн. 1. (Т. 1–3.) СПб., 1912. С. 1, 5.

425               См.: Повесть о Зосиме и Савватии. Факсимильное изд. М., 1989; Ровинский Д. Виды Соловецкого монастыря, отпечатанные с древних досок в тамошней ризнице. СПб., 1884.

426               Можно отметить, что Церковь всегда возносила особые молитвы о Царе, его семье и роде. В частности, начиная со второй четверти XVIII века, в течение богослужебного года литургически отмечались так называемые царские (высокоторжественные) дни рождений и тезоименитств Императора, Императрицы, Наследника и других главных членов Императорского Дома, юбилеи Восшествия Государя на престол и Священного коронования. Кроме этого, разного рода чинопоследованиями: молебнами, панихидами, прошениями на ектеньях и т.п. отмечались и некоторые другие события в жизни Царской семьи (во второй половине XIX — начале XX века, например, память мученической кончины Императора Александра II, юбилеи чудесного спасения при крушении поезда на станции Борки Императора Александра III). Число таких дней в году в среднем насчитывалось более десятка. Также можно обратить внимание, что в XVIII веке за неслужение в высокоторжественный день священника ожидало серьезное наказание, но в XIX — начале XX века такой практики уже не было. См.: Никольский К. Т., прот. Пособие к изучению устава Православной церкви. СПб., 1907. С. 568–572, 686–692, 846–847. Он же. Возглашения на литургии о Царе и Царском семействе. СПб., 1897.

427               Последование в Неделю Православия. СПб., 1904. Цит. по изд.: Бабкин М. А. Священство и Царство (Россия, начало XX века — 1918 г.). Исследования и материалы. М., 2011. С. 632.

Капков К.Г. Духовный мир Императора Николая II и его Семьи. Ливадия — М., 2017. — 352 с.

 

Комментарии запрещены.

Полезные сайты