Сухарев Юрий

Календарь

Февраль 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Янв    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728  

Сухарев Ю.М. Посещение Липовской и соседних с ней волостей епископом Григорием в 1921-22 гг (по сводкам ГубЧК)

Епископ Григорий (Яцковский)   взошел на Екатеринбургскую кафедру в крайне опасное время – в начале 1918 г[1]. Первые полтора года его пребывания на Урале были просто кошмарными. Декрет об отделении церкви от государства, нахождение в городе  царственных узников, их убийство, аресты и расстрелы священников большевиками при отступлении, занятие Урала войсками чешско-сибирской коалиции, колчаковские репрессии, освобождение Урала РККА, массовое бегство духовенства на восток (вслед за отступающей Сибирской армией и впереди нее)…

Любое из этих событий двигало (но не подвинуло) правящего архиерея в центр событий: возвысить голос, защитить авторитетом,  утешить страждущих – гласно, явно, открыто. И – неминуемо пострадать самому…

Как погибли  архиереи соседних епархий: Пермской – архиепископ Андроник, Тобольской – архиепископ Гермоген…

Екатеринбургскому же архиерею Григорию удалось как-то бочком, бочком проскочить между жерновами. С приходом в Екатеринбург Сибирской армии его публично обвиняли (в «нерешительности», излишней «осторожности») священники, находившиеся при большевиках под арестом – за то, что епископ не ответил на их просьбу служить в тюремной церкви (что привлекло бы внимание к положению арестантов). Архиерей ответил в епархиальной газете: да, отказался, ибо это бы выглядело в глазах комиссаров, как вызов им — со всеми вытекающими…

Когда в августе 1922 г чекисты все-таки «закрыли» владыку Григория, церковный люд недоумевал: «Понять не могу, за что высокопреосвященный попал. Тот никогда зря не трепал языком и очень умен и остроумен»[2].

Умом и чутьем епископ Григорий был Богом не обижен. В 1921 году при Колчеданском монастыре возникла группа заговорщиков против Советской власти. ЧК внедрило в нее своего агента — бывшего псаломщика Бодунова, который несколько раз приходил к владыке испросить благословение на борьбу с «богоборцами».

Епископ сразу распознал в нем провокатора (о чем сказал на допросе) и умело уклонился от поддержки заговорщиков и вообще от каких-то слов, которые могли быть истолкованы, как причастность к замыслам этой группы.

Не глупыми были и екатеринбургские чекисты и чутье имели. С 1920 г ими велось «дело епископа Григория». За год после возвращения ЧК на Урал была создана сеть осведомителей, которые зорко следили за всеми передвижениями владыки, за каждым его словом.

С целью изучения его деятельности в колчаковский период, были проработаны все подшивки газет, особенно «Известий Екатеринбургской Церкви». Кстати сказать, известное церковным краеведам отсутствие экземпляров этого издания за зиму-весну 1919 г вызвало у чекистов подозрение, что они были специально уничтожены, как компрометирующие.

Но в газетах попадалась мелочевка: участие в церемониальных актах встречи войск или Верховного правителя, участие в вечерах скорби об убиенных священниках. От политических высказываний о. Григорий уклонялся хронически, а если и говорил слова, то общие: Бога славил, антихриста порицал.

Не оставляли чекисты и надежду на «прокол» епископа в текущее время. Секретно-оперативный отдел Екатеринбургской  чрезвычайной комиссии по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией и преступлениями по должности в феврале 1921 г направил за  № 360-с секретное отношение «иногороднему информатору тов. Артемову»:

«15 февраля с/г Епископ Григорий выезжал в с. Глинское и попутные к нему села. Просьба срочно и тщательно выяснить, в каких селах был Епископ и совершал богослужение и не вел ли он в своих обращениях к народу Антисоветской агитации. Если вел, то сообщите свидетелей.

Пом.Начальник Секретно-Оперативного Отдела (подпись неразб.)

Помуполномоченный (подпись неразб.)»[3].

На листе помета красными чернилами: «Осведомителей нет».

Однако, по ходу дела появились и осведомители. С ответом, почему-то, были задержки. Первым отозвались глинские партийцы. Глинская организация РКП(б) в апреле 1921 г письмом за № 150 (гриф «Совер. Секретно») сообщала Режевскому волкому партии:

«На отношение  от 29 марта 1921 г за № 294 Глинский Волпартком сообщает вам, что епископ Григорий был в 4-х селениях нашей волости а именно: в с. Глинском, Аромашевском, Першинском и Останинском. При богослужениях во все церкви, кроме с. Першинского были посланы [63об] представители от партии и анти-большевицкой агитации при богослужениях в этих церквах не было. Ответственный секретарь Швецов»[4].

Осведомители припозднились с ответом, да и сами на службах архиерейских не были. Сотрудник Глинской волости по кличке Демьян в донесении Секретному отделу Екатеринбургской чрезкомиссии от 25 июня повторил сообщение волостных партийцев.

«[На]  основании вашего [за]проса от 24 февраля 1921 г № 360  доношу  вам [чт]о Епископ Григорий [при]езжал в с. Глинское [в] феврале месяце 1921 года, совершал богослужения [в] следующих селах Глинской вол. 1) с. Глинское 2) Арамашковское [60 об.] 3)Першинское 4) Останинского. При [чем] во всех почти церквях за исключением Першинской Вол. к-том Р.К[П(б)] были посланы члены Р.К.П. которые до[несли] что Епископ при бо[гослу]жении с антисоветской агитацией к народу не обращался. В последст[вии] было сделано дознание о богослужении в Пер[шин]ской  церкви из которого выяснилось тоже что и в остальных церквях. Демьян»[5].

Донесение сотрудника ЧК по Липовской волости по кличке «Мастеровой» датировано тем же числом, 25 июнем. Можно предположить, что осведомителям одновременно «накрутили хвоста» и поставили на вид за не предоставление отчета.

«[На] основании отношения [ва]шего за № 608 марта [се]го: Сообщаю вам то [что] проезжавший Епископ Григорий в феврале м-це [се]ло Глинское и на пути […] в с. Липовское и [со]вершал Богослужение для верующих и по окон[ча]нии своего  богослужения Епископ Григорий выступил с речью к г[раж]данам окружающ[им] его на тему: Веро[ва]ния и просил граждан незабывать: Веру правосл[авную] и посещат[ь] храм Божий а больше агитации не вел. И для этого были посланы Мили[ция] и были  друг. парт. тов. был Предволисполкома не[…]но политически благон[адеж]ный. И каковых я опр[осил] и они нечего больше не[…]ли кроме выше изл[ожжен]ного: что и довожу до сведения. кл. Мастеровой»[6].

с. Липовское, церковь

Чекистские начальники, наверное, почесали затылки. «Опять порожняк. Ничего, у нас на каждую гайку с хитрой резьбой есть свой болт…».

Уже после ареста епископа Григория ( в августе 1922 г) Екатеринбургской ГубЧК становится ясно, что собранных доказательств по его делу мало.  Почти и нет ничего.

В сентябре 1922 г отношением за № 2854/с Секретный отдел  запрашивает уполномоченного 5 района г. Алапаевска[7]:

«В Губотделе есть сведения, что в один из последних приездов в Алапаевск Екатеринбургский Епископ Григорий проводил  контр-революционную агитацию в уезде и ему местными властями было предложено покинуть Алапаевск.

В виду этого Губотдел предлагает срочным образом произвести легальное расследование о контр-революционной деятельности Архиепископа Григория и нарочным представить Екатеринбургский Губотдел.

Замначгуботдела    Юртаев[8]

Начсо   Раздьяконов».

Уполномоченный Алапаевского политбюро по борьбе с контрреволюцией  допросил по форме (что странно, мог бы взять простое объяснение) бывшего начальника Алапаевской милиции Спиридонова  Владимира Афанасьевича, 35 лет[9]. В момент допроса он, почему-то находился не при должности («без занятия»). Хотя и до 1922 г, и после был на начальствующих должностях. В 1918 г он служил комиссаром Административного Отдела Алапаевского Совдепа, осуществлял контроль над царственными алапаевскими узниками, а по некоторым данным – и участвовал в их казни.

Родом он был из Нейво-Шайтанки, окончил лишь двухклассное народное училище, но писал грамотно.

Спиридонов  пишет, что  3 февраля 1922 года  находился в Башкарке по служебной надобности (как «начальник  Уездмилиции») и узнал, что в Ново-Паньшинской находится архиепископ Екатеринбургский и Ирбитский Григорий. А 4-го числа в с. Кайгородском  Владимир Афанасьевич имел с владыкой личное объяснение.

Оказалось, что архиепископ «объезжал свою епархию без всяких документов и разрешения наших властей». Вследствие чего Начмил  «предложил ему съехать из пределов Алапаевского уезда в срочном порядке». Что владыка и исполнил.

Спиридонов пишет, что  «архиепископ путешествовал с большой свитой и пользовался у крестьянского населения большой популярностью».

Владимир Афанасьевич лишнего греха на свою комиссарскую душу брать не стал и честно показал, что «лично об агитации о. Григория не слыхал, но, по словам видевших и говоривших с ним [тот] всячески убеждал крестьян в силе икон, об их чудесных исцелениях».

Он же указывает, какие волости Алапаевского уезда объехал владыка: Башкарскую, Мурзинскую (села Ново-Паньшинское, Башкарское, Южаковское и Кайгородское)»[10].

Уполномоченный политуправления  допрашивать сам себя не стал, облёк свои показания в форму доклада. Оказывается, он тоже столкнулся с  архиепископом, и еще раньше начмила.

            2 февраля 1922 г уполномоченный был командирован  «политбюром» в Башкарскую и Мурзинскую волости. Здесь узнает, что параллельным курсом двигается владыка Григорий «со свитой 15 человек и в каждой церкви прослуживает обедню и высказывает проповеди».

Уполномоченный тайно поинтересовался происходящим в церкви с. Башкарки, а затем «также нелегально проехал за ним в с Кайгородское».  Здесь он и услышал некое подобие «контры». Владыка произнес слова: «Горе живущим на земле, отрекшись от Бога».

«Из толпы после этих слов были слышны слова, что Григорий говорит про коммунистов, которые не признают Бога».

Жиденькая какая-то контра, не выразительная… И подчеркнул эту фразу начсо[11] жиденько, сереньким карандашиком… Без радости…

После службы архиепископ отправился к благочинному 3-го округа (там же, в Кайгородском). Через некоторое время туда же заявился уполномоченный и затребовал у владыки «разрешение на право разъезда по волостям». Владыка заявил, что у него нет никаких документов и ему никто не может их дать, потому что «он сама власть» и выдает документы другим, по подчинению. После возражений уполномоченного  архиерей взял чистый лист бумаги и написал на нем «Архиепископ Екатеринбургский и Ирбитский», а благочинный 3-го округа Борис Коровин  заверил «документ».

Уполномоченному это не понравилось и он обратился к начальнику гормилиции для принятия к архиепископу мер, «как к бездокументному»[12]. Звали уполномоченного, как будто, В.Бурсин.

Видимо, перепроверяя сводки предыдущих товарищей, сотрудник ГПУ Безсонов 12 октября 1922 г снял показания и с председателя Башкарского волкома И.Паньшина, который сообщил, что владыка в их сельской церкви говорил: «Некоторые забыли Бога, и нас за это Бог карает». Но «воззвания письменные против существующей власти – таких явлений не замечалось, контрреволюционных воззваний тоже не замечалось»[13].

Епископ Григорий. Фото из книги К.Капкова «Царский выбор»

Итак, в феврале 1921 г епископ Екатеринбургский и Ирбитский совершил  архипастырский визит в села Глинской и Липовской вололостей Екатеринбургского уезда, а в феврале 1922 г  — в прилегающие к ним волости Алапаевского уезда (уже в сане архиепископа).

 Служения  архиерея находились под контролем местных партийных органов, а частью – сотрудников ЧК. В Алапаевском уезде архипастырская поездка была прервана органами ЧК и милиции под надуманным предлогом «бездокументности».

Осторожный и умный архиерей во время этих поездок не допускал высказываний, компрометирующих его в глазах Советской власти, и собранные чекистами материалы не вошли в обвинительное заключение.

Статья была представлена в форме доклада на конференции Режевского ИРО, 19.01.2019 г.

Источники и примечания:

 

[1] Митрополит (в «Григорианском» расколе) Григорий (в миру Гавриил Ульянович Яцковский; 13 (25) июля 1866, село Польный Мукаров, Ушицкий уезд, Подольская губерния — 26 апреля 1932, Свердловск) — в 1925—1928 годы — глава «Григорианского раскола», до 1925 года — епископ Русской православной церкви, архиепископ Екатеринбургский и Ирбитский. 12 августа 1922 года арестован по обвинению в том, что во время гражданской войны «восстанавливал население против советской власти, используя религиозные демонстрации, церковные службы и речи». Также обвинён в поддержке участников «контрреволюционного заговора ген. А. П. Перхурова» в мае 1921 года и в сопротивлении изъятию церковных ценностей в 1922 году. Виновным себя не признал. 23 января 1923 года был осуждён на 5 лет лишения свободы со строгой изоляцией. Отбывал наказание в екатеринбургской, с 12 мая 1923 года — во владимирской тюрьмах. Постановлением Президиума ВЦИК от 21 июля 1925 года оставшийся срок лишения свободы признан условным, и архиепископ Григорий был освобождён. Скончался 26 апреля 1932 года в Свердловске. Погребён в Екатеринбурге с правой стороны Иоанно-Предтеченской церкви.

[2] ГААОСО Ф.р.1 Оп.2 Д.73697 Т.2 Л.100;

[3] Там же, л.59;

[4] Там же, Лл.63-63 об.;

[5] Там же, Лл.60-60 об.;

[6] Там же, Лл. 61-61 об.’

[7] ГААОСО Ф.р.1 Оп.2 Д.73697 Т.1 Л.127;

[8] Юртаев Дмитрий Матвеевич [1897 – после 1940] Родился в г. Оренбург. Из рабочих, образование — низшее. Учился в Академии внешней торговли (1933-34). С 1919 — в органах ЧК, зам. зав. транспортным отделом Туркестанской краевой ЧК. В 01.1919 — арестован восставшими во время т.н. «Осиповского мятежа» в Ташкенте;C 08.1920 — член коллегии [аппарата] уполномоченного ВЧК по Казкраю — член коллегии Оренбургско-Тургайской губЧК;зав. Секретно-оперативным отделом — зам. пред. Оренбургско-Тургайской губ. ЧК ; пред. Оренбургско-Тургайской губ. ЧК (05?1921-27.10.1921);одновременно, заместитель полпреда ВЧК по КазАССР (08.1921);пред. Семипалатинского губ. отдела ГПУ (10.1921-22 гг.); одновременно, врид. ответ. секретарь Семипалатинского губкома партии (янв.-март 1922 г.);нач-к СОЧ — зам. Полпреда ОГПУ СССР по Уралу (01.1924);врид. полпред ОГПУ СССР по Уралу (10.-11.1924 г.); помощник, заместитель начальника Административного отдела ОГПУ СССР (1926-02.1930 гг.); начальник школы ВНО (?) ОГПУ СССР и по совместительству заместитель начальника АО ОГПУ СССР (1.2.1930-08.1931 гг.); откомандирован в ОГПУ СССР, затем сотрудник резерва ОГПУ СССР (08.1931-06.1933 гг.);помощник начальника УСО ОГПУ СССР (06.1933-08.1934 гг.); заместитель начальника ОАГС НКВД СССР (08.1934-29.7.1937 гг.); 29.7.1937 г. зачислен в действующий резерв ГУГБ НКВД СССР. Арестован 1.04.1938. 14.12.1939 дело прекращено постановлением зама НКВД СССР и из-под стражи освобожден Капитан ГБ (19.7.1936 г.).Награжден знаком «Почетный работник ВЧК-ГПУ (V)». Приказом Народного комиссара внутренних дел Союза ССР № 466,   10 апреля 1940 года уволен по болезни.;

[9] Спиридонов Владимир Афанасьевич (ок.1887 -1861). Родился в семье потом­ственного металлурга Нейво-Шайтанского завода. В 1905 году пошел трудиться на завод в листопро­катный цех рабочим, был призван на военную службу — до 1917 года. В августе 1917 года его принимают в партию и выбирают председателем Нейво-Шайтанского Совета рабо­чих и крестьян. В 1918 г — Комиссар Административного Отдела Алапаевского Совдепа. Во время Гражданской войны служил командиром артиллерийской батареи. В мае 1920 года В. А. Спиридонов был назначен начальником городской милиции и уполномоченным уездного отделения ЧК. В 1923 году работает судьей в Нижней Салде, Петрокаменске. В 1929 году возвращается в Нейво-Шайтанский, работает обермастером листопрокатного цеха, директором завода, а затем переводится директо­ром Верхне-Синячихинского металлургического завода. В 1934 году организует в селе Мугай первую МТС и назначается ее директором. В 1942 году избирается председателем Нейво-Шай­танского поселкового Совета депутатов трудящихся, где и работает до выхода на пенсию. Умер в 1961 году. В поселке Нейва-Шайтанском в его честь названа улица.;

[10] ГААОСО Ф.р.1 Оп.2 Д.73697 Т.1 Лл.128-128 об.;

[11] Начсо – начальник следственного отдела;

[12]ГААОСО Ф.р.1 Оп.2 Д.73697 Т.1   Лл. 129-129 об.;

[13] Там же, л.130.

Комментарии запрещены.