Сухарев Юрий

Календарь

Январь 2023
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
 1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031  

Савельева Л.И. Очерк жизни Алексея Петровича Пятницкого

«Вспомнить о предшественниках, трудами которых пользуемся, справедливо и поучительно. Их жизнь и деятельность в лучших ее проявлениях может служить примером для нашей жизни, деятельности». Д. Н. Кайгородов

Алексей Петрович Пятницкий на стыке XIX-XX веков был довольно заметной персоной Иркутской общественной жизни, однако, впоследствии практически полностью забытой, как, впрочем, и многие другие.

Когда я в 2008 г. по просьбе историка лесоводства из Екатеринбурга Алексея Фёдоровича Кузнецова обратилась в Государственный архив Иркутской области (ГАИО) за возможно сохранившимися документами, которые помогли бы восстановить память об этом замечательном человеке, мне сказали, что вряд ли что-то найдётся.

Когда же я свои поиски завершила, мне посоветовали по этим материалам написать и защитить диссертацию.  Диссертацию писать, наверное, уже поздно, а вот рассказать об Алексее Петровиче Пятницком – незаурядном человеке – мне очень хочется.

Начнём, пожалуй, с того, что Алексей Петрович Пятницкий не был иркутянином по рождению. Он появился здесь, в Иркутске, в 48-летнем возрасте, уже вполне сложившимся человеком. Алексей Петрович не был и ссыльным в отличие от некоторых других мужчин его поколения, которые оказались в Сибири в наказание за какое-либо преступление, но отбыв его, остались жить в Иркутске и даже были приняты на государственную или местную службу. В качестве примера можно назвать Болеслава Петровича  Шостаковича, сосланного в Сибирь за участие в антиправительственных организациях и, несмотря на это, ставшего в 1902 г. градоначальником Иркутска, а ещё раньше – гласным Томской и Иркутской городских дум.

Алексей Петрович Пятницкий был направлен в Иркутск Высочайшим приказом по министерству земледелия и государственных имуществ (МЗ и ГИ) 17.04.1894 на службу в качестве вице-инспектора корпуса лесничих при Иркутском (Восточно-Сибирском) генерал-губернаторе, которым в то время являлся Горемыкин Александр Дмитриевич.

Необходимо, видимо, пояснить, что такое корпус лесничих.

В Российской Империи корпус лесничих в составе министерства государственных имуществ был образован положением от 30.01.1839 о придании лесному ведомству военного устройства. Все чины корпуса имели воинские звания от рядовых до генералов. Заведовал им инспектор корпуса лесничих, а с 1843 г. директор лесного департамента, который также именовался инспектором корпуса лесничих. При корпусе состояли вице-инспекторы и запасные лесничие, а для следственных и судебных дел был учрежден лесной аудиториат. В 1867 г. корпус из военного был вновь преобразован в гражданское ведомство.

Для назначения Алексея Петровича Пятницкого вице-инспектором корпуса лесничих были достаточные основания.

Во-первых, он имел высшее образование, окончив Земледельческий институт в Санкт-Петербурге с утверждением со 02.06.1869 в звании действительного студента сельского хозяйства и лесоводства (низшей учёной степени в России, которая в 1819-1884 гг. присваивалась лицам, окончившим университеты и приравненные к ним институты). Данный факт подтверждает аттестат от совета Санкт-Петербургского Земледельческого института, выданный 07.11.1869, хранящийся в фондах Исторического архива Санкт-Петербурга.

Во-вторых, Алексей Петрович Пятницкий на поприще лесоводства и лесной охраны имел большой опыт практической работы.

Будучи причисленным к лесному департаменту 02.06.1869, он приказом по корпусу лесничих от 15 июля того же года был назначен исправляющим должность запасного лесничего, а приказом от 29.04.1870  откомандирован для заведования лесами князя Паскевича в Могилевской и Рязанской губерниях.

 После заведования лесами князя Паскевича он был назначен согласно приказу по корпусу лесничих от 30.10.1878 исправлять должность лесничего I разряда лесничества управления монастырскими имениями и лесами в Бессарабии.

По завершении этой службы на основании приказа по корпусу лесничих от 21.05.1882 Алексей Петрович заведовал частными лесами Товарищества Сергинско-Уфалейских горных заводов в Пермской губернии, в которых трудился 11 лет и зарекомендовал там себя наилучшим образом.  Например, после пожара в Верхнем Уфалее, случившемся в 1890 г., он оказал большую помощь местному населению в решении вопроса о строительстве нового училища, которое стало одним из лучших в Екатеринбургском уезде. Занимался он и проблемами народного просвещения, состоял попечителем уездных народных школ.  

Затем, по решению Главного начальника Уральских горных заводов с 16.06.1893 Алексей Петрович Пятницкий был назначен на должность младшего лесного ревизора при управлении Уральскими казенными горнозаводскими лесами.

В этой должности, как отмечено в формулярном списке о службе, он проявил свою «особо полезную деятельность и содействия, оказанные командированной в 1893 г. на Урал комиссии по производству технических исследований соединительной ветки между Уральскою и Симбирскою железными дорогами». За это ему в марте 1894 г. была «объявлена  благодарность министра Государственных имуществ, изложенная в отношении Горного департамента за № 1166-м».

Это обстоятельство имело, по моему мнению, существенное  значение при назначении Алексея Петровича Пятницкого в 1894 г. вице-инспектором корпуса лесничих при Иркутском генерал-губернаторе, поскольку в Восточной Сибири, как мы все знаем, в это время шло строительство Сибирской железной дороги (Транссиба). Путь прокладывали через таежные вековые леса. И, конечно, здесь нужен был человек – чиновник, которого не надо было бы учить тому, что такое железная дорога и лес, его рациональное использование и сбережение. В 1897 г., с созданием управления государственных имуществ (УГИ) Иркутской губернии, он был назначен исправляющим должность его начальника, с сохранением временно обязанностей по предыдущей должности вице-инспектора корпуса лесничих при Иркутском генерал-губернаторе.

Мне было несколько странно и даже обидно за Алексея Петровича, что при явном понимании достоинств и деловых его качеств он так и не был утверждён в должности начальника управления.

Хотя исправлявший должность начальника УГИ Енисейской губернии Духович Высочайшим приказом по гражданскому ведомству от 19.02.1901 в должности был утвержден, о чём есть запись в книге приказов Иркутского военного генерал-губернатора за № 32 от 16.03.1901.  

Нельзя сказать, что до приезда Пятницкого в Иркутск в генерал-губернаторстве не занимались лесами. Но было много вольницы, так как два-три человека лесного ведомства в каждой из губерний не могли охватить своим вниманием всю территорию. Кроме того, жизнь диктовала новые требования, и нужны были новые люди. 

С 1895 г. в губернии трудами Алексея Петровича Пятницкого начали создаваться лесничества. До образования УГИ Иркутской губернии все чины МЗ и ГИ по корпусу лесничих – вице-инспектор, коллежский асессор Алексей Петрович Пятницкий; ревизоры по лесоустройству, коллежские асессоры Готлиб Мартынович Шатц, Иван Николаевич Разночинцев, Митрофан Александрович Тронов, Николай Иванович Сорокин; лесничий I разряда, коллежский секретарь Леонид Алексеевич Ветчинкин; кондукторы, коллежские регистраторы Алексей Александрович Волков, Александр Иванович Крюков и Иван Михайлович Мальфин; лесные кондукторы Александр Андреевич Чалмадеев и Василий Васильевич Корочанский – состояли при генерал-губернаторе. Вице-инспектор не имел в своём подчинении ни одного человека! Поэтому он вынужден был постоянно обращаться по вопросам лесной службы к правителю канцелярии генерал-губернатора Ивану Петровичу Моллериусу, ставшему позже губернатором Иркутской губернии. Например, 23.05.1895 вице-инспектор корпуса лесничих Алексей Петрович Пятницкий писал:

«Господину правителю канцелярии Иркутского генерал-губернатора. Покорнейше прошу Ваше Превосходительство, если признаете возможным, сделать следующие распоряжения по лесному отделу:

Когда прибудут лесничие Иркутский и Байкальский, поручить им немедленно принять все дела от исправляющих их обязанности лесных кондукторов Мальфина и Крюкова, а последним выдать командировочное содержание и поручить немедленно отправиться на лесоустроительные работы, первому в Ачинский округ, или в те места, которые будут назначены ревизором лесоустройства Шатцем, а второму в Минусинский…»

Полагаю, что подобная бюрократия тормозила совершенствование лесного дела в генерал-губернаторстве.  

Тем не менее, к 1897 г. в Иркутской губернии было создано четыре лесничества:

— Байкальское (лесничий – губернский секретарь Иван Дмитриевич Образцов, помощник его – не имеющий чина Илья Николаевич Булыгин);

— Иркутское (лесничий – коллежский советник Павел Дмитриевич Смирнов, помощник его – не имеющий чина Владимир Петрович Качка);

— Китойское (лесничий – коллежский регистратор Франц Денисович Роговский,  помощник его – не имеющий чина Павел Васильевич Скопин);

— Николаевское (лесничий – губернский секретарь Леонид Алексеевич Ветчинкин, помощник его – лесной кондуктор Константин Николаевич Пантелеев).

А в 1901 г. в губернии было уже десять лесничеств: Иркутское (г. Иркутск); Байкальское (с. Лиственничное, г. Иркутск); Ангарское (г. Иркутск);  Китойское (с. Усолье, адрес: с. Тельма); Зиминское (с. Зима); Тулуновское (с. Тулун); Бирюсинское (там же); Николаевское (Николаевский железо-делательный завод); I-е Ленское (с. Качуг); II-е Ленское (с. Знаменка).

Как видим, лесничества располагались на землях всех пяти округов: Иркутского, Балаганского, Нижнеудинского, Верхоленского и Киренского, — но их границы не совпадали с границами волостей. Лесничества включали в себя заказники и земли крестьян, тогда как частновладельческие леса в состав лесничеств не входили.

Созданием казённых лесничеств забота о лесе не ограничивалась. В 1894 г. Алексей Петрович Пятницкий занимался также заказниками и особо ценными лесными дачами.

К обследованию лесных пространств и подготовке предложений по созданию заказников он привлекал не только лесничих и иных лесных специалистов, но и других людей, с лесом напрямую не связанных, например, заведующего Минусинским общественным музеем Николая Михайловича Мартьянова. В ГАИО есть их переписка, инициатором которой был Алексей Петрович.

От имени управления Алексей Петрович подготовил и направил  02.11.1898 Лесному департаменту МЗ и ГИ представление по выделу в Иркутской губернии наиболее ценных лесных дач, где отвод крестьянам и инородцам допускать не следует. В конце документа он написал просто замечательные слова: «Если бы в силу каких-либо соображений пришлось отказаться от сохранения за казною вышеперечисленных участков и приступить к эксплоатации лесов удалённых и совершенно отрезанных от мест потребления, за отсутствием путей вывоза, то, принимая во внимание дороговизну проложения вновь лесовозных дорог в гористой местности и высокую стоимость провоза, рыночная стоимость лесных материалов так значительно увеличилась бы, что развитие в крае заводской и фабричной промышленности надолго было бы задержано, и кроме того, дороговизна леса крайне вредно отозвалась бы на благосостоянии некрестьянского населения». Предложения управления были положены в основу приказа министра МЗ и ГИ от марта 1899 г. В мае 1902 г. управление сделало дополнительные предложения по данному вопросу.  

Думаю, что здесь нелишним будет немного сказать об истории российского лесохозяйствования. Лесное хозяйство как система стало формироваться в России только в начале XVIII века в связи с необходимостью обеспечения расширяющегося государственного военного кораблестроения, начатого ещё в XVII веке при царе Алексее Михайловиче Романове по ведомству созданного им Корабельного приказа. В 1703 г. уже Петром I Корабельный приказ был преобразован в Адмиралтейский.

Первым главным лесничим (обер-вальдмейстером) России в 1718 г. стал Панкратий Софонович Глебовский.

У обер-вальдмейстера были помощники: семеро вальдмейстеров – по числу главных рек – и унтер-вальдмейстеры по числу притоков главных рек. Это были не только грамотные, но и обеспеченные люди, так как жалованье за службу они получали исключительно за счет удержанных штрафов. А если штрафовать было не кого, то и жалованья не было.

Реформы управления лесами продолжались и в последующие годы. В 1798 г. произошло знаменательное для русского леса событие – Указом от 26.05.1798 все леса, кроме принадлежавших помещикам, были подчинены учреждаемому Лесному департаменту при интендантской комиссии Адмиралтейской коллегии.

Главной целью введения системного государственного лесного хозяйствования было прекратить свободную рубку лесов. Указ от 01.02.1703, во-первых, назвал заповедные породы деревьев: дуб, клен, сосна в отрубе толще 12 вершков (53,4 см), вяз, карагач и лиственница, «пригодные на корабельное и иных морских судов строение». Во-вторых, этот Указ установил, что на расстоянии 50 верст (53,5 км) от больших рек и на 20-30 верст (21,4-32,1 км) от малых леса этих пород являются заповедными. Указ от 19.11.1703 расширил перечень заповедных пород, добавив в него ильм и ясень, определил заповедные дубовые массивы в конкретных местностях, а также ввел смертную казнь за самовольную порубку заповедных лесов. 

В России создавались дубовые корабельные леса, появились Аптекарские огороды – предшественники ботанических садов. Для их насаждения и обслуживания приглашались иностранные мастера, которые, однако, были обязаны иметь при себе русских учеников.

Россия открывала лесные учебные заведения для обучения своих подданных лесному делу, что являлось прямой обязанностью Лесного департамента. Устав о лесах, утвержденный 11.11.1802, в п. 19 гласил: «Лесному департаменту поручается учредить в надлежащих местах школы для образования и научения людей в лесоводственных науках».

В 1897 г. (через 95 лет после издания Указа!) наступила очередь и Иркутской губернии создать лесную школу.

Сообщение УГИ Иркутской губернии об открытии лесной школы опубликовала 30.07.1897 газета «Иркутские губернские ведомости» (№ 31).

В нём говорилось, что «с 1 сентября с. г. при Байкальском лесничестве близь Иркутска открывается низшая 2-х классная лесная школа, имеющая целью подготовку сведущих по лесной части лиц, для замещения низших должностей (кондукторов) по лесному управлению», приводились условия поступления и обучения, а также последующего трудоустройства и даже пенсионного обеспечения.

Особо отмечалось, что «прошения о допущении к приемному экзамену в школу подаются на имя заведывающего школою и принимаются в управлении государственными имуществами … ежедневно от 10 до 3 ч. дня, кроме дней праздничных. Адрес управления: Большая ул., д. Кузнецовых».

Этот дом можно видеть на открытке из коллекции С. Медведева, отыскавшейся в интернете. К сожалению, дома уже давно, с 1967 г., нет в нашем городе.

Дом Кузнецовых по ул. Большой в Иркутске (не сохранился)

УГИ находилось в доме братьев Кузнецовых в 1897 году. Позже оно сменило адрес, переехав в дом Анания Исаевича Миндалевича на углу Большой улицы и Малой Блиновской, 40/2 (сейчас это – угол улиц Карла Маркса и Чехова). 

В приложении к Адрес-календарю на 1897-1898 гг. извещение от УГИ  об открытии лесной школы было перепечатано с добавлением, что школа находится на Верхне-Амурской улице в доме Богданова, где ранее помещалась 4-я часть (имеется в виду полицейская часть).   

Набор в Байкальскую низшую лесную школу был успешно произведен, но дом лесничий Ветчинкин (сменивший первого Байкальского лесничего Образцова), который по совместительству был ещё и заведующим школы, выбрал неудачно. После выезда полицейской части помещения требовали  капитального ремонта. Его по договору об аренде должен был сделать владелец дома – купец Богданов, но тот не спешил.

Кроме того, лесничества, нуждавшиеся в специалистах лесоустройства, располагались в основном к западу и северу от Иркутска. Поэтому в июле  1899 г. низшую лесную школу из Иркутска перевели в село Тулуновское. Заведовал Тулуновской школой лесничий коллежский асессор Тимофей Михайлович Смаковский, а преподавали в ней коллежский секретарь Сергей Алексеевич Панченко и (в разное время) губернские секретари Александр Карлович Ахенбах и Николай Николаевич Петров. Алексей Петрович Пятницкий не оставлял Тулуновскую школу без внимания, даже выпускные экзамены в 1900 г. принимал там лично.

Я несколько раз обращалась в Тулунский краеведческий музей с просьбой сообщить какие-либо сведения об этой школе, но там пока ничего не нашли…

В государственное имущество Иркутской губернии, как и по всей стране, согласно законодательству «входили: населённые и ненаселённые казённые земли, «пустопорожние» и дикие поля, леса, «оброчные статьи», морские берега, озера, судоходные реки (с берегами), большие дороги, казенные и публичные здания, заводы и иное движимое и недвижимое имущество». Управление выдавало разрешения на разведку полезных ископаемых, осуществляло контроль их использования; подыскивало совместно с переселенческой комиссией подходящие места для размещения поселений вдоль строящейся железной дороги и для переселенцев из центральной России; организовывало торги по сдаче государственных имуществ в аренду и выполняло другие обязанности, направленные на их эффективное использование.

В ГАИО сохранилось дело «По прошению профессора Университета Св. Владимира Коротнева о сообщении сведений о рыболовном и нерпичьем промыслах на озере Байкале» в связи с поручением МЗ и ГИ, начатое 13.07.1900. Государство организовало экспедицию профессора Коротнева, на нужды которой в распоряжение Пятницкого было ассигновано из средств Комитета Сибирской железной дороги 11 500 рублей с правом выдавать авансы до 5 тысяч единовременно. Исследования длились долго, вплоть до 1907 года.

Есть в ГАИО ещё одно не менее интересное дело «По ходатайству Иркутского мещанина Иосифа Кузьмичева об отдаче ему в 48-летнее пользование небольшого озера, лежащего к югу от Байкала». Делом, начатым 19.11.1901 при генерал-губернаторе Пантелееве, занималось УГИ Иркутской губернии. На основании его отзыва генерал-губернатор Кутайсов направил в МЗ и ГИ 22.12.1903 заключение, согласно которому озеро, расположенное между выселками Мурино и Снежным, было отдано мещанину Кузьмичеву в 48-летнюю аренду за плату по 10 рублей в год.   

Но лес всегда стоял на первом плане, тем более что управлению была вменена обязанность ведения заготовки дров и шпал для железной дороги.  Наверняка, без участия управления не обошлась и заготовка древесины для строительства деревянного железнодорожного иркутного моста. Пробные лиственничные сваи для него толщиной не менее 6 вершков (26,7 см) начали испытывать с 08.01.1897. Мост при испытании его 05.08.1898 сначала двумя локомотивами, а затем и составом из 20 гружёных рельсами платформ, которые два локомотива тянули взад и вперёд, дал осадку всего около 0,07%. Присутствовавшая при испытаниях публика восторженно поздравляла строителей с успехом. Думаю, что успех с ними по праву делили и лесничие, удачно подобравшие деревья для постройки моста, который простоял до 1913 г. За стальной мост через Енисей, построенный на Транссибе, его создатели получили золотую медаль на Всемирной Парижской выставке в 1900 г. Интересно, как бы оценили там деревянный мост через Иркут, будь он представлен на выставку в качестве экспоната? Первый поезд в Иркутске встречали через несколько дней после испытания моста – 16.08.1898. Как сообщала газета «Восточное Обозрение» в № 97 за 19.08.1898, на вокзале собралась Дума города в полном составе, а также представители всех ведомств. Так что, Алексей Петрович Пятницкий, несомненно, участвовал в этом событии.

Лес был не только служебной обязанностью, но и большой любовью Алексея Петровича всю его жизнь. Он говорил и писал о нём при любом удобном случае, подкрепляя слова свои делами. Как вы думаете, дорогие земляки, с чего началось в нашем городе празднование столетия со дня рождения великого русского поэта А.С. Пушкина? Угадать, конечно, трудно. Стоит запомнить: с праздника  древонасаждения, устроенного в Иркутске 06.05.1899 специально созданной для подготовки празднования юбилея поэта думской комиссией. Учащиеся школ города садили деревья на усадьбе будущей школы имени А. С. Пушкина под руководством учеников Байкальской лесной школы в заранее этими учениками подготовленные ямки; перед ними с блестящей речью о творчестве А. С. Пушкина, а также о пользе леса, и деревьев вообще, выступил гласный Думы управляющий государственными имуществами Иркутской губернии Алексей Петрович Пятницкий. В фондах ГАИО сохранился полный текст речи Алексея Петровича, где есть слова, актуальные и в наши дни: «Посадим эти деревца ради свежего дыхания с пожеланием, чтобы посадки эти производились каждый год в гораздо большем количестве, и чтобы жители Иркутска, сознав пользу древонасаждения, засаживали деревьями каждый свободный уголок своей усадьбы». Хорошо бы! Довольно подробно этот праздник описан в газете «Восточное Обозрение» № 96 за 08.05.1899.

Алексей Петрович Пятницкий вообще много потрудился в местном управлении города Иркутска, являясь гласным (т. е. депутатом) городской Думы двух созывов: 1898-1901 и 1902-1905 гг., а также в общественных объединениях иркутян. В местном управлении Алексей Петрович не был новичком, поскольку ещё раньше он являлся гласным Думы города Гомеля, Пермского губернского, Красноуфимского и Екатеринбургского уездного земств.

Справедливости ради, надо заметить, что, учитывая многочисленные и продолжительные поездки по губернии и всему генерал-губернаторству, а также в министерство по делам службы, он посещал не все заседания Думы. Но если Алексей Петрович присутствовал на заседании, то активно включался в обсуждении вопросов повестки дня.

С его участием городской Думой было рассмотрено много вопросов по весьма широкой тематике. Например, его мнение учтено при издании  распоряжения об обеспечении города хлебом; об установке разной таксы (цены) на мясо за заднюю и переднюю части туши по сезонам забоя; признать необходимой нивелировку города; о назначении арендной  платы за выявленные при переоценке недвижимых имуществ захваченные городские земли в зависимости от ценности захваченного участка; о необходимости изучить практику общества потребителей до списания со счета управы утраты соли; о введении подрядного способа устройства помещений для пожарного обоза при 4-й полицейской части; о поручении управе возбудить ходатайство о прирезке городу выгонных земель из числа ныне значащихся государственными, никем не владеемыми; за счет текущих расходов города ассигновать 400 руб. (с отнесением по смете 1899 г.) на составление копии с плана города с нанесением на нее всех проектных предположений городского общественного управления о необходимых изменениях в существующем городе и по образованию новых кварталов, а также при принятии других решений.

Однако так было не всегда. К примеру, 05.10.1898, комиссией по постройке больницы имени Медведниковых в Думу был представлен проект контракта с архитектором А.И. Кузнецовым на исполнение проекта и сметы, изготовление необходимых детальных чертежей и шаблонов, а также технологический надзор за постройкой больницы.

Гласный Пятницкий возражал против рассмотрения вопроса о технологическом надзоре городского архитектора, так как он не стоял в программе заседания, и любое решение по нему – незаконно, а гласный Власов предлагал пригласить для надзора за постройкой больницы губернского архитектора. Всё же Дума данный вопрос рассмотрела и вынесла решение, по которому Кузнецову поручался надзор за сами собой.

Подготовка к зиме – важный момент в деятельности Иркутского городского управления. Поэтому дровяной вопрос неизменно возникал из года в год. Дума то требовала от УГИ разрешить жителям окраин самостоятельно бесплатно заготавливать дрова, то снизить таксу на их заготовку, что было бы прямым нарушением закона; то построить дровяные склады для удобства горожан, однако отводила под них такие места, что никакой таксой покрыть расходы по доставке дров с лесных делян на склад было бы невозможно. Несмотря на то, что при тех же самых тарифах сажень дров в Красноярске продавалась горожанам в несколько раз дешевле, чем в Иркутске, некоторые гласные упрекали Алексея Петровича в нежелании защищать интересы жителей города. А когда он решил отказаться от почетного места гласного Думы, тут же стали просить его остаться. Да, невероятно сложно в Иркутске во все времена совмещать государственные и местные интересы…

Дума для подготовки вопросов к рассмотрению и контроля деятельности городского управления создавала всевозможные комиссии, в которых не просто числился, а активно работал наряду с другими гласными и Алексей Петрович Пятницкий:  училищная комиссия под председательством А.А. Корнилова (с 1898 г.); комиссия по изысканию средств для устройства помещений для 2-й и 3-й полицейских частей и для пожарного обоза 2-й и 4-й частей, на сформирование обоза 4-й части из городского пожарного резерва, а также на другие неотложные расходы города, не введенные в городскую смету по недостатку наличных средств, исчисленных по смете доходов в 1898 г. (с 28.04.1898, председатель исправляющий должность городского головы П.Я. Горяев); комиссия для выработки данных, необходимых для составления проектного плана города (с 15.06.1898, председатель В.В. Оглоблин); комиссия по ревизии отчётов по управлению сиропитательным домом Е. Медведниковой в 1897 г. и финансовых отчётов совета банка сиропитательного дома за 1894, 1896 и 1897 гг. (с 21.08.1898, председатель П.Н. Гундерин); комиссия по строительству Медведниковской больницы (председатель Красиков, А.П. Пятницкий избран кандидатом на заседании 28.08.1898); комиссия для предварительного рассмотрения проекта городских смет на 1899 г. (с 27.10.1898 под председательством городского головы В.В. Жарникова); комиссия по организации Пушкинских празднеств (председатель гласный И.И. Попов); комиссия для ревизии финансового отчёта управы за 1898 г. (с 17.08.1899); комиссия для разработки вопроса, где именно и на каких условиях следует городу уступать в аренду свои выгонные земли для устройства на них фруктовых садов (с  28.09.1899); комиссия о пользах и нуждах общественных (с 01.11.1899); комиссия по наблюдению за угодьями города (с декабря 1900 г.); комиссия по строительству постоянного моста через Ангару (в 1901 г.) и другие.

Будучи чрезвычайно загруженным по государственной службе и деятельностью гласного в городской Думе Иркутска, Алексей Петрович Пятницкий не уклонялся и от общественного служения.

Он был с 1896 г. в составе правления общества потребителей для оказания помощи малоимущим лицам, трудящимся на ниве народного образования; с 1897 г. – членом Комитета Благотворительного общества, во главе которого стоял Высокопреосвященный Тихон; также с 1897 г. –  членом наблюдательного Комитета Общества взаимного страхования имущества от огня, который возглавлял священник Стефан Евдокимович Виноградов; в  1901 г. – членом Восточно-Сибирского окружного управления Российского общества красного креста под председательством Николая Емельяновича Маковецкого; с 1901 г. – членом совета Общества борьбы с заразными болезнями под председательством Иркутского генерал-губернатора; с 1901 г. – членом Комитета общества земледельческих колоний и ремесленных приютов для малолетних преступников под председательством (в разные годы) Г.В. Кастриото-Скандербек-Дрекаловича и С.П. Коваленского; в 1901-1902 гг. был председателем правления Иркутского пожарного общества.

Кроме того, с 1897 г. Алексей Петрович был членом Епархиального училищного совета под председательством архимандрита Никона. В совете состояли кафедральный протоиерей Михаил Александрович Фивейский, протоиереи Василий Федорович Копылов и Иосиф Григорьевич Боголюбов, а членами по должности являлись епархиальный наблюдатель церковно-приходских школ и директор народных училищ.

И вот это участие в Епархиальном училищном совете меня несколько удивляло, но только до тех пор, пока не пришел ответ на мой запрос из государственного архива Калужской области.

Оказалось, что Алексей Петрович Пятницкий родился в селе Хотени Козельского уезда Калужской губернии 3 марта 1846 г. в семье дьячка (впоследствии ставшим псаломщиком) Введенской церкви этого села Петра Прохорова (Прохоровича) Пятницкого и законной жены его Пелагии Никитиной (Никитичны). И был он также внуком дьячка той же церкви Прохора Ефимовича Пятницкого, и правнуком Ефима Ивановича (фамилия в документах не указана), служившего во Введенской церкви пономарём. В семье Петра Прохоровича и Пелагии Никитичны Пятницких, кроме среднего сына Алексея, были сын Василий старше Алексея на 6 лет и дочь Мария младше Алексея на 6 лет. 

Основываясь на этих данных, с уверенностью можно сказать, что Алексей Петрович Пятницкий происходил из семьи потомственных священнослужителей, которые многие годы служили в церкви села Хотени Козельского уезда Калужской губернии.

Но одного происхождения ведь недостаточно, чтобы участвовать в Епархиальном училищном совете. Алексей Петрович Пятницкий был достаточно хорошо образован в духовном плане: он обучался в Калужской духовной семинарии с 1862 по 1866 год, а в семинарию поступил после окончания Калужского духовного училища, где курс обучения длился шесть лет.

Такое духовное образование делало Алексея Петровича Пятницкого весьма полезным членом Епархиального училищного совета в период его государственной службы в Иркутской губернии.

Из среднего отделения Калужской духовной семинарии, то есть до окончания полного срока обучения, который составлял шесть лет, Алексей Петрович был уволен по личному прошению, поданному им в правление семинарии: «Желая поступить в число студентов Санкт-Петербургской медико-хирургической академии, я прошу семинарское правление подвергнуть меня экзаменам по узаконенной программе. К сему прошению ученик среднего отделения 1-го класса Алексей Пятницкий руку приложил». 

Прошение семинариста Пятницкого о желании поступить в медико-хирургическую академию не было чем-то исключительным. Дело в том, что в 1754 г. реформатор медицинского образования в России Пётр Захарьевич Кондоиди  «добился согласия Синода на набор учеников из всех духовных академий и семинарий: семинаристы были хорошо образованы (большая же часть населения Российской империи того времени было неграмотной). И хотя медико-хирургические училища, а затем и М[едико] Х[ирургические] А[кадемии] формировались в основном бывшими семинаристами, это были особые люди, которые «променяли рясу на клизму и скальпель» Е. И. Богдановский, И. П. Павлов, А. Г. Полотебнов и др. Большинство из них в течение своей жизни исповедовали высокие нравственные идеалы, определив медицину как особую форму служения государству и народу (особую форму священства). Очевидно, поэтому российская медицина XVIII-XIX вв. характеризуется не только рационализмом и практическим характером, но мощными гуманистическими традициями врачебной этики. Впоследствии, когда бывшие семинаристы становились врачами, а некоторые из них – блестящими учеными и педагогами, они привносили идеалы гуманизма и милосердия в свою врачебную, научную и педагогическую деятельность, воспитывая на них будущие поколения медиков».

Семинарии страны в пределах установленных квот направляли в медицинские институты ежегодно 50 своих учеников, но только тех из них, кто подал соответствующее прошение о желании поступить в тот или иной институт.  

Хотя экзамены и в семинарии, и в медико-хирургической академии были сданы успешно, и Алексея Петровича приняли в сентябре 1866 г. «в число своекоштных студентов Императорской С. Петербургской Медико-Хирургической Академии по медицинской части в первый курс», он уже 8 октября того же года согласно прошению был «уволен вовсе из ведомства Академии». И это нежелание учиться в медико-хирургической академии возникло, вероятно, по какой-то важной причине, так как ещё 05.09.1866, то есть вскоре после начала учебного года, он подал прошение директору Земледельческого института о допуске к приемному экзамену.

Земледельческий институт был образован в Санкт-Петербурге в составе лесного и агрономического отделений вследствие перевода в столицу Горы-Горецкого Земледельческого института после участия в польском восстании 1863 г. многих его студентов и некоторых преподавателей и слияния его с Лесной академией за два года до поступления в него Алексея Петровича.

После успешно сданных вступительных экзаменов по математике, физике и русскому языку Алексей Петрович Пятницкий был принят в число студентов лесного отделения Земледельческого института. Он «при отлично хорошем поведении окончил с успехом курс по предметам: геодезии, статистики и политической экономии, минералогии, ботаники, зоологии, физики и климатологии, механики, сельского строительного и инженерного искусства, сельскохозяйственной технологии, по всем отраслям земледелия, зоотехнии и лесоводства, по счетоводству и сельскохозяйственной экономии».

Кстати, одновременно с Алексеем Петровичем Пятницким в институте на агрономическом отделении учился и будущий министр Земледелия и Государственных имуществ (Министерство в таком виде было образовано в 1894 г.) Алексей Сергеевич Ермолов, который по окончании престижного Царскосельского лицея в 1866 г. стал студентом Земледельческого института. Вольнослушателем института с 1868 г. был и будущий известный лесовод и популяризатор природы Дмитрий Никифорович Кайгородов, чьё высказывание я позаимствовала в качестве эпиграфа из статьи Р. В. Боброва «Санкт-Петербургский лесной (Императорский) институт», которую очень рекомендую к прочтению.

Обширные знания, полученные в институте, опыт предыдущей практической работы позволяли Алексею Петровичу Пятницкому успешно справляться как со своими должностными обязанностями, так и с работой в думских комиссиях, и в общественных объединениях иркутян.

Алексей Петрович был настоящим трудоголиком, не щадившим себя и находившим отдохновение в чтении книг. Не знаю, была ли в семье Пятницких домашняя библиотека, но в Иркутской городской библиотеке Алексей Петрович Пятницкий числился подписчиком, а в бесплатной народной библиотеке-читальне имени А. В. Потаниной – пожизненным членом.

За весь период службы, а это без малого 36 лет, он был в отпусках всего четыре раза. В Управлении монастырскими имениями и лесами он получил отпуск только через три с половиной года службы и всего на три недели (!).

Отпуск, случившийся в 1900 году, был обусловлен тем, что Алексея Петровича Пятницкого пригласили принять участие во Всемирной Парижской выставке, открывавшейся 15.04.1900. Министр уволил его в 4-месячный заграничный отпуск с 21.01.1900. Алексей Петрович решил взять с собой в Париж супругу и детей. Необходим был заграничный паспорт. Он подал 16.12.1899 прошение Иркутскому губернатору о выдаче паспорта, но в губернии почему-то бланка паспорта не нашлось, и Болеслав Павлович Цехановецкий (Цехановский), исправлявший должность губернатора, выдал Алексею Петровичу лишь «удостоверение о неимении препятствий к выезду за границу».

Факт отъезда Алексея Петровича за границу (очевидно, с заездом в Санкт-Петербург для оформления паспорта) зафиксирован в книге приказов генерал-губернатора Пантелеева, где за № 8 от 25.01.1900 записано:

«Ввиду отъезда Вице-Инспектора Корпуса Лесничих Надворного Советника Пятницкого в разрешенный ему 4-месячный отпуск, временное исправление обязанностей Вице-Инспектора Корпуса Лесничих возлагаю на Ревизора Лесоустройства Коллежского Ассесора Сорокина», –

а также в книге постановлений УГИ Иркутской губернии, где Алексей Петрович Пятницкий собственноручно написал:

«№ 5-й. Отправляясь сего числа, с разрешения Г. Министра в 4-х месячный заграничный отпуск, предлагаю Помощнику Управляющего Государственными имуществами Коллежскому Ассесору Штромбергу вступить в и. д. Управляющего Государственными имуществами Иркутской губернии, согласно § 13 Инструкции Управления. – Января «20» дня 1900 г.»

(Освободил Штромберга от исправления обязанностей Управляющего 27.06.1900, возвратясь из заграничного отпуска).

         Приглашение на участие в выставке было обусловлено тем, что Алексей Петрович при всей своей занятости находил ещё время заниматься научными разработками и изобретательством. Л. И. Зорина в «Истории УОЛЕ», опубликованной в 1995 году в Ученых записках Свердловского областного краеведческого музея, писала: «В 1894 г. члены УОЛЕ узнали о новом способе углежжения, изобретенном лесничим Сергинско-Уфалейских заводов А.П. Пятницким … На одном из заседаний общества он продемонстрировал модель усовершенствованной им малогабаритной печи, «при употреблении которой потеря горючего была доведена до минимума». К началу 1900-х гг. печи А.П. Пятницкого получили широкое признание и распространение на Урале. Алексей Петрович, как указано в одной из биографических справок, опубликовал несколько печатных работ, в том числе по вопросам выработки древесного угля. Кроме действительного членства в УОЛЕ, Алексей Петрович Пятницкий с 1890 г. был постоянным членом Петербургского лесного общества.

         На Всемирной Парижской выставке усовершенствованные технологии углежжения и печь собственной конструкции представил также уральский  лесничий Владимир Егорович Боков. Они оба, и Боков, и Пятницкий,  были заслуженно награждены серебряными медалями выставки. В литературе упоминается ещё один лесничий, якобы, участник выставки, награждённый серебряной медалью, но в книге «Россия на Всемирной выставке в Париже в 1900 г.», вышедшей в Санкт-Петербурге в том же году, о нём сведений нет.

Из заграничного отпуска Алексей Петрович вернулся с опозданием белее, чем на один месяц. Однако причина опоздания была признана министерством уважительной, поэтому этот факт никаких отрицательных последствий для службы не имел.

Об участии Алексея Петровича Пятницкого во Всемирной Парижской выставке 1900 г., о его там награждении серебряной медалью в прессе Иркутской губернии я информации не нашла. Может быть, плохо искала?

Длительное отсутствие, конечно же, потребовало от Алексея Петровича при возвращении в Иркутск усиленного внимания к своим прямым обязанностям. Да еще навалились разбирательства жалоб крестьянских начальников на «ущемления» со стороны лесничих, в которые оказались втянутыми и губернатор, и генерал-губернатор, и МЗ и ГИ, и чиновник по особым поручениям при Иркутском военном генерал-губернаторе А. Корнилов, обвинявший Алексея Петровича в превышении полномочий, а пресса («Восточное  Обозрение») освещала их весьма своеобразно. Главной причиной «ущемлений» были самовольные захваты покосов и такая же порубка лесов,  которой грешили не только сельские поселенцы, но и железнодорожные строители. Газета «Восточное Обозрение» в № 62 за 14.03.1903 уже после увольнения Алексея Петровича Пятницкого от исправления должности управляющего государственными имуществами сообщала: «мы слышали», что по инициативе ревизора лесного ведомства будет возбужден юридически строго обоснованный гражданский иск к управлению Кругобайкальской железной дороги за самовольную рубку заповедного леса на сумму 48 тыс. рублей. Но ведь такие иски готовятся не два дня. Поэтому вполне резонно предположить, что поездка Алексея Петровича в Санкт-Петербург в конце 1902 г. была связана и с этим делом.   

Алексей Петрович всё меньше мог участвовать в заседаниях Думы, что очень его беспокоило, поэтому, будучи человеком ответственным, он 13.12.1900 написал заявление городскому голове: «По сложившимся обстоятельствам я не могу более исполнять обязанности гласного, о чем покорнейше прошу довести до сведения Думы».

Дума 19.12.1900 (протокол № 49) постановила: «просить г. Пятницкого остаться гласным Городской Думы». Городской голова Василий Васильевич Жарников письмом от 22.01.1901 известил Алексея Петровича Пятницкого об этом постановлении, подчеркнув, что он «долгом считает присоединиться к нему», и выразил уверение в искреннем уважении к Алексею Петровичу.

Алексей Петрович ответил не сразу, только 26.02.1901. По всей видимости, решение далось ему нелегко, что видно и из текста его письма: «На письмо от 22-го Янв. с. г. за № 60/135 имею честь уведомить, что несмотря на моё искреннее желание участвовать в общественных делах я не могу оставаться гласным Думы по многосложности моих прямых служебных обязанностей.

Прошу принять уверение в совершенном к Вам почтении».

Весь 1901 г. у Алексея Петровича был заполнен исполнением прямых обязанностей, а также поездкой в Санкт-Петербург и многими поездками по губернии. Кроме того, в силу служебного положения на него периодически возлагали управление губернией, например, на время отсутствия исправлявшего должность Иркутского губернатора Вице-Губернатора Болеслава Павловича Цехановецкого (Цехановского) с 26 июля до 4 августа 1901 г.

Несмотря на то, что Алексей Петрович уже в 1901 г. не мог должным образом выполнять обязанности гласного и регулярно участвовать в работе Думы, он вновь был избран гласным Городской Думы на четырёхлетие 1902-1905 гг.

05.12.1902 Алексей Петрович Пятницкий отправился по делам службы по губернии, а затем по служебным же делам проследовал с разрешения Министра в Санкт-Петербург, о чем свидетельствует запись в журнале постановлений по УГИ Иркутской губернии 1902 г. за № 38.

Министр, которого, вероятно, при виде Алексея Петровича, также как и В. Е. Бокова, поразило изменение его облика не в лучшую сторону, предоставил ему с 03.01.1903 четырёхмесячный заграничный отпуск с сохранением содержания. На службу в Иркутскую губернию Алексей Петрович Пятницкий больше не вернулся, так как ещё до окончания отпуска  Высочайшим приказом по гражданскому ведомству от 25.03.1903 за № 24 он был назначен главным лесничим Уральского Горного Управления (а от исправления должности управляющего государственными имуществами Иркутской губернии уволен 20.02.1903 «для определения к другим делам» ). Как обычно, власти посчитали, что одной должности Алексею Петровичу Пятницкому будет мало, и следующим Высочайшим приказом по гражданскому ведомству от 01.04.1903 за № 25 он был назначен ещё и вице-инспектором корпуса лесничих, с оставлением в занимаемой им должности.

В Думу города Иркутска Алексей Петрович Пятницкий подал заявление с отказом от звания гласного за выездом из Иркутска на жительство в Красноярск (возможно, министром рассматривался вариант дальнейшей его службы в Енисейской губернии). Дума заявление приняла к сведению и исключила Алексея Петровича Пятницкого из своего состава 13.03.1903.

В формулярном списке о службе, составленном в декабре 1897 г., когда Алексей Петрович Пятницкий исправлял должность управляющего государственными имуществами Иркутской губернии, имеются сведения о назначенном ему годовом содержании в размере 4500 рублей, состоящем из жалования в 1800 рублей, столовых – 1800 рублей и квартирных – 900 рублей. Такой доход укладывался в установленный имущественный ценз для включения его в список кандидатов на избрание гласным городской думы, хотя он и по должности своей, и по стоимости дома имел право на такое избрание.

Алексей Петрович, вообще, по моим представлениям, был человек небедный. В том же формулярном списке написано, что в его собственности находятся благоприобретенное имение с домом, садом и хозяйственными постройками в Гомельском уезде Могилевской губернии площадью 220 десятин (2,2 га) и деревянный дом в г. Иркутске. В Списках лиц, имеющих право голоса в избирательных собраниях г. Иркутска для  выбора гласных  на 4-летие с 1902 по 1905 г. включительно стоимость дома указана в размере 3888 рублей.

Усадебный дом находился в 3-ей части на 3-ей Солдатской улице (сейчас улица Грязнова) между улицами Большой и Арсенальской (сейчас Карла Маркса и Дзержинского) по правой стороне. Его давно уже снесли, наверное, для свободного проезда машин и техники к стройке дома между нынешними улицами Лапина и Грязнова. Отсюда было совсем недалеко до УГИ, расположенного на Большой улице сначала в доме братьев Кузнецовых, а позже в доме Миндалевича. По приезде же в Иркутск Алексей Петрович с семьёй снимал квартиру в доме Петрова на углу улиц Арсенальской и Саломатовской (сейчас Дзержинского и Карла Либкнехта). Этот дом в наше уже время горел, долго  стоял, огороженный высоким забором, недавно его стали восстанавливать.

Удобно было и детям Алексея Петровича из дома на 3-ей Солдатской улице добираться до своих учебных заведений. Когда семья Пятницких поселилась в Иркутске, сыну Владимиру, родившемуся в Бессарабии 13.05.1881, исполнилось уже 13 лет. Его определили на учёбу в Губернскую мужскую гимназию (установила методом исключения, т. к. в других учебных заведениях его в списках нет). Однако, в ГАИО нет дела мужской гимназии, поэтому никаких подробностей о его поступлении в гимназию и учебе там найти невозможно. О Владимире Алексеевиче Пятницком удалось узнать только, что по образованию он был горным инженером, в 1908 г. в чине коллежского секретаря служил инженером VII кл. отдела торговых портов Министерства торговли и промышленности.  

О дочери Вере, родившейся на Урале 11.07.1884, информации немного больше. Причём, не только о ней, но и о потомках.

Дочь Алексея Петровича по его прошению, поданному в августе 1894 г.,  была определена в Девичий Институт Восточной Сибири на своём содержании. Именно из прошения стал известен первый адрес жительства семьи Пятницких в Иркутске. Кроме прочих необходимых документов, к прошению  прилагалось обязательство двух благонадёжных лиц, постоянно проживающих в городе, немедленно явиться за дочерью Алексея Петровича или прислать надёжное лицо с доверенностью в случае увольнения её из института и принять её на своё попечение. Вот так заботливо относились в Институте к своим воспитанницам! Одним из этих благонадёжных лиц был коллежский асессор Михаил Дубенский, делопроизводитель канцелярии генерал-губернатора, который проживал на Почтамтской улице в доме Ложникова. Имя и адрес второго доверенного лица разобрать не удалось.

В Девичьем Институте Вера проучилась только один год, в 7-ом классе (тогда счет классов вёлся не от меньшей цифры к большей, а наоборот). При отличном поведении она показала отличные успехи по всем обязательным предметам: Закону Божиему; русскому, французскому и немецкому языкам; математике и географии. Кроме того, она обучалась чистописанию, рисованию, пению, рукоделиям, музыке, гимнастике и танцам.

В августе 1895 г. Алексей Петрович Пятницкий, титулярный советник, подал в Совет Института заявление с просьбой возвратить представленные им документы и залог в 175 руб. из-за того, что он не имел более возможности продолжать воспитание дочери в Институте. Полагаю, что он не хотел, чтобы дочь подолгу жила отдельно от семьи. Однако связь с Институтом не была разорвана окончательно. В ноябре того же года Совет Девичьего Института Восточной Сибири направил Алексею Петровичу Пятницкому сочинение «Записки охотника» И.С. Тургенева, «назначенное в награду дочери Вашей Вере за отличные успехи в науках, оказанные ею при переводе из VII в VI класс сего Института».

В дальнейшем Вера обучалась в прогимназии И. С. Хаминова, где попечительницей и председательницей попечительского совета была Надежда Владимировна Сукачёва, супруга Иркутского городского головы.

Вера Алексеевна Пятницкая вышла замуж за Александра Ивановича Тиме из известного на Урале рода, происходившего из Германии. У супругов Тиме было трое детей (внуков Алексея Петровича) — Сергей, Дмитрий и Вера. Вера Алексеевна Тиме, урожденная Пятницкая, умерла в 1910 г. Её супруг в досоветский период имел большой послужной список. Его служба проходила во многих местах России, в том числе в Забайкалье управляющим предприятиями Абамелек-Лазаревых. Он проводил в Сибири разведки на каменный уголь для Сибирской железной дороги, долгое время, вплоть до 1919 г., служил в Степном Северном горном округе с центром в Омске.  В дальнейшем работал в Усолье-Сибирском на солеваренном заводе и  курорте, в Новосибирске, с конца 20-х – в Казахстане, в 1933–1936 годах был главным инженером треста «Каззолото», в 1936 году переехал в Свердловск, где готовил к защите диссертацию. Как и многие люди той поры, он был  репрессирован. Александр Иванович Тиме был арестован НКВД в 1937 и расстрелян в 1938 году.  

Все внуки Алексея Петровича родились, когда их отец служил в Донбассе.

Год рождения внучки Веры Александровны Тиме точно установить не удалось (в разных источниках указаны разные годы), но известно, что она была замужем, имела двух детей – сына и дочь. Умерла в 1968 году.

Внуки Сергей и Дмитрий продолжили династию Тиме, став горными инженерами. Оба участвовали в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.  от начала до конца, старший – Сергей – в звании ст. техника-лейтенанта, младший – Дмитрий – в звании рядового, затем ст. сержанта.

Для Сергея Тиме война 9 мая 1945 года не закончилась, он участвовал и в боях с Японией. В январе 1944 года он был тяжело ранен, но вернулся в строй. За воинские подвиги Сергей Александрович Тиме был награждён орденами Красной Звезды и Отечественной войны II степени, медалями «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», «За победу над Японией», «За взятие Кёнигсберга». Сергей Александрович проживал в Москве. Родившись в 1904 г., он умер в 1981.

Сергей Александрович Тиме. Фото из архива автора

Дмитрий Александрович Тиме был награждён медалями «За оборону Ленинграда», «За боевые заслуги», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.», а в апреле 1985 года в честь 40-летия Победы в Великой Отечественной войне – орденом Отечественной войны I степени. Дмитрий Александрович проживал в Ленинграде. Он был дважды женат. Родился он в 1906, а  умер в 1986 году.

Дмитрий Александрович Тиме. Фото из архива автора.

Подробности личной жизни внуков Алексея Петровича Пятницкого на сегодняшний день мною не установлены. Однако в интернете нашлись фотографии Сергея и Дмитрия Тиме, которые представлены в альманахе.

Не могу со стопроцентной уверенностью сказать, что их дед есть на фото гласных в усадьбе Владимира Платоновича Сукачёва, хранящемся в фондах Иркутского областного краеведческого музея. Музей датирует его 1894 г., но среди гласных Думы созыва 1891-1894 гг. лесничих не было.  На этом же фото в одном ряду с Владимиром Платоновичем вторым справа изображен служащий лесного ведомства в чине коллежского асессора, что помог мне установить наш иркутский краевед Ефим Евгеньевич Россихин. Поэтому, вероятнее всего, гласные сфотографировались в 1898 г. незадолго до отъезда Сукачёвых из Иркутска.  

В энциклопедии «Немцы России» упоминается, что у супруги Александра Ивановича Тиме Веры Алексеевны было два брата Владимир и Александр, оба горные инженеры. Хотелось бы что-то узнать и об Александре, но пока не удалось. Единственное, что могу предположить – он был старше Владимира и на момент переезда семьи в Иркутск жил отдельно от неё. В формулярный же список о службе вносились сведения только о детях, проживавших совместно с отцом.

Супругу Алексея Петровича Пятницкого звали Александра Андреевна. В формулярном списке о его службе, хранящемся в ГАИО, указано, что он «женат на девице личной почётной гражданке Александре Пятницкой». Личное почётное гражданство присваивалось человеку Сенатом. Не буду  гадать, по какому из оснований, предусмотренных законом, его присвоили Александре Андреевне Пятницкой, причём, ещё до замужества, но сам этот факт характеризует её как человека добропорядочного.   

В Иркутске Александра Андреевна Пятницкая заведовала приютом благотворительного общества, в котором воспитывались 50 девочек.

После отъезда из Иркутска и назначения Алексея Петровича главным лесничим Уральских горных заводов и вице-инспектором корпуса лесничих, Пятницкие поселились в Екатеринбурге, бывшим тогда, хотя и уездным городом Пермской губернии, но столицей горного Урала. Лесное управление со служебной квартирой главного лесничего находилось в доме 37 на Главном проспекте (сейчас проспект Ленина). Дом хорошо сохранился. К сожалению, Алексей Петрович проработал в этих должностях, сначала в чине коллежского советника, а затем статского советника,  чуть больше двух лет. Он умер 13.04.1905. Отпевание в Екатерининском соборе Екатеринбурга и погребение на кладбище Ново-Тихвинского девичьего монастыря прошли 15 апреля. На следующий день в газете «Урал» был опубликован некролог, где особо отмечались всеобщая любовь и уважение к нему как к человеку и начальнику, а также высокий профессионализм и бескорыстное честное служение на любых постах, включая общественные. При этом в некрологе, к сожалению, есть много ошибок и неточностей в описании служебной деятельности Алексея Петровича Пятницкого. В июне 1905 г. журнал «Лесопромышленный вестник» опубликовал воспоминания Владимира Егоровича Бокова, в которых он называет Алексея Петровича добрейшим и гуманнейшим человеком (см. Приложение). Могила Алексея Петровича Пятницкого не сохранилась, т. к. на монастырском кладбище в советское время были построены различные объекты министерства обороны.  

Деятельность чинов лесного ведомства и УГИ Иркутской губернии в период службы Алексея Петровича Пятницкого способствовала сбережению лесов и повышению государственных доходов, за что они получали повышение классных чинов, премии, благодарности и государственные награды, хотя и не слишком щедрые. Алексей Петрович Пятницкий, прослуживший в Иркутском генерал-губернаторстве и Иркутской губернии более 8 лет, имел всего лишь медаль на Александровской ленте в память царствования Императора Александра III.

В 2021 году исполняется 175 лет со дня рождения Алексея Петровича Пятницкого. Мне думается, что этот высокообразованный добрейший и гуманнейший человек, бескорыстно и честно служивший на благо России, за свой большой вклад в развитие Иркутской губернии заслуживает того, чтобы в нашем городе Иркутске появилась улица его имени или памятная доска.

Данная статья с сокращениями была опубликована в сборнике «Прогулки по старому Иркутску», альманах, № 1 (7), от 20.04.2021:- Иркутск, 2021.

ИСТОЧНИКИ

1.ИАСПб, ф. 994, оп. 2, д. 116. 

2.ГКУ ГАКО, ф. 33, оп. 3, д. 1083; ф. 33, оп. 3, д. 1273; ф. 50, оп. 2, д. 89; ф. 65, оп. 2, д. 1101; ф. 86, оп. 3, д. 88.

3.ОГУ ГАИО, ф. 25, оп. 9, д. 124; ф. 25, оп. 9, д. 166; ф. 25, оп. 9, д. 232; ф. 25, оп. 9, д. 282; ф. 25, оп. 9, д. 410; ф. 25, оп. 10, д. 80; ф. 25, оп. 10, д. 130; ф. 25, оп. 16, д. 280; ф. 25, оп. 18, д. 230; ф. 32, оп. 1, д. 4796; ф. 64 оп. 1, д. 826; ф. 70, оп. 3, д. 574а; ф. 70, оп. 3, д. 611 ф. 70, оп. 3, д. 670; ф. 70, оп. 3, д. 725; ф. 70, оп. 3, д. 726; ф. 70, оп. 3,  д. 824; ф. 70, оп. 3, д. 880; ф. 70, оп. 3, д. 1025; ф. 70, оп. 3, д. 1100; ф. 70, оп. 3, д. 1191; ф. 70, оп.3, д. 1357; ф. 176, оп. 1, д. 115; ф. 176, оп. 1, д. 141; ф. 176, оп. 1, д. 542;  ф. 176, оп. 1, д. 943; ф. 176, оп. 1, д. 2775; ф. 176, оп. 1, д. 2971; ф. 446, оп. 1, д. 23; ф. 446, оп. 1, д. 46.

4.Свод Законов Российской Империи, т. X, кн. 2 ч. 1, гл. 1, т. 406; т. XXVII, № 20506.

5.«Восточное Обозрение» № 5 за 10.01.1897; № 93 за 09.08.1898; № 97 за 19.08.1898; № 96 за 08.05.1899; № 62 за 14.03.1903.

6.Адрес-календарь Иркутской губернии на 1897-1898 годы.

7.Памятная книжка Иркутской губернии на 1902 год.

8.Памятная книжка Иркутской губернии на 1903 год.

9.Адрес-календарь Пермской губернии на 1904-1905 гг.

10.Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона.

11.Большая советская энциклопедия.

12.Россия на Всемирной выставке в Париже в 1900 г. Санкт-Петербург:                      изд. И. Шустов, 1900.

13.Летопись города Иркутска за 1881-1901 гг. изд. подготовлено Н.В. Куликаускене. Иркутск: Вост.-Сиб. кн. изд., 1993.

14.Санкт-Петербургский лесной (Императорский) институт / Р.В. Бобров // Лесное хозяйство. – 2001. – № 3 – С. 17 – 19.

15.Немцы России. Энциклопедия. Т. 3. М.: «ЭРН», 2006.

16.А.В. Петров, М.М. Плотникова «Городские головы, гласные и депутаты Иркутской думы 1872-2011». Биографический справочник. Иркутск: «Оттиск», 2011.

17.Т. Л. Петрище «История медицины и фармации» Курс лекций. Выпуск 3. Витебск: ВГМУ, 2014.

18.ГАСО, ф. 6, оп. 13, д. 52. (об отпевании А.П.П.)

19.http://chel-portal.ru/enc/Пятницкий_Алексей_Петрович

20.pamyat-naroda.ru

                                                                  Приложение 1

Воспоминание об Алексее Петровиче Пятницком

В апреле скончался главный лесничий уральских горных заводов и вице-инспектор корпуса лесничих статский советник А. П. Пятницкий. Мои всегдашние с ним хорошие отношения подсказывают мне о необходимости вспомнить покойного хорошим словом. Первое мое знакомство с Алексеем Петровичем было в 1885 г. Служил я тогда в Артинском заводе, Пермской губ[ернии]. В одно прекрасное время я увидел подъезжающего к моей квартире лесничего; приветливо раскланиваясь со мною, он еще из экипажа обратился с приветствием, сказав, что приехал ко мне, по пути, чтобы познакомиться с соседом-лесничим. Нечего, пожалуй, и говорить о том, что я несказанно был рад видеть у себя милого соседа-лесничего. Угостив дорогого гостя, чем Бог послал, я и моя семья были прямо в восторге от нового знакомого и проведенные вместе час-другой были приятны и незаметно пролетели. А. П. оказался неистощимым, приятным собеседником. Не хотелось нам скоро отпускать милого гостя, но и хорошему бывает конец, и гость уехал в г. Красноуфимск по делам служебным и земства. Через некоторое время мне также пришлось проезжать через Сергинский завод, где жил Пятницкий и я, разумеется, навестил Алексея Петровича. У себя, дома, он оказался еще более милым господином, и я встретил от него и его супруги: радушие, внимание и хлебосольство. Затем я в течение целого ряда лет видался с А. П., и наши отношения как соседних лесничих и как знакомых, были всегда наилучшими. В Сергах А. П. был душою общества: представительной наружности, предупредительный, деликатный, инициатор, он имел все данные, чтобы около него группировалась публика, и чтобы он был властелином её, и вот поэтому-то дом его всегда охотно посещался его знакомыми.

В отношение служебной деятельности А. П. Пятницкого приходится отметить, что он был не рутинер и сухой формалист дела. Заведуя в 80-х годах лесами громаднейшего на Урале Сергинско-Уфалейского округа, г. Пятницкий первым внес луч света в непроглядную тьму лесного дела, и заводы эти только с поступлением его стали знать, что такое правильное лесное хозяйство, ибо при нем, со времени существования земной жизни, впервые началось устройство лесов; при нем впервые первобытный «кабанный» способ углежжения, разорительный для лесов, стал заменяться более усовершенствованными и выгодными способами; венцом же всех забот об улучшениях явилось изобретение Алексеем Петровичем углевыжигательной «печи-томилки». Это было уже открытие, изобретение А. П-ча… С этого момента имя г. Пятницкого на Урале загремело… А. П-ч много работал в Пермской губернии и Красноуф. Уездном земстве, будучи членом разных комиссий. В 90-х годах А. П. получил место лесного ревизора на казен[ных] горн[ых] заводах и вскоре был назначен управляющим госуд[арственными] имущ[ествами] в Иркутскую губернию, а года два тому назад был определен главным лесничим уральских горных заводов. Отправляясь на Урал, А. П. писал мне, со свойственною ему любезностью, что проедет через Златоуст тогда-то и желал бы повидаться со мною на вокзале, а если можно, то и с другими лесничими Златоустовского округа. Встреча наша на вокзале была как старых знакомых. К огорчению моему, я уже видел пред собою А. П-ча по наружности сильно изменившимся: поседевшим и значительно постаревшим. Бывая в Екатеринбурге, где жил главный лесничий, я всегда по-прежнему встречал в А. П-че добрейшего и милевшего человека. То к обеду пригласит, то в ложу в театр, словом, по-прежнему, был неизменно добр и мил. Был г. Пятницкий и у меня на ревизии и сказать, кроме самого хорошего, про него ничего нельзя. Последний раз я виделся с ним в августе прошлого года, когда он приезжал в Златоуст с министром земледелия. Министр был на центральном печном углежжении, где я давал ему объяснения о ходе печей; об усовершенствовании же своей печи и процессе переугливания г. министру объяснял сам г. Пятницкий. Многого за такое короткое время, два года, г. Пятницкий не мог сделать для уральских лесов, но все-таки лесоустр[оительные] работы при нем сильно подвинулись вперед; главная же его заслуга на Урале – это его «печи-томилки». Смерть А. П. удручающе подействовала на его сослуживцев и вызвала глубокую печаль у всех его знавших. На гроб его лесные чины возложили несколько венков. Начальство, сослуживцы, множество знакомых и друзей проводили останки усопшего до его места упокоения.

Мир праху твоему, добрейший и гуманнейший Алексей Петрович!

В. Е. Боков

Златоуст,

1 июня 1905 г.

Опубликовано в журнале «Лесопромышленный вестник» 1905, № 29, С. 327

Приложение 2

Публикация в соцсетях 15.03.2021 Л. И. Савельевой

Вспоминая Алексея Петровича Пятницкого, бывшего Вице-Инспектором Корпуса лесничих при Иркутском Генерал-Губернаторе, исправлявшим должность Управляющего [государственными] имуществами Иркутской губернии, в день 175-летия со дня его рождения, я хочу рассказать лишь о том, как удалось достоверно установить его внешний облик. Те из иркутян, кто был на прогулке «По старому Иркутску» 30 августа 2016 года, возможно помнят, что я сетовала на отсутствие фотографии Алексея Петровича. Но фотография была!  

Гласные Иркутской городской думы в гостях у В.П.Сукачева. Фото 1890-х гг.

Только не было уверенности в том, что на снимке гласных Иркутской городской Думы в усадьбе В. П. Сукачева, скан которого из газеты «Восточно-Сибирская Правда» мне дала когда-то Наталья Валерьевна Гончаренко, есть и Алексей Петрович Пятницкий. Дело в том, что фотографию датировали 1894 годом, а стать гласным в этом году мой герой никак не мог, так как выборы проходили, когда он еще и не знал, что будет служить в Иркутске. Но одна персона, явно, в мундире чиновника лесного ведомства заинтересовала не только меня, но и историка из Екатеринбурга Алексея Фёдоровича Кузнецова, который в конце 2007 года, когда я наведалась в Лесохозяйственную академию, где он преподавал, по совету профессора Николая Николаевича Чернова (Царствие ему Небесное!) попросил меня поискать в Иркутске документальные подтверждения службы в нашем городе этого удивительно замечательного человека. Документов нашлось очень много, а вот фотографии, где было бы написано, что вот он – Пятницкий, не встретилось, так же, как и в других архивах, куда я посылала запросы о нем. Качество газетного скана не позволяло увеличить фотографию до размера, когда можно было бы в деталях изучить облик запечатлённых на ней людей. Если помните, я и в интернете просила помочь мне с поиском нужного фото. И вот, в прошлом 2020 году Иркутский областной краеведческий музей предоставил скан той самой фотографии в хорошем разрешении. Сомнений в том, что в одном ряду с В. П. Сукачевым, второй с правого края, сидит лесничий, не осталось. Но в каком он чине? Я попросила помочь разобраться в этом бывшего сослуживца моего мужа несомненного знатока Иркутска, и вообще прошлых лет, Ефима Евгеньевича Россихина. Он уверенно написал – чиновник лесного ведомства, коллежский асессор. Благодаря книге Алексея Викторовича Петрова и Марии Михайловны Плотниковой «Городские головы, гласные и депутаты Иркутской думы 1872-2011». Биографический справочник»  удалось установить, что среди гласных Иркутской городской Думы до 1898 года лесничих вообще не было. А в 1898 году именно Алексей Петрович Пятницкий стал первым лесничим – гласным Думы. Значит, фотография сделана не в 1894, в 1898 году, видимо, на память во время прощания Владимира Платоновича Сукачева с думцами перед его отъездом из Иркутска, навсегда… Мой подробный рассказ об Алексее Петровиче Пятницком ожидается в ближайшем выпуске альманаха «Прогулки по старому Иркутску». Не пропустите, там будет много и других интересных статей.

А пока пожелаем все вместе вечную память Алексею Петровичу Пятницкому, достойно потрудившемуся на благо России, в том числе и в Иркутской губернии!

И спасибо всем, кто помог вернуть Иркутску имя Алексея Петровича Пятницкого! Хорошо бы в городе улицу его именем назвать…

Комментарии запрещены.

Полезные сайты