Сухарев Юрий

Календарь

Июль 2024
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031  

Сухарев Ю.М. «Скажи мне, Господи, путь…» (полная версия биографии протоиерея Иоанна Сторожева)

И Сторожев амI
Иван Владимирович Сторожев по происхождению своему принадлежал к старинным арзамасским купеческим родам – как по линии отца своего, так и по линии матери.
Больше всего следов на общественном поле этого города оставил дед его – Рувим Васильевич Сторожев. Держал он бакалейные лавки в Гостином ряду.[83]


В пятидесятые-семидесятые годы XIX века Рувим многократно избирался гласным от купечества в состав Городской Думы Арзамаса [1;2;82]
После введения в 1870 г нового избирательного законодательства (Городового Положения) выборы в Думу стали проходить по нескольким категориям избирателей, в зависимости от их имущественного положения. Рувим Васильевич избирался по первому разряду (т.е. среди самых состоятельных) и занимал верхнюю строчку в списке. В документах он фигурирует по преимуществу, как купец 3-й гильдии. Но в 1864 г, в прошении в Арзамасский уездный суд по делу «о взыскании с него Унтер-Офицершей Авдотьей Яковлевой Ильиной /… /денег» он именуется купцом 2-й гильдии — торговцы меняли свою «гильдийность» в целях благоприятного для них налогообложения.[78а]
Сторожевы проявляли себя в Арзамасе и в самом начале XIX века. В Нижегородском архиве хранится доклад купца В.А.Сторожева об улучшении контроля за общественными весами и мерами, сделанный в Архамасской Городской Думе 19 июня -17 июля 1801.[16]
Вероятно, докладчиком был отец Рувима Васильевича.
Сохранили архивы и данные о представителях других ветвей рода Сторожевых. Например, существует переписка дворянского заседателя Нижегородского уголовного суда Пантелеева и Арзамасской городской думы о местонахождении бывшего старосты Введенской церкви г. Арзамаса А.Сторожева и прихожан А.Кирилова и Е.Шаталова (11 июля — 13 июля 1821г). [17]
А в 1883 г в этом городе гласным по 1-му разряду являлся Сторожев Александр Александрович. [3]
Выявление полного родословия Сторожевых задачей автора не является. Однако, просматривая документы, обращаешь внимание на присутствие этой фамилии среди крестьянства Арзамасского уезда. Так в 1883 и 1885 гг волостным старшиной в селе Абрамовском был Иван Константинов Сторожев [3;4]
Это позволяет предположить, что арзамасские купцы Сторожевы вышли из крестьян этого уезда, вероятно ещё в XVIII веке.
Рувим Васильевич умер в период между 1875 и 1880 гг. Жена его — Надежда Гавриловна Сторожева числилась в списке лиц, «имеющих право голоса, из жителей города Арзамаса, по земским учереждениям в 1880 г». [78]
Это следует понимать так, что она и являлась на тот момент наследницей имущества мужа.

Гостиный ряд

Арзамас, Гостиный двор

Наверное, Рувим Васильевич спокойно встречал старость. Они с Надеждой Гавриловной вырастили трёх сыновей — Владимира, Николая и Геннадия. Гордостью провинциального купеческого семейства был Геннадий Рувимович (1845 – 21.09. 1914) -доктор медицины, приват-доцент терапии Московского ун-та в 1871 – 1914 гг. Докторскую диссертацию он защитил в 1871 г, ещё при жизни отца [74].
Геннадий Рувимович заведовал также водолечебным заведением Редлиха. Его перу принадлежат такие книги, как «Гидротерапиия» (печатня Яковлева, 1889 г), « Курс бальнеотерапии» (Москва, Печатня С.П.Яковлева, 1893г), «Водолечебная практика» ( М. Типо-литография М.А.Мальцова 1914г).
Другой сын, Николай Рувимович, женился на Надежде Афанасьевне Комковой, дочери местного купца Афанасия Клементьевича Комкова. По информации арзамасского писателя-краеведа Вячеслава Панкратова, именно Николай продолжил семейное торговое дело.[83]
По обычаям того времени, хозяйство должен был перенять старший сын, Владимир. Но В. Р. Сторожев, отец Ивана, скончался 2 января 1878 году в возрасте 35 лет и был погребён на кладбище Спасского монастыря. Иван родился через два месяца после смерти отца – 3 марта 1878 г. На руках его матери остались ещё и две дочери – десятилетняя Мария и четырёхлетняя Рахиль.
Молодой вдовой была Елизавета Ивановна Сторожева, урожденная Цыбышева. Купеческий род Цыбышев был в свое время на вершине арзамасского общества. В 1774 году проездом в Арзамасе ночевал в доме купца И. И. Цыбышева А. В. Суворов. Очевидно, это был лучший дом в городе. Полководец подарил сыну купца шпагу — шестигранный обоюдоострый клинок, с латунным позолоченным эфесом, украшенным
рельефными изображениями. Сегодня раритет в экспозиции Суворовского музея.
[85]
В конце XVIII и начале XIX века Цыбышевы держали чугунный завод. Однако позднее такое предприятие в Арзамасе уже не числилось. Очевидно, они переключились на обычные для города торговые операции и обработку животных продуктов (скорняжное производство, кожевенное, войлочное, салотопенное и другие).
В конце XIX века жизненный цикл дела Цыбышевых пошёл на спад (вместе с экономикой всего города, оказавшегося вне новых транспортных магистралей). А.М.Горький, находясь в 1902 году в арзамасской ссылке познакомился с П.И. Цыбышевым «кустарем, владельцем кузнечно-слесарной мастерской, человеком начитанным и революционно настроенным, и часто навещал его в двухэтажном каменном доме в Поповом переулке (теперь ул. Владимирского, д. № 31; дом перестроен)». [25]
Речь, очевидно, идёт о брате Елизаветы Ивановны (матери Ивана Сторожева). Дети Петра Ивановича уже к купечеству отношения не имели совершенно. Но имели отношение к революционной борьбе.
Леонид Петрович Цыбышев принимал активное участие в транспортировке листовок, брошюр, газет из нелегальной Понетаевской типографии в Нижний Новгород. Умер в 1910 г.
Петр Петрович Цыбышев (1874—1940) с 1900 по 1919 г. работал учителем в городском 2-х классном училище в Васильевском уезде, инспектором высшего начального Арзамасского училища и заведующим Арзамасской школой 2-й ступени (ныне школа им. А. С. Пушкина). В 1914 г являлся гласным Арзамасской Думы. В 1918 г. был делегатом IV Всероссийского съезда Советов. С августа 1919 г. работал в Нижегородском губкоме партии.
Сын Петра Петровича Цыбышева — Петр (1902— 1920) был другом А. П. Гайдара. Он один из организаторов арзамасской комсомолии, активный участник гражданской войны. Умер в Арзамасе от возвратного тифа и ран, полученных на фронте. Некролог по поводу его смерти написан А. П. Гайдаром.
[115;79;96]
II
Но мы уже далеко проскочили вперёд. 1878 год. До революций ещё далеко. Родился человек – Иван Владимирович Сторожев. Через 34 года он, неожиданно для всех, станет священником. Было ли церковное благочестие в его арзамасских корнях?
И Сторожевы, и Цыбышевы были известными в городе благотворителями во славу Божью. Протоиерей И.Сахаров сообщал: «В 1828 году из дворян городовая секретарша Гликерия Сторожева духовным завещанием предоставила оной (Ильинской.-Ю.С.) церкви 20 десятин пахотной земли, с тем, чтобы две трети доходов с неё обращались на украшение церкви, и одна треть на пользу причта.
По её же, Сторожевой, завещанию пожертвованы /…/ бархатные, шитые золотом ризы со стихарём, воздухами и прочими принадлежностями священнического и дьяконского облачения».[98]
Попутно отметим для себя, что в роду Сторожевых были и дворянки. Возможно, речь идёт о жене Василия Сторожева (прадеда Ивана). Титул городского секретаря мог быть присвоен и купцу, если тот занимал должность в системе местного самоуправления.
Воцерковлённым человеком был и отец Ивана – Владимир Рувимович. Вячеслав Панкратов пишет: «Владимир Рувимович Сторожев остался в памяти арзамасцев, как наиболее ревностный защитник Спасского монастыря, когда поднялся вопрос о закрытии обители и передачи его зданий под духовное училище. Монастырь удалось отстоять, а для духовного училища было построено новое здание на Сальниковой улице – ныне в нём размещается педагогический институт».[83]
Не менее радели о церквах Цыбышевы.
Протоиерей И.Сахаров, в 1849 году описывая Владимирскую церковь г. Арзамаса, указывает на мещанина Ивана Васильевича Цыбышева, как на одного из главных благотворителей этого храма. Он (вместе с купцом Свешниковым) купили на своё иждевение каменный дом со двором, смежный церковному погосту, и пожертвовали строения и землю под зимний храм. «В особенности мещанин Цыбышев, бывши ктитором храма, оставил по себе вечную память, пожертвованием всего своего достояния и деятельными попечениями о собрании средств от прихожан на сооружение зимней церкви, которую в короткое время построил и приготовил к освящению». [97]
Среди ценностей Ильинской церкви о. И. Сахаров выделял древний храмовый образ Успенья Богоматери в серебряной ризе с жемчугами. «Серебра 84 пробы 14 фунтов; жемчугу счётом 1685 зёрен; пожертвована риза покойной купчихой Фавстой Цыбышевой». А также «образ Казанской Богоматери, в шесть вершков вышины, пожертвованный мещанами Цыбышевыми, некогда бывшими фабрикантами». Указывается, что на образе риза серебряная, также с жемчугами. «Кроме того, между жемчугом много крупных тёмно-красных камней, отличной воды. Наименование и ценность их неизвестны». [98]
Не охладели к Церкви Цыбышевы и в 80-е годы XIX века. Нижегородские ведомости сообщали, что исправляющим должность Губернатора одобрено постановление Арзамасской Городской Думы, состоявшейся 5 марта 1880 г, «об увольнении купца Амосова, вследствие его просимости, от должности старосты при Всесвятской кладбищенской церкви и о допущении к оной помощника его, мещанина Цыбышева».[77]
Арзамас и сегодня, и сто двадцать лет назад — ворота в Саров и Дивеево. Народное почитание старца Серафима существовало в России и до канонизации его в 1903 г. Но наиболее «плотным» оно было в Арзамасском уезде. Думается, что саровский батюшка в семействе Сторожевых почитался, ибо его молитвами исцелялись люди из окружения семьи.
Один такой случай зафиксирован в «Летописи Серафимо-Дивеевского монастыря». Нижегородский мещанин Павел Иванов Байков свидетельствовал: «В 1868 году, когда я был приказчиком у купца Сторожева в г. Арзамасе Нижегородской губ., в декабре месяце при занятии в ренсковом погребе, в подвале, в 8 часов вечера со мною открылась болезнь глаз и вместе с сим обуял меня какой-то страх».
Болезнь усиливалась и сторожевский приказчик не мог уже открыть глаз. Доктора не смогли помочь. По настоянию богобоязненной родительницы Байков сходил в Саров и молился на могиле отца Серафима. Вскоре во сне пришло исцеление с явным указанием на заступничество старца. [110]
Одного из своих сыновей Иван Сторожев назовет Серафимом. Через семьдесят лет после смерти отца тот пришлёт в Россию свои воспоминания о нём. «Бабушка (Е.И.Сторожева – Ю.С.), оказавшись вдовой с дочерью и сыном на руках, воспитывала их в глубоко религиозном духе» — подчеркивал Серафим Иванович.[15]
Вот в такой патриархальной, богобоязненной обстановке проходило раннее детство Ивана Сторожева. Но над страной уже сгущались тучи, и по мере взросления их становилось всё больше…
III
Вообще, положение Елизаветы Ивановны Сторожевой, оставшейся после смерти мужа с тремя малыми детьми, можно назвать трагичным. Но Бог милостив. Мы не знаем деталей, но в целом ситуация разрешилась, и из дальнейшего видно, что материальное состояние семьи было достаточным.
Неизвестна судьба старшей дочери – Марии. Рахиль Владимировна получила высшее медицинское образование, долгие годы работала врачом-педиатром. Замуж вышла тоже за врача — Троадия Викторовича Шверина (1860-после 1930 г), сына мирового судьи Ардатовского уезда Нижегородской губернии. Троадий Викторович опубликовал большое количество книг и статей по медицинской тематике. Судя по названиям работ, занимался он борьбой с эпидемиями и санитарным делом.
Вместе с мужем Рахиль Владимировна Шверина работала в Смоленске (в 1913 г жила в Солдатской слободе, Чуриловском переулке, в д. Чупруновой), в Херсонской губернии, в Москве. Семья была высококультурной. Состояли в переписке с Дми́трием Никола́евичем Жбанко́вым (1853, Нижегородская губ. — 1932, Москва) — известным деятелем земской медицины и этнографом.[89;95]
А.И.Перов, знавший Рахиль Владимировну, пишет о ней: «Своих детей у неё не было. Ей было под 80 лет, но она живо интересовалась общественной жизнью страны и мира, с больший настроением писала мне в Самару свои письма. Она оставила впечатление очень строгого и стойкого, высоко духовного человека. Скончалась в 1956 году и была похоронена на Ваганьковском кладбище». [84]
Жизненный путь её брата Ивана не был столь прямым. Среднее образование он получает в Нижегородском дворянском институте императора Александра II.

Александровский_дворянский_институт._Нижний_Новгород акв А О Карелина

Нижний Новгород, Дворянский институт

В конце XIX века в него принимали детей из всех сословий христианского вероисповедования. Правда, дворяне могли рассчитывать на стипендию и пансион, а все остальные являлись приходящими учениками или своекоштными пансионерами. Институт приближался по типу и программе обучения к классическим гимназиям.
Затем юридический факультет Университета Св. Владимира в Киеве. Почему не был выбран близлежащий Казанский – остается только гадать.
Кстати сказать, Валентин Феликсович Войно-Ясенецкий (будущий Архиепископ Лука), в это же время какой-то период обучался на юрфаке того же университета, пока не переключился на медицину.
Выбор затратных учебных заведений говорил, казалось бы, о достатке в семье Сторожевых. Но вот что писал об отце Серафим Иванович: «Не имея достаточно средств на получение высшего образования, отец подыскал побочный заработок — через друзей устроился инструктором верховой езды, а также преподавателем в какой-то княжеской семье». [15]
Иван Владимирович окончил полный курс Императорского университета Св. Владимира и вышел из университета с дипломом 2-й степени.

Киев Универ

Киевский университет

В 1903 году он поступает на государственную службу: судебным следователем в селе Воскресенское Макарьевского уезда Нижегородской губернии. [83]
Вот описание Приветлужского края, к которому относилось и село Воскресенское: «Это был один из глухих районов Нижегородской области. Вся территория его представляла сплошное лесное пространство. Реки были практически единственными путями сообщения. Связь уезда с губернским центром и железной дорогой поддерживалась по грунтовым дорогам на лошадях. Малоплодородные почвы, а также трудоемкость расчистки земель от лесного массива под пашню не способствовали развитию сельского хозяйства. Поэтому большая часть населения занималась лесными промыслами».
Украшением села был величественный Воскресенский собор. Из социальной инфраструктуры к 1903 году здесь, кроме судебного участка, существовали уже больница и школа. Ну и базар, конечно.

Базарная площадь в Воскресенском

село Воскресенское, Базарная площадь

Очевидно, Иван Владимирович преодолевал время от времени тяжёлый путь до губернской столицы. Иначе трудно было бы объяснить факт его женитьбы в 1906 году на представительнице нижегородской элиты — Марии Дмитриевне Тихонравовой. Тогда образованные люди умели и в лесной глуши выглядеть интеллигентно и даже франтовато. Именно так и выглядит Иван Сторожев на фотографии того времени.

Сторожевы
Мария Дмитриевна родилась 31 мая (ст. ст.) 1879 г в Нижегородской губернии. Образование получила домашнее (с учителем). Дополнительно окончила Музыкальное Отделение Императорского Русского Музыкального общества. О её дарованиях исследователи сообщают: «Она была талантливой пианисткой, превосходно рисовала, особенно удавались портреты. Участвуя в семейных концертах, не раз аккомпанировала молодому Федору Шаляпину».[18;84]
Её родителями были Дмитрий Семенович Тихонравов и Мария Адриановна (урождённая Горинова). Отец семейства служил бухгалтером. В 1870-е они жили в уездном городе Лукоянове, позже переехали в Н. Новгород. В семье было восемь детей, но лишь четверо из них (дочери Елизавета, Александра и Мария, сын Сергей) пережили детский возраст.
Гориновы были известными в городе людьми, брат Марии — Петр Адрианович — был городским головой Н. Новгорода, дружил с писателем В.Г. Короленко, имел дачу в г. Сочи.
Другой брат, Горинов Владимир Адрианович. Родился в 1850 году. Потомственный почетный гражданин, предприниматель, землевладелец. Был гласным Лукояновского и Сергачского уездного земства. В 1881-1886 годах — председатель Лукояновской уездной земской управы. Входил в круг нижегородской либеральной интеллигенции, группировавшейся вокруг В.Г.Короленко. Был в дружеских отношениях с А.М.Горьким. В 1901 году становится пайщиком «Нижегородского листка». В 1902 году ссудил деньги на организованный с просветительской целью по инициативе А.М.Горького магазин «Книжный музей «. Участвовал в деятельности либеральной оппозиции. Входил в нелегальный «Союз освобождения». С 1905 года — член нижегородского комитета Конституционно-демократической партии.
В 1897 году был избран гласным Нижегородской городской думы, с 1903 года — председатель ее финансовой комиссии. В феврале 1909 году занял должность городского головы Нижнего Новгорода, оставил ее в октябре 1910 году по болезни. Умер в 1917 году.
[90;120]

Горинов Владимир Андрианович

Горинов Владимир Адрианович

Сестра Марии, Александра Дмитриевна (1877¬-02.06.1949 гг), также принадлежала к либеральной интеллигенции (если не сказать больше). Родилась в уездном городе Лукоянове. По окончании Арзамасской прогимназии и проработав в одной из земских школ, получила звание учительницы. В1895 году она переехала в Нижний Новгород, где устроилась работать в магазин, затем продавцом в киоске газеты «Нижегородский листок», а потом оказалась в редакции этой газеты на должности секретаря и корректора. В 1900 году вышла замуж за С.И. Гриневицкого — двоюродного брата народовольца Игнатия Гриневицкого, убившего Александра II.
Во время работы в редакции газеты Александра Дмитриевна активно участвовала в общественных мероприятиях нижегородской интеллигенции: воскресной школе для взрослых, обществе взаимопомощи труженикам печатного дела, обществе помощи женщинам и пр. С 1908 по 1916 годы работала секретарем редакции и корреспондентом нижегород ской «Земской газеты». Была хорошо знакома с М. Горьким и Короленко.
В советское время продолжала трудиться на разных постах: секретарем правления Нижегородского мелкого кредита, в госстрахе на ярмарочной бирже, ответственным секретарем изданий Нижегородского губстатотдела, в Крайплане и т. п. С 1936 года на пенсии.
Ее перу принадлежит ряд статей-воспоминаний об A.M. Горьком, В.Г. Короленко, статьи о Т.Г. Шевченко, нижегородском общественном деятеле и краеведе А.С. Гациском и др.[21]
Известно письмо Алексея Максимовича ей (от24 августа [6 сентября] 1900 г) , которое начинается так: «Милостивая государыня, многоуважаемая, искренно чтимая, а говоря проще — добрая и славная Александра Дмитриевна!».[116]
Александра Дмитриевна Гринивицкая, как и муж, похоронены в Нижнем Новгороде. [118]
Её муж и соратник по «Нижегородскому листку» Гриневицкий Станислав-Альфонс Иванович (1860 (63?) – 1926 гг, поляк) за содействие подпольной студенческой организации с 1884 по 1886 гг находился под стражей, а с 1886 г по 1902 г — под гласным надзором полиции. [84]
Ничего не можем сказать про старшую сестру Марии — Елизавету Дмитриевну (1875¬-1912 гг.), кроме того, что та была большой красавицей. Рано умерла от опухоли мозга.
Брат трёх сестёр, Тихонравов Сергей Дмитриевич (1887-1966 ), жил в Москве и служил актёром. С 1914 по 1950 гг играл в Драматическом Камерного театре под руководством А.Я.Таирова, а после его закрытия – в театре им. А.С.Пушкина. На сцене и в кино играл эпизодические роли. Вот что говорили о нем люди, его знавшие: «Человек мягкий, добрый, демократичный, он обладал хорошим художественным вкусом, что находило отражение в сыгранных им ролях. Сам считал себя актером средней руки. Был лишен какого бы то ни было тщеславия, карьеризма, не подавал на звание. Участник фильмов «Мичман Панин», «Встреча на Эльбе» и других. Запечатлен в роли немецкого офицера на картине Кукрыниксов «Конец». Среди его друзей — художники Кукрыниксы, И. Машков, В. Рындин, балерина Г. Уланова, киноактриса Н. Алисова и многие другие. Увлекался работой по дереву, любил скульптуры С. Эрьзя. Физически был очень крепок, закаленный, зимой на крыше дома на Тверском бульваре любил обтираться снегом». [84]
Во время Отечественной войны Сергей Дмитриевич работал пожарным, награжден медалью «За оборону Москвы».Умер в 1966 году от инсульта. Урна с прахом в 20 колумбарии Донского кладбища.[117]

Тихонравов
IV
В 1907 году в молодой семье Ивана и Марии Сторожевых рождается первенец – сын Владимир. Через год на свет появился Дмитрий. А в 1909-м семья переезжает на Урал. [83;84]
Конечно, у такого поступка была причина. Но мы её не знаем. Рассматривая этот вопрос с позиции необходимости служебного роста, отметим, что как раз в 1909 году родной дядя Марии Дмитриевны занял пост городского головы Нижнего Новгорода. И конечно, имел возможность способствовать карьере Ивана Владимировича в родном Поволжье, учитывая (в том числе) великолепное образование последнего.
Но – Урал. Иван Сторожев назначен участковым товарищем прокурора Екатеринбургского судебного округа Верхотурского участка. Место пребывания – Верхотурье. По должности своей он входил также в Верхотурский уездный комитет Общества попечения о тюрьмах. [5]
От обители одного угодника Божьего он перемещается к обители другого – Праведного Симеона.

verhoturye_св Ник мон

Свято-Николаевский собор, Верхотурье

Чин И.В.Сторожева не велик – титулярный советник. Соответствовал воинскому званию штабс-капитан и предоставлял чиновнику личное дворянство. Большинство титулярных советников («титуляшек», как их называли) так и оставались в этом чине всю жизнь. Дело в том, что следующий по классу чин коллежского асессора давал право на потомственное дворянство, поэтому-то на пути к нему лежала незримая преграда, преодолеть которую разночинцу-чиновнику было чрезвычайно трудно; дворянство остерегалось чрезмерно пополняться за счет незнатных. Характерная фигура «безродного» титулярного советника в русской литературе — чиновник Башмачкин в Гоголевской «Шинели».
В 1911 году Иван Владимирович — товарищ прокурора по Нижне-Тагильскому судебному участку. [6]
Здесь, в Нижнем Тагиле, в следующем году родится третий сын — Серафим (вот и не верь, что перед войной рождается больше мальчиков…).

Нижний Тагил

Нижний Тагил

Мысли о благополучии семьи, конечно, занимали в думах нашего героя достаточное место. Но размышления о справедливости мира, своем месте в этом мире, выходили на первый план.
Тогда же, в 1911 году, Иван Владимирович резко меняет амплуа. Он переходит служить присяжным поверенным в том же окружном суде, в том же Верхотурском уезде. [7]
Есть свидетельства о высоком юридическом таланте И.В. Сторожева, особенно о его ораторских способностях. Безусловно, он мог бы стать высокоразрядным адвокатом, успешным и обеспеченным. Но в 1912 г Сторожев оставляет и место присяжного поверенного…
Есть две версии, объясняющие причину разочарования в своей должности.
Его сын, Серафим Сторожев писал: «Благодаря таланту красноречия и будучи одним из самых молодых прокуроров, он быстро продвигался в этой отрасли, его ожидала блестящая будущность юриста. Но в самый расцвет его карьеры ему в руки попал очередной документ: ожидалось следствие по обвинению влиятельным лицом какого-то крестьянина в изнасиловании его племянницы.
Отец справился у прокуроров, кто из них возьмется за расследование этого дела, но ни один не выразил желания, сказав, что «игра не стоит свеч!», потому что у обвиняемого нет средств уплатить за их хлопоты, а главным образом потому, что обвинитель-«вельможа» был влиятельным лицом, и если будет доказана прокурором ложность обвинения, то можно ожидать печальных последствий, могущих отразиться на карьерах. Они советовали и отцу не браться за это дело. Отец был возмущен и вопреки советам доказал в суде ложность обвинения, бедный мужичок был освобожден и выпущен на свободу. Закончив это дело, мой отец с глубоким разочарованием в членах суда сошел с прокурорской кафедры…». [15]
Здесь Серафим Иванович, явно перепутал прокурорский мундир с адвокатским сюртуком, но суть ясна.
Вторая версия приведена арзамасским краеведом Панкратовым. «По воспоминаниям, когда он выступал в суде, зал был полон: талантливый оратор силой своих убеждений и привязанностью к истине глубоко воздействовал на присяжных и публику.
Но однажды именно ораторские способности, даровитость и мастерство сыграли с ним злую шутку: Сторожев, поверив на слово своему подзащитному крестьянину, обвинённому в воровстве, произнёс такую страстную, пламенную речь, что суд присяжных оправдал преступника. Уже после суда мужик откровенно посмеялся и над адвокатом, и над судом. Это событие стало знаковым в судьбе Ивана Владимировича, он оставил адвокатскую деятельность…». [83]
Выше сообщалось, что родственники Ивана Сторожева к началу XX века уже придерживались либеральных или социал-демократических взглядов. Едва ли не все присяжные поверенные Екатеринбургского суда входили в 1909 году в состав партии «Народной свободы» (конституционно-демократической). То есть подавляющее большинство интеллигенции чаяло переустройства общества.[109]
Но Иван Сторожев приходит к выводу, что первопричина несправедливостей мира в греховности человеческой. Общественные нестроения – её следствие. Стало быть, следует направить силы на христианизацию душ людских.
И смело встает на этот путь. Конечно, это поступок человека духовно сильного, незаурядного, подвижника, истинно верующего во Христа.
Отношение интеллигенции к Церкови к тому времени уже было прохладным, мягко говоря. Вот как пишет об этом Архиепископ Курганский и Шадринский Константин (Горянов). «За два столетия, прошедших после Петровских реформ, интеллигенция в значительной степени оторвалась от народа, его духовных корней и расцерковилась. Достаточно характерно высказывание Чехова: «Я давно растерял свою веру и с недоумением смотрю на верующего интеллигента». Те сравнительно немногие интеллигенты, которые приходили к церковности, обрекались на непонимание и изоляцию, своего рода духовный остракизм, и даже великие деятели русской культуры вроде Лескова и Достоевского, не были исключением. Не удивительно, что многие выдающиеся представители Церкви рассматривали интеллигенцию, как сословие атеистическое по преимуществу и уже не принадлежащее России». [81]
Хотя сам Иван Сторожев от Церкви не отпадал, но в его лице она принимала российскую интеллигенцию. Как тут не вспомнить притчу о блудном сыне…
V
22 августа 1912 года Екатеринбургские Епархиальные ведомости публикуют сообщение: «Назначен на должность Екатеринбургского уездного Миссионера, с рукоположением в сан священника, окончивший курс Императорского Университета Св. Владимира, по юридическому факультету с дипломом 2-й степени, присяжный
поверенный Иоанн Сторожев».[27]
Наверное, не часто в истории РПЦ миссионером назначался мирянин, ещё не возведённый в священническое достоинство.
Рукоположение Иоанна Сторожева в сан диакона происходило 30-го августа за литургией в Александро-Невском соборе Новотихвинского монастыря, в день престольного праздника этого храма.
Слово за литургией говорил священник Александр Здравомыслов, а по окончании литургии — Его Преосвященство, епископ Екатеринбургский и Ирбитский Митрофан. После чего было совершено молебное пение Св. Благоверному Великому князю Александру Невскому. За Богослужением присутствовал лично Начальник Пермской губернии И. Ф. Кошко. [28]
В воскресенье 2 сентября за литургией в Крестовой церкви Архиерейского дома рукоположен в сан священника новопоставленный диакон Иоанн Сторожев.[29]
4-го Сентября в зале Архиерейского Дома под председательством священника Н. Буткина состоялось собрание Проповеднического Комитета. В заметке об этом автор за подписью Idem (очевидно, редактор Епархиальных Ведомостей) представил и нового члена Комитета. «Священник Иоанн Сторожев несколько лет был товарищем прокурора
Екатеринбургского Окружного Суда, потом присяжным поверенным. Среди своих бывших сослуживцев он слыл за человека богато одаренного способностями и между прочим талантливого оратора. Приветствуем нового собрата, от души желаем ему плодотворной работы на избранном им поприще служения ближним, да спасая,
спасет он и свою душу». [29]

1.otets_Ioann_Storozhev

Иерей Иоанн Сторожев

Восторженным письмом откликнулся на весть о рукоположении о. Иоанна его духовный руководитель. Представляет особый интерес характеристика, данная новопоставленному священнику. Вот текст заметки:
«Священник Н.-Тагильской Введенской церкви о. И.Воецкий, получивши сведения о времени рукоположения в священный сан Товарища Прокурора И. В. Сторожева, прислал на имя Его Преосвященства, Преосвященнейшего Епископа Митрофана, письмо следующего содержания:
„Ваше Преосвященство, Преосвященнейший Владыка!
Сегодня возложением святительских рук Вашего Преосвященства преподается благодать священства моему духовному сыну, бывшему Товарищу Прокурора, ныне Присяжному Поверенному Ивану Владимировичу Сторожеву, мужу просвещенному, даровитому и глубокорелигиозному.
Приемлю смелость сыновне приветствовать Ваше Преосвященство с ценным приобретением для Екатеринбургской Церкви, каким является о. Сторожев. Его убежденное, сердечное и художественное слово, подтверждаемое примером истинно-христианской личной и семейной жизни, будет могучим будильником для духовно спящих христиан.
Его житейский опыт, вынесенный из прежней славной службы, отмеченной Всемилостивейшим вниманием Государя Императора, придаст Вашему Преосвященству энергичного сотрудника, а нам пастырям мудрого советника и доброго собрата.
Усердно молю Бога: да почиет на нем божественная благодать преизобильно, да будет новый отец Иоанн красою епархии, славою Вашею и гордостью нашею»! [72]
Между тем, рукоположению предшествовали некоторые действия епархиального Архиерея, с целью проверить намерения юриста на прочность и искренность. Вот как описал это протоиерей Николай Буткин.

Свящ. Н.Буткин

Священник Николай Буткин. Фото предоставленно С.Г.Буткиной

«В 1912 году в Екатеринбурге, на одном из архиерейских служений совершено было посвящение во священники бывшего товарища прокурора Ивана Владимировича Сторожева. Факт был исключительным и говорили о нём много. До о. Григория доходили слухи, что Преосвященный Митрофан на прошение Ст-ва дал согласие не сразу, но послал к нему кафедрального протоиерея с целью выставить перед ним все невыгодные стороны священнического служения. Протоиерей, как говорили, явно старался отклонить его от рискованного шага, выставляя на вид унизительность способа обеспечения духовенства подаяниями, случайность в поступлении средств и трудность в воспитании детей. А у Ст-ва их было двое. Но Ст-в не хотел отступать. Посвящение состоялось. Ивану Владимировичу было 40 с лишним лет».
Отец Николай Буткин вспоминал и проявление сарказма по отношению к поступку Ивана Владимировича, приведя слова знакомого законоучителя: ««Ваш друг напоминает мне Сергея Касаткина из рассказа Толстого. Человека обидели карьерой – и он постригся в монахи, говоря про себя: «Там не удалось быть первым, так буду им здесь».
А талант? – возражал о. Григорий (под таким именем о. Николай зашифровал себя в цитируемом произведении. – Ю.С.).
Ну, что ж талант? Не всегда медаль и орден украшают грудь достойного, бывают и изъяны.
А кто из нас без изъянов? — защищал друга о. Григорий. — Зато Ст-ев неплохо служит Церкви своим талантом». [12]
А 16 сентября о. Иоанн служит в Нижне-Тагильской Введенской церкви, где раньше был прихожанином. Свою проповедь он предварил строкой из псалма Давида (пс.142): «Скажи мне, Господи, путь воньже пойду, яко к Тебе взях душу мою».
Обращаясь к пастве, священник говорил: «Немного дней прошло с тех пор, как я — ваш одноприхожанин и сомолитвенник—вместе с вами возносил здесь мои грешные молитвы к Господу /…/ И ныне, возлюбленные братья мои, ныне неизреченною милостию Божией, я—многогрешный, сам предстою пред вами облеченный благодатью священства; ныне я недостойный, призван Господом возносить за вас пред Его Престолом свои молитвы; отныне на мне, слабом и немощном, лежит святая обязанность пасти стадо Христово, неустанно звать людей к Богу, указывать им истинный жизненный путь и довести их до Царствия Небесного».

2-Vvedenskaja-tserkov_

Введенская церковь, Н.Тагил

Далее о. Иоанн излагает своё видение миссии христианина, а по сути – свою миссию.
«В том то и скорбь, в том то и несчастье жизни человеческой, что мы забываем те высокие и святые истины, которые для озарения человека светом своим требуют от него утеснения, требуют отказа от угождения плоти! Вот почему надлежит «и во время и без времени» напоминать эти истины людям, будить людей, звать, умолять…/…/
Будем подражать Христу! Быть может при этих моих словах в душе вашей возникает вопрос: «как подражать?». Быть может ваше сердце тревожит мысль: «возможно ли это?». Да, братья, не только возможно, но и обязательно для нас учеников и последователей Христа Спасителя – Сам Господь сказал: «Кто не идет за Мной, не может быть Моим учеником» (Лук. 14: 27). Как же иначе мы можем идти за Господом, как не путем подражания Ему!/…/
Люди часто задаются мыслью о том, что благотворительность бесцельна, что она — капля в море людского горя и бедствия, что нашей лептой мы не осушим слезы мировой скорби. Зачем эти мысли, к чему эти речи?! Зачем все говорить только о мировой скорби и за этими внешне благовидными речами скрывать черствость нашего сердца, глухого к скорби своего ближнего?!
Мировые слезы, правда, нам не осушить, но зачем льется вот эта слеза, когда я могу ее отогнать словом участия; зачем это лицо скорбно, когда я могу своей помощью вызвать на нем улыбку радости./…/
Подумайте же, братья, беспристрастно и вы сознаетесь, что за речами о невозможности и бесцельности благотворения в виду несоответствия наших ограниченных средств большой численности неимущих, скрывается та же черствость души, что и в речах о мировой скорби. Ведь вот там, на паперти сего Храма, стоит далеко не бесчисленная толпа бедных, протягивающих к вам свою руку, молящих вас о немощи; ведь для того, чтобы эта рука не опустилась такой же неимущей, какою тянется к вам, нужны не сотни тысяч и даже не рубли, а копейки. Зачем же здесь люди проходят мимо, унося в своей груди такое же холодное и жесткое сердце, как холодны и жестки рубли
в их кармане?!».
В заключении о. Иоанн просит паству:
«Молитесь обо мне многогрешном, молитесь обо всех нас пастырях церковных. Да умудрит нас Господь на достойное служение Его Святой Церкви! Да подаст Он нам всегда помнить, что „мы рабы ваши для Иисуса», всегда носить в сердце эти святые слова святого Апостола Павла! Я слишком грешен, чтобы сии слова отнести к себе, но я хочу быть для всех вас тем, чем заповедал мне быть Великий Апостол, и вновь прошу и молю вас, братья, помолитесь, чтобы Господь не посрамил меня в этих моих стремлениях и желаниях».[99]
VI
В конце 1912-го и первой половине 1913 г священник Сторожев сослужит епископу Митрофану в Крестовой церкви и других храмах епархии. Владыка всегда доверяет ему проповедь. В сентябре же, при служении архиереем литургии в Успенской женской общине вблизи Верхотурья, о. Иоанн говорил монахиням: «Спасая себя, вы служите и спасению мирян. Посмотрите, сколько их притекло в вашу обитель, посмотрите, как пламенна молитва их, как полны святой любовью их к вам отношения.
Чем объяснить это, сестры? Что влечет сюда эти простые верующие души, чего ищут они здесь, зачем преодолевают многоверстные расстояния, переносят многотрудные условия паломничества? Здесь, сестры, они находят отдых от своей тяжелой жизни, полной заботы лишь о хлебе насущном, здесь утоляют они свой духовный голод, здесь научаются богоугодной жизни, здесь окрыляется дух их молитвой.
И уходят они отсюда в далекие глухие уголки нашего отечества, унося с собой утешительные думы, унося радостную уверенность, что не все живут такой „земляной», такой полной греха и суеты жизнью, что есть благодатные места, есть люди, которые, отрекшись от мирской суеты, живут лишь для спасения души, для молитв за грешный мир. Они — эти иначе живущие люди, эти „иноки» оправдают нас пред Богом, замолят пред Ним грехи наши.
Внемлите же себе, и сестры, и возрадуйтесь, что Господь судил вам, спасая свои души, тем самым служить великому делу освящения и спасения мира». [100]
Видимо, эти фразы характеризуют о. Иоанна – он и в монастыре видел, прежде инокинь и схимниц, простой «чёрный» люд и радовался, что тот имеет утешение в Церкви. Служить делу освящения и спасения мира, думается было и его высшей целью.
В то время как раз проходила волна борьбы с пьянством. Читатель знает, что в России после таких акций обычно происходят великие потрясения — война и смута 1914-1921 гг, развал СССР и локальные войны 1990-х. Но это — авторское наблюдение.
Конечно, в эту борьбу включили о. Иоанна, как искусного оратора. Целевой аудиторией для него была выбрана, естественно, интеллигенция. «Утверждена следующая программа публичных чтений на 1912 год: 22 октября лекции для интеллигенции. Лектор священник Иоанн Сторожев. 28 октября чтения для народа. Лекторы прот. Дм. Пономарев и свящ. Ар. Пономарёв. 4-го ноября лекция священника Николая Буткина для интеллигенции. 11 ноября чтение для народа. Лекторы священники Иоанн Антонинов и Ал. Лукин. 21 ноября чтение для народа. Лекторы Павел Троицкий и Виктор Полухин и 6 декабря лекция священ. Павла Диева для интеллигенции. Кроме того будут вестись трезвенный чтения по воскресным и праздничным дням в разных пунктах города. Помещениями для народных чтений будут служить В.-Исетский народный дом и здание железнодорожных мастѳрских; для лекций же предполагается испросить бывший зал Обухова». [32]
Лекторы для интеллигенции – оо. Сторожев, Буткин и Диев, — «академисты».
С о. Николаем Буткиным о. Иоанн дружил в тот период и у нас есть возможность узнать о герое этой статьи из записей близкого человека.
«О. Григорий (о.Григорий Загуменных – авторский псевдоним о. Николая в цитируемом произведении. – Ю.С.) не знал его, но после облачения в сан пришёл братски приветствовать новопосвящённого. С этого и началось знакомство. Загуменных постарался залучить о. Ивана к себе на квартиру. Тот, хотя и не сразу, пожаловал к нему вместе с матушкой. О. Григорий помнил этот вечер. Гостей не требовалось занимать разговором. Сторожев сам вёл беседу и сам так увлекательно рассказывал кое-какие события из своей прокурорской практики, что чета Загуменных забыли и о времени, и о закуске. Вспомнил о. Григорий и ещё как Сторожев, служа в Вознесенской церкви, звал о. Григория к себе на новую квартиру. Он выбрал день и пошёл навестить товарища. Сидели в кабинете. Весь передний угол обставлен был иконами. Но о. Ивану казалось, что можно ещё и ещё прикрепить одну иконку за другой. Он тут же вбивал гвоздики и весил на них образы. Стена походила на иконостас в часовне. Кончив работу, о. Иван подсел к гостю. Разговорились, как-то коснулись родителей, и тут Ст-ев вдруг встрепенулся.
— Знаешь, о. Григорий, я позову сюда маму, она расскажет тебе о смерти моего отца.
Он вышел и скоро возвратился со старушкой матерью. Её усадили в кресло и о. Иван попросил рассказать её об отце. К его просьбе присоединился и гость. Старушка начала рассказ со сближения покойного с Саровской обителью. Он чуть не поступил туда монахом. Родители были против. Тогда Ст-ов-отец взял на себя добровольный подвиг ежедневного хождения к службам. Старушка рассказывала, что стоило ему такая ревность к дому Божьему. Её повесть развивалась легко и красочно. О. Иван вставлял иногда слово от себя и умело направлял рассказ к цели. О. Григорий слушал как очарованный. За внешностью торговца перед ним выступала живая душа. Рассказ увлекательно передавал драму, её порывы снять с себя бремя мирских пристрастий. Старушка напоминала факты, а о. Иван давал им от себя обрисовку. И вот слушатель вплотную подводился к страданиям пленённой души. Он переживал тоску, страх её перед смертью. Видел, как вера умиротворяет в ней трепет и ужас перед Судом Правды и всем сердцем отзывается на её молитвы, полные светлых упований. Самая смерть открывала в душе сокровище такой чистоты, глубины религиозного чувства, что въявь виделась тайна рождения умирающего в жизнь вечную. Под конец рассказа старушка говорила уже сквозь слёзы. Влажнились слезами и глаза Ивана Владимировича. О. Григорий еле сдерживал себя, чувствуя, что если не выдержит, то разревётся как ребёнок. Чтобы разрешить такое общее напряжение, о. Иван предложил: «Помолимся об упокоении раба Божия Владимира», — и надев епитрахиль, начал литию.
Обратно о. Григорий шёл потрясённый. «Что за человек,- говорил он про себя.- Какой талант! Какое высокое настроение создаёт он беседой». [12]
VII
Уже через месяц после рукоположения иерей И.Сторожев удостоен епархиальным архиереем награждения набедренником «в поощрение его дальнейших трудов в деле пастырского служения». [31]
Обычно священники получали эту награду через 5 лет безупречного служения.
Вот ещё один акт доверия священноначалия вчерашнему товарищу прокурора. Указом Святейшего Правительствующего Синода, от 8 ноября 1912 года за № 16885, на имя Епископа Екатеринбургского и Ирбитского, дано знать, что член Екатеринбургского епархиального ревизионного комитета священник Феодорий Гидаспов от службы в ревизионном комитете освобожден, а вместо него в должности члена означенного комитета, согласно ходатайству Преосвященного, утвержден Екатеринбургский уездный миссионер, священник Иоанн Сторожев. [33]
Как было сказано выше, не все люди из церковного круга встретили новопоставленного иерея с распростертыми объятиями. Была подозрительность и скепсис. Появился и повод.
Через месяц после рукоположения о. Иоанна ещё один екатеринбургский присяжный поверенный принял священный сан – Сергей Яковлевич Смарагдов. Он, незадолго до этого, покинул Урал по семейным обстоятельствам и хиротонию проводил епископ Сухумский Андрей.
Екатеринбургские епархиальные ведомости отметили этот факт и привели текст телеграмм, которыми обменялись епископ Екатеринбургский с епископом Сухумским и ставленником Смарагдовым. В телеграммах молитвенные пожелания и поздравления. [32]
Неожиданно эта заметка (перепечатанная С-Петербургскими «Церковными ведомостями) в полном виде стала примечанием к книге Сергея Нилуса «На берегу Божьей реки», вышедшей в свет в 1915 г. И вот почему.
С.Я.Смарагдов в 1904 году, ещё будучи студентом университета, нёс послушание (во время каникул) в Оптиной пустыни. Здесь он «ударился в подвиг», проявил молитвенное усердие без меры и разума. От этого впал в прелесть и совершил ужасный, безумный поступок – под действием неких «голосов» вошёл в храм, в чём мать родила, и в таком виде взобрался на престол…
Неудавшийся послушник был отправлен в сумасшедший дом, поправился, закончил образование и служил до 1912 года юристом, как было сказано, в Екатеринбурге.
К описанию этих прискорбных событий и было примечание в форме заметки из Екатеринбургских епархиальных ведомостей. Подтекст С.Нилуса такой – вот какие «академисты» сегодня носят священнический крест.
Отец Иоанн Сторожев «попал под раздачу» следующим образом. В упомянутой заметке было вступление, которую тоже включили в примечание Нилуса. Вот её текст: «В настоящее время в Крестовой церкви в Екатеринбурге при архиерейских служениях большею частью проповедником выступает о. И. Сторожев, а в числе богомольцев стало не редкостью видеть прежних товарищей его — людей большею частью давно отбившихся от церкви и богослужения. Через несколько дней после, товарищ о. И. Сторожева, также екатеринбургский присяжный поверенный, С.Я. Смарагдов был рукоположен в священный сан преосвещеннейшим Андреем Сухумским».
Понятно, что в тексте слово «товарищ» имеет смысл «сотрудник» (работали в одной организации), а не «друг». Сторожев жил и служил в Верхотурье и Н.Тагиле, а Смарагдов — в Екатеринбурге. Впрочем и дружба со Смарагдовым не являлась бы компрометирующей. «За несколько лет он (Смарагдов. – Ю.С.), можно сказать, изучил всю библиотеку кафедрального собора. Клирос собора был его любимым местом в храме. Здесь, особенно в будние дни, он пел вместе с псаломщиками, читал часы, щестопсалмие и проч., день ото дня становясь все более и более «церковным человеком». [80]
Сегодня кое-кто состряпал на этом целую «теорию»: если, мол, у о. И. Сторожева товарищ был на поводу у лукавого, то само служение о. Иоанна семье Императора в 1918 году — не есть ли некий специальный зловещий ритуал…
Между прочим, Смарагдов, похоже, человеком был неспокойным. В период екатеринбургской адвокатской службы он успел побывать и обвиняемым – на процессе 1909 г по делу Екатеринбургского Областного Комитета Конституционно-демократической партии, действовавшем тогда без разрешения властей. Он был одним из 18 подсудимых (причём, половину мест на скамье рядом с ним занимали присяжные поверенные того же суда). [109]
VIII
2-го января 1913 года в Кафедральном соборе, после литургии было совершено молебное пение святителю Иоасафу пред Его иконою, приобретенною Екатеринбургским обществом хоругвеносцев. Затем о. Иоанн Сторожев обратился к членам этого общества. Хоругвеносцы при церковных шествиях выполняли функцию обеспечения порядка. Как умелый проповедник, о. Иоанн обращает их внимание и на духовную сторону богослужений, призывая приобретать и хранить молитвенную светлую радость.
«Скажите, братья, разве во время этих молитв и воздыханий сердечных не слышали вы внутреннего голоса, вещающего вам, что служениѳ, вами избранное, ревность ваша о благолепии храма Божия и богослужений — есть дело Богу угодное, Богом благословенное?!
И разве от вещаний сего внутреннего голоса не исполнилось сердце ваше тихой и светлой радостью, разве не ощутили вы в глубине своей умиленной души чувства беспредельного благодарения Богу, дарующему вам эту милость!
Берегите же, братья, этот свет, этот мир душевный, эту радость и, как во время крестных ходов вы идете впереди всех, неся в руках своих священные образа, так и в жизни идите с Богом впереди всех путем христианским, несите в душах ваших, в делах ваших образ Божий, зовите вслед за собой к Господу ваших братьев и да поможет вам – молитвами Святителя Иоасафа Белгородского — Милосердый Бог быть истинными хоругвеносцами, истинными носителями Его святого Знамени. Аминь». [101]
Священник Сторожев участвует и в «народных чтениях» — новой форме общения Церкви с паствой. Его выступления пользовались успехом. «В воскресенье, 3 Февраля, в зале Екатеринбургского отделения Императорского Русского музыкального общества (бывшем Обухова), с благословения Его Преосвященства, состоялось народное чтение. Были прочитаны: в первом отделении священником Аристархом Пономаревым очерк „Добрые люди древней Руси»; во втором отделении священником Иоанном Сторожевым повесть из жизни древней Руси „Княжны подвижницы». Чтения сопровождались демонстрированием световых картин. Хор архиерейских певчих во время перерыва, а также в начале и конце чтении, исполнил несколько номеров церковных песнопений. Слушателей присутствовало, как всегда, очень много.
Вход был по билетам, которые все были розданы». [34]

300px-Концертный_зал_Маклецкого

Здание, где находился зал Императорского музыкального общества

А вот как описывает период народных чтений о. Н.Буткин.
«О. Иван привлекал массы в свой храм увлекательными проповедями. Преосвященный умело использовал его талант. Видя общий интерес к о. Ивану со стороны верующих, владыка предложил ему прочесть общедоступную лекцию. О. Григорий вспоминал вечер лекции. Ст-ев выбрал для чтения известную книжку Иванцова-Платонова «Что такое жизнь». Книжная трактовка вопроса о. Григория не удовлетворила. Но зал Народного дома полон был людьми и то была не серая масса, а дамы общества, почтенные интеллигенты, кое-кто из судейских бывших товарищей о. Ивана по профессии. На первом месте в храме сидел Преосвященный, рассылающий свои улыбки на подходящих к нему представительниц общества. Все приветствовали Владыку и поздравляли его с тем, что он приобрёл такое сокровище для церкви. Успех о. Ивана был полный. Тогда-то о. Григорию пришла в голову мысль, открыть по церквям беседы с участием лучших представителей духовенства. Как председатель проповеднического комитета Загуменных представил проект собрания, на котором присутствовал сам епископ Митрофан. Он горячо поддержал о. Григория и беседы с ноября месяца открылись.
Сторожев и о. Григорий выступали совместно. Вместе и готовились к каждой беседе. Предмет чтения, если это была не книжка, всегда намечал о. Григорий. Он подсказывал нужные мысли, подчеркивал на чём нужно остановиться. Беседы выходили всегда содержательны. О. Иван живо, красочно подавал заранее обдуманные мысли, умел вложить в слово теплоту и убедительность. Самые отрадные воспоминания остались у о. Григория от этих бесед. Между двумя популярными проповедниками не было никакого соперничества. Загуменных помогал другу охотно, прекрасно сознавая, что тот сильнее его в красноречии. О. Иван принимал себе похвалы от товарища с приятной улыбкой, но, тут же искренне говорил: «У тебя, Григорий, ум, а у меня, видно, язык ловко подвешен». [12]
25-29 июня 1913 года, о. Иоанн Сторожев (со священником Михаилом Сушковым) совершили миссионерскую поездку на «Весёлые горы» вблизи Верхнего Тагила, где в эти дни ежегодно старообрядцами совершались богомоления на могилах, чтимых ими иноков Германа, Максима, Григория и Павла. Православные иереи, отслужив литургию в Знаменской церкви Верхне-Тагильского завода, сопровождали староверов, перемещаясь с ними по раскисшим от дождя дорогам от одной могилы к другой. Ночевать им приходилось в сырых шалашах, засыпая и просыпаясь под неустанное молебенное пение по древнему чину. Их миссия состояла в собеседованиях с богомольцами, на которые те охотно шли, в раздаче православных брошюр и листков.
Отчёт о поездке был опубликован в Епархиальных ведомостях. Сочинение выполнено хорошим слогом и представляет интерес, как этнографическое описание старообрядческих молений, происходивших в начале прошлого века на Урале. [102;103]]
16 августа 1913 года о. Иоанн назначается на второе священническое место при градо-Екатеринбургской Вознесенской церкви.[35]
А в сентябре того же года, Митрофаном, Епископом Е к а т е р и н б у р г с к и м и Ирбитским, он награжден» скуфьею «за отлично усердную службу и непрестанное проповедание Слова Божия». [36]
Это награждение тоже, что называется, от души, а не по регламенту. Да, о. Иоанн прекрасный проповедник.
IX
Иногда его проповедь настолько риторична, что возникает вопрос: искренна ли? Вот, например Слово, произнесенное о. Иоанном своим бывшим коллегам — в Екатеринбургском Окружном Суде 22 Октября 1913 года при совершении Епископом Екатеринбургским и Ирбитским молебна и чина освящения иконы, сооруженной чинами этого судебного ведомства в ознаменование Трехсотлетия Царствования Дома Романовых.
«Рассеянные по необъятному лицу Земли Русской, погруженные в многоразличные заботы и попечения окружающей нас действительности, мы порой как бы теряем всю полноту и силу сознания своего единства, как бы забываем временем, что все мы сыны одной великой Семьи — Государства Российского.
Но едва коснется русского сердца какое-либо воспоминание или событие, затрагивающее неискоренимо в глубине его вложенное, веками воспитанное и испытанное чувство любви и беззаветной преданности своему Отечеству и его Венценосным Вождям, как тотчас это чувство проявляется во всем своем величии, властно объединяет сынов России в одно несокрушимое целое и неудержимо устремляет сердца их к Тому, Кто Богом помазан стоять во главе русского народа.
Глубокое и мощное чувство это не довольствуется одними внутренними переживаниями и ищет себе возможного воплощения во внешних осязаемых формах и образах.
Так и ныне — в годину единодушного всенародного празднования Трехсотлетия Царствования Державного Дома Романовых — вы, доблестные труженики великого и святого дела правосудия, воскрыленные духом при созерцании явной милости Божией, изобильно на протяжении веков изливаемой и во благоденствии и славе хранящей Боговенчанный Род Царей Наших, возымели святое намерение и « Господу поспешствующу», завершили дело устроения сего Образа Святых Угодников Божьих— небесных Покровителей Царей наших, как ознаменование торжествуемого события.
Отныне сия святая Икона, водруженная здесь в месте отправления вашего многотрудного служения, возгревая любовь и преданность вашу к Государю и Родине, непрестанно будет вещать вам и всем грядущим здесь труженикам Правосудия о той великой силе, которая соделала сих святых Мужей, на Иконе изображенных, соделала Их, во всем по природе человеческой подобострастных нам грешным и немощным, великими Светильниками праведности, избранными сосудами благодати Божией, — силе веры в Бога и веры в то, что каждый человек всегда неизгладимо носить в душе своей Образ Божий.
Эта вера в Бога и в человека, как чадо Божие, никогда не оставляла и не оставляет Державных Царей Наших. Ею исполненные не падают Они духом и в дни ниспосылаемых России испытаний, но всякий раз бодро изводят ее из облежащих бед и напастей и твердо поставляют на путь дальнейшего её роста и процветания.
Вас Господь избрал и повелением Помазанника Своего вам вручил одно из самых великих и святых служений — служение правосудию, водворение па грешной земле истины, справедливости. Но уразумение сей истины нередко идет чрез созерцание пучины зла и страданий людских.
Большинство из вас по самому роду служения своего вынуждены беспрерывно сталкиваться, непрестанно видеть во всей ужасающей наготе все потрясающие душу картины нравственного зла и падения человеческого, здесь перед вами раскрывающихся в скорбных повестях человеческой жизни.
Ныне здесь же воздвигнут этот святой Образ, возвещающий одним созерцанием изображенных на нем святых Божиих: до какой нравственной высоты, до какой духовной чистоты и мощи способен достигнуть Богом водимый дух человеческий!
Пусть же, братья, молитва перед сим Образом всегда укрепляет и ободряет вас; да не поколеблется душа ваша, истомленная созерцанием зла, творимого человеком; да не угаснет в вас вера в неизгладимость Образа Божия, начертанного в душе каждого и да хранит вас присно в служении вашем людям-братьям благодать Божия, всегда немощная врачующая и оскудевающая восполняющая». [104]
По воскресеньям в различных храмах Екатеринбурга проводились религиозные беседы, в которых часто участвовал владыка Митрофан. Проповеди произносили священники Н. Сельменский, Н.Буткин и И.Сторожев. «Беседы сопровождалась общенародным пением под личным руководством Его Преосвященства». Народу присутствовало – до тысячи и больше.[37;38;39;40;42;43]
Не оставлял о. И.Сторожев и миссионерской работы. 14 декабря 1913 г группа священников выехала в с. Песчано-Таволжское, Шадринского уезда, где жило много старообрядцев. Здесь они (миссионеры: епархиальный о. Ал.Здравомыслов, Екатеринбургский о. И. Сторожев и Шадринский о. А. ІІономарев) пробыли два дня — служили в сельской церкви, затем беседовали на квартире местного настоятеля с десятком здешних «заправил старообрядцев». Простота обращения с ними произвела на «кержаков» хорошее впечатление.
«В 5 часов вечера зазвонили к вечерни. Вместе с православными в храм пришли и старообрядцы. Вечерню служил о. И. Сторожев. Отчетливое и громкое служение, стройное пение небольшого местного хора, певшего стихиры «с кононархом» очень понравилось старообрядцам. По окончании вечерни происходило собеседование на тему об обрядах. Беседа окончилась пением «Достойно есть».[26]
1-го февраля 1914 г скончался священник церкви при Уральском горном училище о. Авраамий Салмин, 43 лет. Он потерял сознание прямо во время службы и в тот же день умер. Вот что писали Епархиальные ведомости: «После покойного остались старушка мать, жена и двое детей. Горе родных не поддается описанию. Будучи человеком нестяжательным, покойный не имел никаких сбережений. В день смерти его в доме находилось только десять рублей. И это весь „капитал». Положение осиротелой семьи ужасное». [93]
Цитата свидетельствует о материальном положении духовенства того времени.
13-го февраля 1914 г священник градо-Екатеринбургской Вознесенской церкви Иоанн Сторожев перемещён к церкви Екатеринбургского Уральского Горного училища, на место покойного о.Аврамия. [41]

Gornoe uchilishe Ekaterinburg

Уральское Горное училище

Здесь о. Иоанн выполняет обязанности настоятеля училищного храма, а также преподаёт Закон Божий и русский язык.[8]
А в марте месяце того же года епископ Митрофан переведён на Подольскую кафедру. Это было неожиданно для Екатеринбургской епархии. Думается, для самого владыки это было ожидаемо – по наблюдению автора, некоторые назначения священников из окружения епископа (в том числе и И. Сторожева) незадолго до этого, связаны были с предстоящей переменой.
Кстати сказать, во время последнего на Урале богослужения, совершённого епископом Митрофаном 5 апреля, был рукоположен во диаконы псаломщик Василий Буймиров – тот, который сослужил священникам в доме особого назначения в 1918 г.
«Господи, Иисусѳ Христе! Продли милость Твою над хранимой Тобою паствой
екатеринбургской. Пошли ей Священноначальника, более меня разумного, деятельного, искусного…», — писал владыка. [44]

ekaterinburg_Mitrofan_Afonskii

Епископ Митрофан Афонский

Прощание с епископом состоялось на вокзале пасмурным, холодным утром 7 апреля 1914 года. В противовес погоде расставание получилось тёплым и трогательным. Собралось огромное количество народа. Краткий молебен служили священники, его сподвижники, близкие владыке по духу – оо. Л. Игноратов, А. Антонинов, Д. Пономарев, А. Здравомыслов, Н. Буткии, Л. Золотавин и И. Сторожев.
«Тысячи голов склонились под последним. благословением уезжающего Архипастыря». Хор пел « Ныне отпущаеши»…[45]
Больше таких проводов архиерея в истории Екатеринбурга не будет…
За три дня до этого, среди прочих получая прощальное архипастырское благословение, Екатеринбургский Епархиальный миссионер-проповедни священник Александр Здравомыслов сказал Владыке следующее: «Вопрос, о миссии среди интеллигенции Вы разрешил просто—привлекли на служение церкви лицо из интеллигенции, она появилась и в храме и в Вашем доме».[86]
Конечно, миссионер говорил об о. Иоанне…
А вот как расставание с епископом описал о. Н.Буткин.
«О. Григорий платил владыке за его расположение к себе искренним уважением и готовностью служить. Но когда пришлось с Преосвященным прощаться, он сознал про себя, что его друг чувствует утрату руководителя глубже. Ст-ев не ограничился участием в общих проводах, но склонил о. Григория выразить своё тёплое чувство к Владыке особым подарком. О. Григорий вспоминал, как они ходили по ювелирным магазинам и выбирали камешки для печати Преосвященному, к гравёру, заказывая ему вырезать печать. Инициативу во всём проявлял Ст-ев. Печатки одной ему показалось мало и он купил ещё статуйку благословляющего Спасителя, написав на подножии золотыми буквами «Незабвенному Архипастырю от любящих учеников». [12]
X
Через неделю после проводов епископа Митрофана в Подольск, из Подольска прибыл епископ Серафим. Он будет на Екатеринбургской кафедре следующие три года.
Ему сразу пришлось решать серьёзную задачу: «Государь Император, Отец Отечества, питает особенное благоговение к обители св. пр. Симеона, почему и сооружает для раки Угодника особую сень, каковая и будет освящена 27 мая».
18 апреля епископ созывает церковную общественность. Поступает предложение -организовать паломничество в Верхотурье, в форме крестного хода из Екатеринбурга. Идея получает поддержку. Для проработки деталей избрали комиссию, состоящую в основном из ближнего окружения предыдущего епископа. Туда вошёл и священник Сторожев, в качестве секретаря. [46]
Отец Иоанн выполнил возложенное поручение. На следующем заседании 23 апреля им «доложены собранию протокол комиссии, проект расписания проповедей во время паломничества, маршрут, текст воззвания к населению и содержание двух листков, предназначенных для бесплатной раздачи во время путешествия». [47]
Вот текст воззвания.
«Бог посетил народ Свой» (Лук. 7, 9).
Господу Богу угодно было явить особую благодать и милость нашему краю дарованием своего Угодника, Святого Праведного Симеона, Верхотурского Чудотворца, в благоговейном почитании Коего наши сердца сливаются с сердцами всех православных сынов отечества нашего, отовсюду притекающих во множестве к раке целебоносных
Мощей небесного Покровителя и „избранного и дивного сибирския страны Чудотворца Симеона».
Приближается знаменательный день, когда в Верхотурской Николаевской обители будет совершено особое торжество — торжество освящения сени над ракой со Св. Мощами Праведного Симеона.
Эту сень, как дар благоговейного почитания угодника Божия, приносить Ему Сам Благочестивейший Наш Государь Император.
Какое, братья, великое, какое неизъяснимое утешение знать и видеть, что Державный Вождь народа русского, Коему вверены Богом судьбы отечества нашего, в основу всего в своем Царстве полагает не иное что, как благочестие, Сам лично подавая пример глубокого, чисто древле-русского благочестия, любви к благолепию служб церковных, почитания святынь русских, заботы и усердия к прославлению памяти великих подвижников святой Богоугодной жизни!…
Как часто мы чнтаем на страницах исгории, как часто и в наши дни бываем умиленными свидетелями того, как Благочестивейший и Возлюбленнейший Государь
Наш—нередко со всем Царственным Семейством —смиренно разделяет со Своим народом молитвенные подвиги на местах, просиявших особыми явлениями Благодати
Божией.
Чье русское верующее сердце не умиляется, видя Благоверного Царя своего, с Его—Богом венчанной—Царицей, смиренно грядущих, к заветной святыни Московской
пережить с верноподданными те священные минуты, выше которых ничего не может быть для христианского сердца: разделить скорбные молитвы Страстной Седмицы и радость Светлого Праздника?…
Какою особой проникновенной любовью и преданностью своему Государю возгоралась душа русская при виде того, как Он — Могучий и Самодержавный, Глава многочисленного народа, Превознесенный пред прочими царями величием, славою и могуществом — смиренно преклоняется пред Жизнодавцем Христом, положенным во гроб, смиренно шествует, затем, в толпе своего народа за крестным шествием, с молитвой церковной, в единении церковном с народом, почерпая силу на свой Царственный подвиг!
И не одна столица Московская была благоговейной созерцательницей молитвенного смирения и благочестивой ревности Помазанника Божия. Жители отдаленнейших местностей святой Руси утешены были великой милостью Божией— сретать в пределах своих Влагочестивейшего Государя, совершающими подвиг паломничества к святым, здесь пребывающим.
Так, незабвенно молитвенное единение простого русского народа со Своим Государем в дни открытия и прославления Мощей Преподобного и Богоносного Серафима Саровского Чудотворца,— открытия, совершенного в глухих дебрях тамбовских лесов с необычайным благолепием в присутствии и при Высоком Личном участии Государя Императора, Государынь Императриц и других Лиц Царствую-
щего Дома.
Ныне Всещедрый Господь посетил и наш край Своею неизреченной милостью, даровал нам великую радость — свое молитвенное почитание Святыни Верхотурской разделить с Державным Помазанником Божьим, благоговейная мысль Коего с особым усердием будет привитать в наступающее дни торжеств там, где почивает в нетлении
Мощей Великий Молитвенник и Предстатель за всю державу Российскую Святой Праведный Симеон Верхотурский Чудотворец под Сенью, сооруженной усердием Царственного благочестия.
Будем же, Братья, подражателями сего благочестия!
Принесем и мы в дар Святому Праведному Симеону наше чистое сердце, пойдем все, кто только в силах, к Его нетленным мощам, пред Ними изольем наше благодарение Господу Богу за Царя нашего, там помолимся, да оградит Господь Благочестивейшего Императора нашего на всех путях Его святыми Своими ангелы и да соделает нас достойными Его чадами. [105]
Ровно через три года екатеринбуржцы будут «сретать в пределах своих Влагочестивейшего Государя»…
Крестный ход из Екатеринбурга в Верхотурье состоялся: паломники двинулись в путь 6 мая и пришли в обитель св. Симеона 24 числа этого месяца. Путь прошли и четыре священника — оо. Михаил Суворов, Иоанн Антонинов, Аристарх Пономарев и Сергий Стахиев.
27-го мая епископом Серафимом совершено освящение левого придела Крестовоздвиженского собора в честь св. Праведного Симеона, Верхотурского Чудотворца, после чего состоялось перенесение св. Мощей Угодника из Николаевского храма в новый собор, и в Симеоновском приделе совершена первая Божественная литургия. Слово за причастным произнесено свящ. Иоанном Сторожевым и, по окончании литургии, — Его Преосвященством. [47]
Каждый владыка имеет свой взгляд на способы духовно-просветительской деятельности. Практиковавшиеся при епископе Митрофане внебогослужебные религиозные беседы, чтения, лекции, — не стали использоваться в жизни епархии при новом архиерее. Фамилия о. Иоанна реже стала появляться в церковной хронике.
Война, как казалось, окончательно поменяла вектор работы пастырей – помощь семьям фронтовиков (а очень скоро — погибших фронтовиков), раненым, беженцам, сиротам…
8-го августа 1914 г на собрании городского духовенства священник И. Сторожев избран в «Епархиальный Попечительный Комитет по случаю войны», председателем которого стал Преосвященный. Родители, проводившие своих сыновей на войну, жены, лишившиеся своих мужей, дети, оставленный родителями, больные и раненые воины — стали заботой Комитета.
Талант проповедника о. Иоанна необходим и в новых реалиях. 20-го сентября Его Преосвященство, перед началом однодневного сбора в пользу больных, раненых воинов, в Кафедральном соборе совершил моление о даровании победы. Слово после евангелия на молебне произносил священник Сторожев.
Оказалось, просветительные беседы в условиях войны тоже необходимы. Как дойти священнику до солдата? Ждать, когда тот прибудет в церковь? Нет, это священник должен идти в казарму.
11 января 1915 г в зале Архиерейского Дома под председательством епископа и по личной его инициативе состоялось собрание, на котором присутствовали настоятели и старосты церквей г. Екатеринбурга.
По предложению Архипастыря решено организовать по воскресными днями религиозные и просветительные чтения для воинов в местах их расквартирования.
Организация их поручена особой комиссии, в состав которой избраны оо. Сельменский, Сторожев, Уфимцев, Ар. Пономарев и В. Топорков.
Конспекты таких бесед были разработаны этой комиссией, явно, при участии о. Иоанна. «По отзыву лекторов чтение прослушано было с поразительным вниманием. В одной из аудиторий о. лектор, заканчивая чтение, возгласил здравицу за Государя Императора и вторую за Верховного Главнокомандующего. Обе здравицы вызвали неописуемый энтузиазм слушателей». [65]
Может быть, наш скепсис, по поводу верноподданнических чувств к Государю российских подданных того времени (и о. Иоанна), напрасен?
В день всероссийского праздника трезвости 29 — 30 августа 1914 г священник И.Сторожев произносит проповедь большой силы. Ситуация требует этого.
«Как днем будем вести себя благочинно,
не предаваясь пьянству» (Рим. 13, 13).
Братья-христиане! Бремя исключительного, беспримерного напряжения физических и духовных сил своих переживает ныне Святая Русь Православная… Всемогущему Богу в неисповедимых судьбах Его угодно было ниспослать
отечеству нашему новую годину тяжкого испытания.
Исконные недруги славян, непримиримые враги святого Православия — немцы восстали войной против нас и всего славянства. Они первые обнажили меч свой и обагрили его кровью славян, кровью верных сынов России — наших отцов, братий и чад.
Полилась кровь русская на поле брани!… Много еще прольется её в этом великом деле борьбы за святую Веру Православную, за свободу славянства от засилья немецкого, за освобождение народов от вечной угрозы немецких держав общему миру и спокойствию.
Великая и славная борьба!..
Видит Господь, что не ради воинственных замыслов или суетной мирской славы подняли Мы оружие, но, ограждая достоинство и безопасность Богом хранимой Нашей
Империи, боремся за правое дело.
Так возвестил Благочестивейший ГОСУДАРЬ Наш в Манифесте Своем, призывающем всех верных русских подданных встать на защиту Родной Земли, и народ
русский внял голосу Своего ЦАРЯ; уразумел он чуткой душой своей, на какое великое дело призывает его ЦАРЬ-БАТЮШКА, и восстал, как один, в спокойной и величавой готовности отразить дерзость врага, постоять за правое дело, постоять до конца, не дрогнуть и перед смертью.
И уже несутся к нам светлые вести, что, не щадя своей жизни, воины наши венчают славой победоносное русское оружие; что —верные слову Господню: „Больше сея любве никтоже имать, да кто душу свою положит за други своя» — они не только стоять грудью за Русскую Землю, но своею кровью искупают от немецкого рабства древнюю вотчину Славнодержавного князя Владимира—Галицию и несут истомившимся там под гнетом чужого ига братьям-славянам свободу.
Этот новый великий подвиг любви и самопожертвования совершается пред лицом всех народов в то время, когда они с ужасом и содроганием взирают на творимые немцами неописуемые зверства везде, куда только ступят их воины.
Весь мир ныне видит, что ярко и грозно сверкает отточенное железо, которое враги принудили нас взять в свои руки, но что ярче блеска победного оружия свет креста в сердце русского воина и что в нем — в этом всепобеждающем Знамении—вся сила наша, вся наша мощь.
Господь призывает ныне нас послужить чрез подвиг ратный не только делу защиты родины и освобождения страждущих братий наших славян, но вместе с тем и великому святому делу просвещения народов истинной верой православной.
Есть ли, братья и сестры, такая жертва, пред которой могла бы остановиться ревность наша ради сего святого дела?!
Братья наши — христолюбивые воины — с готовностью пошли на подвиг сей: пошли они, осеняя себя крестным знаменем, на защиту веры, Царя и отечества, пошли многие на явную и вместе славную смерть.
Они исполнили и до конца исполнят свой долг ..
А мы, дорогие братья и сестры, мы с вами здесь оставшиеся, как мы отзовемся на подвиг их, какую жертву мы принесем на алтарь отечества в переживаемые великие дни борьбы за веру, за правду?!..
Первый наш долг — это непрестанная усердная молитва за всех, подвизающихся на поле брани; молитва о ниспослании оружию нашему победы над врагами; молитва о вечном блаженном упокоении всех, положивших душу свою в славной борьбе с супостатами.
Наш святой долг, затем, неустанно заботиться о семьях тех, кто пошел грудью своей защищать нас; заботиться о помощи раненым, о призрении сирот, вдов, отцов и матерей павших в бою воинов наших. На все это пусть жертвует всякий и силы свои, и знания, и средства по мере возможности, памятуя, что Всевидящий Бог прочтет в сердце каждого, насколько щедро оно было и взыщет Господь с того, кто бесчувственным остался к общей беде.
Но и кроме всего этого есть еще одно великое и святое дело, которое ныне в особенности возложено на нас, здесь оставшихся.
Помните и знайте, братья мои, что победа над внешним врагом не принесет нам пользы; кровавые жертвы братьев наших на поле брани останутся напрасными, если мы не победим того внутреннего страшного и бесконечно более опасного врага, которым является народное пьянство.
Надо ли здесь говорить вам о том, какое это великое зло, как много горя, как много слез оно причиняет, к каким ужасным последствиям ведет! Поистине неисчислимы бедствия, причиняемые пьянством, и нет надобности рисовать пред вами все ужасающие картины этого народного бедствия. Увы, много видели мы этих тяжелых картин; исстрадалось сердце наше от зрелища братий наших, одурманенных вином, озверелых от
пьяной злобы, утерявших образ человеческий в пьяном разгуле страстей своих. Устали очи наши видеть, как юное поколение — этот цвет и надежда России—как они увлеченные пагубным примером, примером отцов, старались не отстать от них в пороке пьянства и даже превосходили их на этом пути. С ужасом внимали мы грязной гнилой брани, которой оскверняли дети наши чистые уста свои, повторяя слышанный ими пьяный бред
старших.
И давно уже лучшие русские люди, лучшие люди всего мира прилагали все усилия свои к отрезвлению народа, к заботам о предотвращении неминуемой беды, которую вле-
чет за собой пьянство. Ибо знали и видели они, что пьяный человек не только губит себя, развращает своих детей и всех окружающих, не только разоряет свое благосостояние, но
он еще причиняет неисчислимое зло и всем последующим поколениям, передавая им винный яд вместе со своей кровью. Замечено, что за последние 40—50 лет русские люди, под влиянием вина, стали много слабее телом, ниже ростом, уже в груди, тупее умом, склоннее к различным порокам, бессильнее волею, безучастнее сердцем.
Тает русская душа, отравляется народ, гибнет он духовно и телесно!…
Но еще много сил неизведанных заложено в русской душе, еще не вся она утонула в вине, еще не совсем заснула совесть народная, одурманенная винным зельем! Еще мощен подняться русский народ, мощен он стряхнуть с себя винный гнет, если услышит он тот Властный и Мощный Голос, вековою покорностью Коему стяжала себе Русь святая свою мощь и силу.
И вот ныне раздался этот великий голос Русского Царя, благоизволившего всенародно высказать свое Царское пожеланье, чтобы вместо пьянства, «вносящего в жизнь народа разорение духовных и хозяйственных сил его, трезвенное движение всемерно распространялось по всей Русской земле». В попечении о благе народа Благочестивейший Государь Наш не остановился перед самыми решительными мерами и в то время, как переживаемые нужды войны требуют наибольшего притока денежных
средств в казну, Наш ЦАРЬ — БАТЮШКА не захотел, чтобы эти деньги собирались ценою опьянения народного и повелеть изволил воспретить продажу вина на все время военных действий в надежде, что за это время принудительного отрезвления народ русский поймет, какое великое бедствие для него заключается в пьянстве и уже сам добровольно откажется от вина.
Ни перед чем не остановился Государь Наш для блага своего народа, лишь бы помочь делу нравственного обновления русской жизни, лишь бы поставить народ русский
на новом трезвенном пути.
И, свершив сей великий почин, ныне ждет от нас Государь, как мы отзовемся на Его заботы о нас. Неужели же, братья и сестры, мы останемся безучастны к этому Великому Призыву; неужели мы покроем позором бездеятельности головы наши; неужели оставим Царя Своего одиноким в святой борьбе за трезвость народную!…
О, да не будет этого, братья возлюбленные!…
Соединимся все под сенью Св. Церкви в великую трезвенную рать и в то время, как воины наши ведут борьбу со врагом внешним, будем и мы неустанно бороться с исконным врагом русского народа — пьянством.
Послушаем зова Царского; послушаем заветов святого Иоанна Златоустого, из глубины 15 веков вещающего нам: „Многие составляют товарищества для гулянья и
пьянства, составляй и ты товарищества для того, чтобы истреблять страсть к пьянству».
Благодарение Господу Богу! На Руси святой много уже теперь образовалось таких трезвенных товариществ.
Пойдем туда, братья, понесем наш труд и жертвы наши на единодушную бодрую борьбу с пьянством народным. Что может быть выше подвига — спасти родной народ,
что может быть увлекательнее примера Самого, Богом венчанного Царя, идущего на этот великий подвиг!
Пусть многотрудна борьба с этим недугом, пусть много суждено борцам вынести тяжких испытаний и трудных обстоятельств, когда против них ополчится вся злоба и ненависть духов злобы и тьмы, но мы знаем и верим, что Бог не посрамись упования нашего на Его всесильную помощь, мы знаем, что великий учитель покаяния и воздержания Святой Предтеча Господень Иоанн не оставит нас своею небесною помощью и заступлением.
Отрезвляйся Великая Россия и трезвой встреть твоих сынов, когда они возвратятся увенчанные лаврами, с победного поля брани с дерзкими врагами, поднявшимися на веру и отечество наше!.. Аминь.
Священник Иоанн Сторожев. [48]
Отец Иоанн входит с состав практически всех комитетов, комиссий, братств и советов, созданных епархией. Кроме Миссионерского комитета, где он работал по должности, иерей Сторожев член Екатеринбургского церковного Братства Св. Прав. Симеона, Верхотурского Чудотворца — заведует книжным складом и епархиальной библиотекой.[49]
Священники Сторожев и Буткин – главная сила и Проповеднического комитета. [50]
Кроме того, о. Иоанн в Епархиальном Учительском Совете – в составе временного Ревизионного Комитета, для проверки экономического отчета по Духовному училищу. [8;51]
И так далее…
Несмотря на такую вовлечённость священника Сторожева в центральные епархиальные структуры, 17 января 1915 год он переведён на настоятельское место к градо-Ирбитскому Богоявленскому собору с возведением в сан протоиерея и предоставлением должности председателя отделения Епархиального Училищного Совета.[52]

Ирбитский Богоявленский

Ирбитский Богоявленский собор

Через месяц (18 февраля) его назначили и благочинным церквей этого уездного города.[53]
XI
Место настоятеля ирбитского собора освободилось в конце 1914 г (протоиерей
Александр Сахаров перешёл на службу по Министерству Народного Просвещения с назначением законоучителем Белебеевской Учительской Семинарии). Однако, причина такого почётного перевода отца Иоанна на периферию не ясна. Между тем, через некоторое время в Шадринск был переведён и о. Николай Буткин – другой епархиальный интеллектуал.
В Ирбите священник И. Сторожев входит в состав организаций уездного масштаба: Ирбитское тюремное отделение Общества попечительства о тюрьмах, Комитет попечительства о народной трезвости, уездный Училищный Совет, уездное отделение Екатеринбургского Епархиального Училищного Совета, Ирбитское уездное Попечительство детских приютов. [9]
Однако на епархиальном уровне его имя уже не звучит: за 1915-1916 гг Ведомости не опубликовали ни одной его проповеди или статьи. Лишь в списках приходов, направивших средства на различные попечения, указывается фамилия протоиерея Сторожева. Ирбитский Богоявленский собор был городским пунктом сбора пожертвований на нужды армии. [56]
К 6 Мая 1916 г- дню рождения Его Императорского Величества – «за отлично-усердную пастырскую службу» епископом Серафимом были награждены камилавкою практически все епархиальные интеллектуалы: протоиерей Иоанн Сторожев и священники: церкви Екатеринбургской мужской классической гимназии Николай Буткин, церкви Екатеринбургской 1-й женской гимназии Павел Диев, градо-Екатеринбургской Вознесенской церкви Всеволод Дягилев, церкви Березовского завода, Екатеринбургского у., Николай Введенский. [54]
Думается, тем самым владыка подавал епархии сигнал: священники не находятся в опале, несмотря на их перемещения. Кроме о. Сторожева, уже оказавшегося на периферии, летом 1916 г будут направлены: в Шадринск о. Н. Буткин, а о. Н. Введенский – полковым священником Русского Экспедиционного Корпуса во Франции.
Камилавка была возложена епископом Серафимом на протоиерея И.Сторожева 9 июля 1916 года, во время совершения всенощного бдения в градо-Ирбитской кладбищенской Свято-Троицкой церкви. [55]

Ирбит Свято-Троицкая

Свято-Троицкая церковь г. Ирбита

Но, видимо какое-то напряжение в отношениях между владыкой и о. Иоанном существовало. Судить об этом можно по одной фразе, произнесённой священником во время собрания благочинных епархии 16-17 ноября 1916 г. Обсуждалось предложение епископа об использовании на приходах «визитации». Этот неологизм, придуманный, очевидно, Преосвященным Серафимом, означал регулярное посещение священником прихожан.
Отец Иоанн Сторожев выступил в конце встречи. При этом были произнесены и такие слова: «Я не вставал раньше не потому, чтобы боялся… Об этом не может быть и речи, ибо любовь изгоняет страх …».
В содержательной части своей речи он поддержал необходимость «визитации». «О пастырской визитации был у меня разговор с духовенством; было принято, как нечто
новое, а потом уяснили. Никаких, конечно, споров относительно целесообразности быть не может. Боялись только, что дело встанет на бумажную почву, но страхи эти оказались безосновательными.
По приезде своем я предполагаю собрать пастырское собрание, потом думаю
поговорить и с некоторыми лицами из приходов».
Пастырская визитация, по мнению о. Сторожева, необходима, ибо без знания прихода пастырь лишен возможности нравственно воздействовать на приход: « Мне все пути заказаны, если я не знаю того, с кем разговариваю. В частности, относительно соборного прихода я должен сказать, что у нас приход, хотя и поделен на части,
и каждою заведует определенный священник, но священники каждую пасху меняют свои части. Это дает каждому священнику возможность в три года побывать у всех прихожан, но вместе с тем такой порядок затрудняет близкое знакомство с приходом. Предполагаю сделать так, чтобы каждый священник имел свою определенную часть и ею всецело заведовал».
Владыка, обращаясь к о. Иоанну: «Когда я говорил, о пастырях-простецах, пользующихся авторитетом у своих прихожан, то я имел в виду ваших ирбитских батюшек, сумевших привлечь к себе внимание прихожан.
Я знаю, что это внимание приобретается различными путями, иногда даже и не совсем похвальными. Не так давно мне говорили прихожане про своего батюшку: — Он нас не чуждается, ходить к нам! Но на деле оказывается, зачем же он ходит? Бражку ищет!
Да еще учит, как ее лучше готовить… Это не пастырское дело!».
Говорил епископ и об отношении к пленным.
«Владыка: Мы пастыри при удовлетворении религиозных потребностей не должны разделять людей на врагов и на не врагов, а при случае должны окормлять духовно и врагов, лишь бы это не претило чувству патриотизма, да не было использовало врагами во вред нашему отечеству. Русский человек смотрит и на преступников-каторжан, как на «несчастненьких» и жалостливо относится к ним, так относится он и к врагу побежденному и плененному. Отчего и не помочь этим людям; пусть они знают, что русский человек никогда не был зверем…».
Говорили благочинные и обо всё расширяющейся пропасти между Церковью и интеллигенцией. Показательно выступление о. П.Замятина:
«С людьми простыми, я думаю, возможно так поступить пастырю, но как быть с „господами интеллигентами»? /…/ Жаль, только, что наши так называемые интеллигенты относятся к пастырям с непонятным предубеждением.
Вот, например, когда мы ехали сюда, вышел на станции Верх-Нейвинск чайку попить. В зале сидели какие то молодые люди, по-видимому, интеллигентные.
Увидев несколько священников-путников, один из молодых людей громко сказал, так что все слышали: — Куда это едет эта нечистая сила?!..
Как вот устранить такое предубеждение?». [94]
Неизвестно, эта ли встреча подвигла епископа – но с 1 января 1917 года о. Иоанн Сторожев назначен настоятелем градо-Екатеринбургского Екатерининского собора. [57]
XII
Итак, снова Екатеринбург. Поселилась семья, как пишет Серафим Иванович Сторожев, «у какого-то священника рядом с Ипатьевским домом на Васнецовской улице». [15]
На самом деле, улица называлась. Васенцовской, сегодня она носит имя Луначарского. Семья священника, между тем, увеличивалась. В 1915 году, наконец-то, родилась дочь – Елизавета.
А 19 января в покоях епископа под его личным председательством состоялось собрание оо. настоятелей и гг. церковных старост, на котором был заслушан доклад комиссии по поводу учреждения при церквах так называемых сестричеств.
«После чего Его Преосвященством было предложено присутствующим высказать свое мнение по вопросу, желательно ли учреждение при церквах сестричеств?».
Чем ближе, к февралю, тем больше демократизма в отношениях архиерея и духовенства…
Хроника зафиксировала позицию о. И.Сторожева – он высказался за учреждение
этого нового направления православной деятельности . [58]
В течении февраля 1917 г епископ Серафим два раза служит литургию в Екатерининском соборе. Оба раза после евхаристии он совершает чин отпетия – по людям не знатным. Один помощник начальника пожарного общества, другой – заурядный купец, ктитор собора, третий – «местный мещанин — маленький человек, всю жизнь свою мечтавший о псаломщичестве, как о каком-то высшем благе».

270px-1910Екатерининский_собор

Екатерининский собор

Владыка говорит трогательные речи, в которых и объясняет, почему он здесь, у этих гробов. «В настоящее тяжелое время, когда Русь похожа на взбаламученное море, когда миллионы братьев наших собрались и вышли грудью своею защищать дорогое отечество, когда оставшееся в тылу взбаламутились, только и можно отдыхать душой у таких старцев, кои не продавали веру свою, не кидались на болтливые затеи человечества». [59]
Старая патриархальная Россия в лице владыки Серафима отдыхала душой у гробов старцев…
Взбаламутившееся человеческое море не унималось.
1–го марта в Екатеринбург из центра стали поступать телеграммы о переходе власти от правительства к Государственной Думе.
Епископ Серафим в этот день служит в Кафедральном соборе литургию Преждеосвященных Св. Даров и панихиду по Государю Императору Александру II. «В храме присутствовал г. Начальник губернии Лозина-Лозинский, особо-уполномоченный по охране г. Фортвенглер и другие гражданские чины».
В тот же день в Максимилиановской церкви владыка совершил чин отпетия над умершей в Екатеринбурге жене священника села Аятского Бориса Коровина Зинаиде Дмитриевне… [60]
Мертвые хоронили своих мертвецов, а большинство спешило провозгласить… если не наступление Божьего Царства на земле, то нечто подобное. «При этих необыкновенных известиях душа рвалась к небу; хотелось радоваться и без конца славить Господа, давшего нам дожить до такого времени», писал о вестях из Питера епархиальный редактор протоиерей И.Уфимцев.[61]
Следующий день, 2 марта 1917 г, стал роковым для Императора, отрекшегося от престола. Роковым он стал и для епископа Серафима. Владыка отчасти разделил судьбу Государя – единственный из всего екатеринбургского духовенства
Епархиальные ведомости так сообщили об этом. «2 марта Его Преосвященство в Кафедральном соборе в сослужении 12 протоиереев и иереев, совершили чин пассии. Пред акафистом Преосвященный обратился к присутствующим с кратким словом, в котором указал на тяжесть переживаемого момента, и так закончил речь:
— Зову не к бунту, а к единственному оружию нашему — кресту и молитве. Молитесь. В молитве наше спасение. Усилим нашу молитву к Распятому. Он видит, наши слезы, слышит молитвы наши, и пошлет нам силы и крепость пережить это время. Не будем производить беспорядков, а будем молиться и плакать.
В конце повечерия Владыка, земно поклонившись народу, испросил прощения, добавив; «потому прошу прощения, что в эти тревожные дни все может быть. Быть может многих из нас не станет…. Быть может не станет и меня. Прошу вас, дорогие братья и сестры, тогда не поминайте меня лихом, а помолитесь Господу Спасителю, да помянет меня во царствии Своем». [60]
Трогательная речь и пророческая. Однако редактор исключил из неё наступательную часть. Вот она: «Кучка бунтарей окаянных обнаглела до того, что осмелилась посягнуть на священные права помазанника Божьего, нашего царя-батюшку … Умрём же за царя». [107]

oec-26

Епископ Серафим Голубятников

Если хотя бы один человек из тысяч, ежедневно славословивших имя Государя, готов был пострадать за него – возможно, это оправдывает род человеческий в глазах Божьих? Безотносительно личности Царя – тут мнения могут быть разные…
3 марта 1917 г в Екатеринбурге стало известно об отречении Николая II и великого князя Михаила от престола. На следующий день Городскую Думу пришли представители рабочих Екатеринбурга и Верх-Исетского завода, которых не удалось успокоить сообщением о том, что епископ Серафим и другие представители старой власти подчинились новому режиму. Владыка стал в городе олицетворением старого режима.
Подавляющим большинством голосов собрание проголосовало за немедленный арест губернатора, епископа Серафима и других представителей «старой» власти.
Епископ прочел телеграфное сообщение об отречении в полдень 4 марта. Утром он служил в Нуровском приюте литургию, и это была последняя литургия, на которой в Екатеринбурге возносилось моление о царской фамилии. [61]
Дело епископа Серафима обсуждалась на самом первом заседании Комитета общественной безопасности. Временный исполком «комитета» взял подписку у епископа о том, что он прекратит всякое общение с населением. Кроме того, послали телеграмму обер-прокурору Святейшего Синода с просьбой «уволить преосвященного Серафима, епископа Екатеринбургского и Ирбитского на покой». Екатеринбургскому городскому благочинному протоиерею Ф. Коровину поручено, взяв с него честное слово, немедленно докладывать «комитету» обо всех распоряжениях епископа. С такой же просьбой обратились и к Духовной консистории.
От ареста епископа «комитет» воздержался «во избежание возможного неудовольствия части населения». 6 марта 1917 года уездный комиссар Временного правительства Давыдов посетил Преосвященного Серафима, который обещал повиноваться новому правительству. [107]
«Со смущенным сердцем Екатеринбургское духовенство встретило новую эру. Оно было без „главы». Епископ Серафим сидел в своих покоях, изолировавшись от духовенства и паствы по просьбе Временного Комитета», писал И.Уфимцев в Епархиальных ведомостях. [62]
6 марта благочинный о. Коровин обратился к городскому духовенству с «полит-корректным» заявлением: «Пастыри! Поддерживайте бодрость в своих пасомых
словом живой проповеди, в согласии со священным писанием и преданием. церковным. Избегайте в своих словах обострять те вопросы, кои по существу своему подлежат
ведению законодательства, а не религии». [62]
На следующий день Екатеринбургская Духовная Консистория присоединилась к новому правительству и направила телеграммы об этом обер-прокурору Синода, Председателю Государственной Думы и в Комитет Общественной Безопасности (КОБ) Екатеринбурга. «Одновременно с этим Консистория сообщила Временной Комиссии Екатеринбургского Комитета Общественной Безопасности, что по желанию духовенства и согласию на то Епископа Серафима, всему духовенству разрешено свободно принимать участие на всех народных собраниях по поводу переживаемых нами политических событий, ведущих дорогую Родину на путь светлого будущего, согласно воле всего Русского народа». [60]
Консистория избрала в КОБ протоиерея П. Протопопова и служащего Н. В. Романова. [107]
XIII
Священник Сторожев, в силу своего характера, не мог быть последним на пути к «светлому будущему».
8 марта в Екатерининском соборе состоялось первое собрание духовенства. Епархиальная газета представила отчёт об этом событии в изложении репортера Уральского Края.
« Собрание не носило корпорационного характера. Оно было публичным, многолюдным!..».
Открыл собрание протоиерей Ф.Коровин, сообщивший, что он, как член Городской Думы, «от лица всего духовенства» голосовал за присоединение к новому правительству.
«Затем о. благочинный огласил следующую резолюцию Епископа Екатеринбургского и Ирбитского Серафима. «В виду внезапно совершившихся важнейших событий в нашем государстве и пробуждения организаторской деятельности народа предлагаю Екатеринбургскому городскому духовенству немедленно, на правах свободных граждан, принять и впредь принимать посильное и живейшее участие в народных собраниях и с народом обсуждать возникающие вопросы, как политической, так социальной и экономической жизни духе мира, любви и правды, помогая спокойно, терпеливо, осторожно и мудро разобраться ему во всех сложных вопросах и решать
их наилучшим образом».
Далее о. благочинный огласил распоряжение Митрополита Владимира о вознесении молений «за Богохранимую Державу Российскую и за благоверное Временное Правительство ея».
Прочитав призыв к пастырям священннков-депутатов Государственной Думы, о. благочинный оставил собрание и, пожелав ему заниматься в „мире и любви», покинул храм, вследствие ожидающей его срочной работы.
Председателем был избран о. И. Сторожев.
О. Иоанн, выразив собранию благодарность за избрание, сказал:
«Великая честь выпала на мою долю руководить первым свободным собранием духовенства с паствой — с народом».
На очередь был поставлен вопрос об избрании представителей духовенства в комитет общественной безопасности. И тотчас же представителями были избраны о. о.
Сторожев и Игнатьев».
«Одним из участников собрания был поднят вопрос — какое участие примет духовенство в первом национальном празднике 10 марта и как почтить славную память борцов, павших за освобождение России от деспотизма.
После коротких прений духовенство наметило следующий порядок своего участия в первом национальном празднике. 9 марта после вечернего Богослужения во всех городских храмах будет совершена панихида по павшим борцам за свободу; утром 10-го марта во всех храмах будет совершено благодарственное моление, а днем — торжественное молебствие при участии всего духовенства города и церковных хоров на площади Кафедрального собора».
С празднованием вообще как-то криво получилось. Если деспотизм – это самодержавие, тогда молебен совершался памяти борцов с самодержавием — Игнатия Гриневицкого (убившего Александра II), Александра Ульянова и т.д…

Eho1910maj-5

Площадь кафедральная. Здесь, у памятника убиенного революционерами Александра II, служили панихиду по борцам с самодержавием.
«Собранием решено послать приветственную телеграмму обер-прокурору Св. Синода, в которой выразить чувства единения, восторга по поводу обновления жизни отечества и выразить готовность Екатеринбургского духовенства трудиться ко благу освобожденной родины.
Редактирование телеграммы поручено—о. Л. Игноратову, о. Е. Львову, о. А.Игнатьеву и о. И. Сторожеву. О таком постановлении собрания постановлено составить
особый акт.
Некоторые присутствующие предлагали включить в приветственную телеграмму от духовенства новому правительству сообщение о содеянном Епископом, но решено не омрачать этим светлую, радостную телеграмму приветствия, а ограничиться включением в особый акт о постановлениях настоящего собрания следующего: духовенство Екатеринбургских городских церквей не солидарно с высказанным Епископом Серафимом на пассии в Кафедральном соборе о новом правительстве». [61]
Полный текст постановления о епископе такой: «Екатеринбургское духовенство горячо приветствует благодетельную зарю новой свободной жизни России и, всецело присоединяясь к Временному правительству, стремится согласовать свою деятельность с деятельностью Временного правительства в духе мира и христианской любви на благо святой Церкви и дорогой Родины. Преклоняясь пред гражданской доблестью и самоотверженным героизмом, проявленными в деле низвержения старого порядка народными избранниками, духовенство глубоко скорбит о том, что екатеринбургский Епископ Серафим нашёл допустимым с церковной кафедры 2 марта 1917 года дать освободительной деятельности членов Государственной Думы такую оценку, которая вызвала негодование общества и набросила в эти светлые дни свободы мрачную тень на всё духовенство, совершенно не солидарное с высказываниями Епископа». [107]
Итак, священник Сторожев, член Комитета Общественной Безопасности — временного коллегиального представительного органа законодательной и исполнительной власти городского самоуправления и общественно-политических организаций Екатеринбурга, подчинявшийся Временному правительству России.
Персональный состав Исполнительной комиссии и КОБ непрерывно обновлялся, количество делегатов достигало 343 человек (27 апреля 1917), представлявших от 68 до 127 организаций и учреждений города, среди которых – политические партии, войсковые части, кооперативы, рабочие организации и больничные кассы, профсоюзы, общественные организации, городское самоуправление, национальные организации и другие. В КОБ преобладали делегаты буржуазно-либеральных взглядов.
Норма представительства определялась двумя делегатами от одной организации, за исключением особо крупных, которые могли направить до семи и более человек каждая.
Перед КОБ стояли задачи: поддержание правопорядка, безопасности и спокойствия населения, охрана государственных и общественных учреждений, ж/д сооружений и грузов, забота о продовольствии для населения, врачебно-санитарные мероприятия и т.д. КОБ создал милицию, арестовал некоторых представителей царской власти и полиции, заменил название учреждений, носивших имена членов семьи бывшего императора, установил твердую таксу для извозчиков города Екатеринбурга, а также обеспечивал порядок при проведении предвыборной агитации и выборов в городское самоуправление, рассматривал вопросы о ношении гражданами огнестрельного оружия, об обеспечении топливом и др., заслушивал отчеты о деятельности своих комиссий, проводил выборы.
К осени 1917 г КОБ фактически прекратил свою деятельность в силу отсутствия кворума и Исполнительная комиссия заявила решительный отказ продолжать ведение дел Комитета далее 15 сентября, когда он был самораспущен. [112]
Кто сидел рядом с о. Иоанном в зале заседаний КОБа? Кадеты Л.Кроль, А.Ардашев (родственник Ленина), Н.Ипатьев (владелец того самого «расстрельного» дома), эсер А.Кощеев, анархист П.Жебенев, а также большевики, будущие участники и соучастники убийства царя = А.Парамонов, С.Мрачковский, В.Воробьев, П.Быков и Я.Юровский. [76]

ipatiev

Н.Ипатьев, кадет, член КОБ, владелец «расстрельного» дома.

Владимир Аничков — директор банка, гласный Городской Думы и один из руководителей КОБа, поднее вспоминал: «Юровского, впоследствии сыгравшего главную роль безжалостного палача Государя и его семьи, я немного знал ещё до революции. Он имел небольшую моментальную фотографию, и раза три моя семья снималась у Юровского.
В первый же день, как только образовался Комитет общественной безопасности, ко мне подошёл Юровский и вручил пятьсот рублей вместе с подписным листом.
— Эти деньги я собрал среди местного еврейства для нужд Исполнительной комиссии. Прошу принять и выдать квитанцию». [10]
Следующее собрание екатеринбургского духовенства состоялось 13 марта. Председательствовал опять о. И. Сторожев. Ключарь Кафедрального собора и редактор Епархиальных ведомостей о.И. Уфимцев попытался защитить позицию епископа. Начавшийся шум в зале не дал ему договорить. Председатель собрания (священник Сторожев), вспомнив своё прокурорское прошлое, произнес: «С епископом здесь никто не судится, и в защиту его прошу никого не выступать». Причину такого отношения к правящему архиерею раскрыл член Комитета общественной безопасности, священник А. Игнатьев: «Не надо бы епископу забывать мудрую русскую пословицу «Слово серебро, а молчанье золото» и не следовало бы превращать кафедру в политическую трибуну… Выступление же епископа сказывается особенно остро на нас, ваших делегатов… Мы это выступление чувствуем там, сидя в комитете». [107]
Последняя фраза о. Игнатьева говорит о том, что делегаты (оо. Сторожев и Игнатьев) участвовали в заседаниях КОБа, по крайней мере – первое время.
Священник Николай Тарантин пишет: «После «свободного собрания» делегация от городского духовенства 14 марта 1917 года посетила епископа. Все было устроено таким образом, чтобы никто не заподозрил участников посещения в «симпатиях» к «провинившемуся» архиерею. Вся переписка, связанная со встречей, прошла через Духовную консисторию. При встрече с епископом представители духовенства сразу объявили, что их встреча носит не частный, а официальный характер. Ознакомившись с резолюцией от 8 марта, Епископ выразил сожаление, что духовенство не поддержало его, так как «он вовсе не призывал к бунту, а призывал к кресту».
Осуждая промонархический характер проповеди Преосвященного Серафима, участники встречи на словах признавали его своим владыкой и не настаивали на удалении из епархии. Это позволило Преосвященному Серафиму заявить, что он ещё намерен «поработать». [107]
О. Иоанн Сторожев, как председатель собрания, участвовал в организации встречи с владыкой и в самом мероприятии.
Не все его товарищи, церковные интеллектуалы, одобрили о. Иоанна. Вот строки из романа о. Н.Буткина. Главный герой (фактически, сам о. Николай, шадринский протоиерей (в тот период), в романе — под именем о. Григория), получает письмо из Екатеринбурга от друга-священника. Тот пишет: «Встретили переворот не без скандала. Епископ Серафим обнаружил крайнюю неосторожность и на службе при первых же известиях о революции, произнёс почти погромную проповедь. Тут говорилось и о чёрных воронах, которые слетелись заклевать царя, и о продажной интеллигенции, которая идёт на поводу у евреев. Словом, вся речь представляла букет черносотничества. Городское общество возмущено. Духовенство, желая сохранить престиж, откололось от епископа Серафима, выбрало к нему депутацию со Сторожевым во главе, который и заявил от лица духовенства Первосвященному, чтобы он, во избежании неприятностей, сейчас же добровольно оставил Епархию. Владыка смирился, но не мог не выразить сожаления, что недовольство им выражает облагодетельствованный им Сторожев: «Только бы не вам, о. Иван, говорить мне это», — сказал он.
 Покончив с архиереем, отцы навязчиво спешат заявить себя сторонниками переворота. Служат панихиды по убитым в борьбе за свободу, провозглашают Многолетие Временному правительству (иронии не чувствуют). А иподьякон Смирнов, известный тебе пристрастием к медалям (помнишь, сколько их на приёмах болталось у него на рясе), ходит теперь с красным бантом. Смех и горе!».
О. Николай считал, что о. Иоанну нужен друг-руководитель. «К сожалению, судьба разделила их и Ст-ев предоставлен себе. Духовенство же, как видно, пользуется им в своих целях. К чему же поведёт? «Господи! Спаси его!». [12]
В этот же день (14 марта) в Екатеринбург прибыл из Петрограда прапорщик Тарусин – комиссар Временного правительства « для расследования „выступления» Епископа Серафима с проповедью в Кафедральном соборе 2 марта. Прапорщиком Тарусиным допрошены многие лица, слышавшие проповедь Епископа». [63].
Между тем, Тарусин просил формальное требование об удалении епископа с кафедры. Поскольку духовенство такого решения не приняло, то 17 марта 1917 г. на съезде представителей Комитета общественной безопасности Екатеринбургского уезда был представлен особый акт, в котором, в частности, говорилось: «…съезд постановил просить Временное правительство о немедленном удалении Епископа Серафима из Екатеринбургской епархии». [107]
Надо сказать, что Владыка, поняв, что остался со своей позицией в одиночестве, сильно «осадил назад» — обратился к пастве с призывом к спокойствию, принёс присягу новому правительству. Но было поздно.
«21 марта поездом № 3 отбыл в Петроград Преосвященный Серафим Епископ Екатеринбургский и Ирбитский. В день отъезда духовные и светские лица посещали Владыку с 11 часов утра до 3-х часов по полудни, некоторые явились на вокзал, по число таковых было более чем скромно. Возвращение Епископа из поездки с точностью неизвестно. Многие уверены, что Епископ уже не вернется. Сам отъезжающий Архипастырь выражал определенное желание удалиться на покой». [63].
Владыка в Екатеринбург уже не вернулся.
XIV
После его отъезда усилилась борьба между конфликтующими реформаторскими организациями: «Исполнительный комитет общих собраний мирян и духовенства г. Екатеринбурга» (председатель— священник Алексей Игнатьев, один из лидеров – о. Иоанн Сторожев) и «Организаторский кружок прогрессивного сельского духовенства» (председатель — священник Иоанн Минин). Третью силу представляли консерваторы, уступающие в численности (лидер – протоиерей Игноратов).
16 мая 1917 г состоялся чрезвычайный съезд духовенства и мирян епархии. Съехались 375 депутатов. Среди них были священники, диаконы, псаломщики, представители от монастырей и военного духовенства, а также лица не духовного звания (их половина) — от профессоров до крестьян.
Съезд открыл протоиерей Л. Игноратов. Председателем съезда был избран помощник благочинного градо-Шадринских церквей о. Сергей Конев. Он обратился к залу со следующими словами: «Приветствую съезд свободной России! В первую очередь почтимте вставанием память тех, которые положили душу свою в борьбе за свободу народа и пропоем им вечную память». Что и было сделано съездом с большим подъемом.
Отец Сергей продолжал: «Скажем прямо, увеличивается недовольство духовенством. Говорят некоторые, что духовенство, как бы притаилось и что оно желает при удобном случае даже восстановить старый строй. Заявим решительно, что это духовенство не сделает». (Аплодисменты).
Протоиерей Сторожев избран вторым товарищем председателя съезда. [66]
Священник Николай Тарантин так характеризует настроения съезда: «Одновременно с жаждой реформ участники Епархиального съезда обнаружили свои политические пристрастия, выразив полную поддержку Временному правительству, сдали большую сумму денег (более 30 тыс. рублей) на ведение войны и послали от имени съезда приветствие екатеринбургскому комитету партии эсеров, назвав эту партию «защитником трудового народа». Причём в приветствии было отмечено, что принципы эсеровской партии похожи на те, которые исповедуют служители и последователи Христа. Это свидетельствует о том, что на съезде преобладали делегаты, в политическом плане стоящие на позициях партии эсеров, а в церковном — ратующие за незамедлительное «обновление». [107]
А вот мнение современника, о. Николая Буткина, о том же событии.
 «К общественной работе духовенство не было приучено и потому никто не считал нужным ни организовать депутатов, ни помочь разобраться им в вопросах съезда. Заправилы съезда, конечно, совещались между собой, но они видели перед собой только одну задачу: снять с духовенства пятно контрреволюционности и подчеркнуть на съезде безоговорочную верность церковников новому строю. Это почти предопределяло практическую ………. съезда. Но это открывало путь к декламаторству. Отцы, не задумываясь, пошли по этой лёгкой дорожке. В те дни декламаторство, впрочем, не могло казаться странным. Тогда все только и делали, что говорили, начиная с Керенского. На первом заседании съезда о. Иван покорил словом своим депутатов (речь идет об о. Сторожеве.- Ю.С.). Они слушали его как заворожённые. Казалось, с падением царской власти, Россия не только вступила на путь желанной всеми свободы, но совершила …. , захватывающий сердце от радости прыжок в Царство блаженных. Забыли все тревоги, неприятные столкновения, зловещие факты жизни. Людям мерещились видения счастья и они под впечатлением горячих слов ораторов, принимали самые головокружительные резолюции. Единодушно приветствуя революцию, съезд тут же, в порыве самозабвения, провозглашал наступление мира и единения церквей. Но не подумайте, что имелись ввиду старообрядцы. Это казалось делом домашним, а отцы тянулись к Европе, думали в мировом масштабе и посылали братские приветствия Ксендзу – представителю Римской Церкви, Пастору – представителю Лютеранской. Те на эти приветствия промолчали, но отцам и не нужен был ответ. Они расписывались только в своих чувствах. Пафос был необычайным. Тем труднее для отцов казалось схождение с высот мечтаний в сферу земной действительности. Когда нужно было произвести выборы депутатов на Собор, отнеслись к этому чисто формально. Не дали выборным ни наказа, не сделали даже попытки к тому, чтобы наметить, чего они ждут в первую очередь от Собора. Ещё хуже сошли выборы кандидата на Епископскую Кафедру. Никто не постарался ни организовать депутатов, ни осведомить их как следует о лицах, намеченных к выбору. На собрание являлись, не имея ничего определённого». [12]
Среди других решений, съезд принял и кадровые. Протоиерей Иоанн Сторожев был назначен ключарем Кафедрального собора, вместо протоиерея Уфимцева. [67]
Отец И. Уфимцев, напомню, был редактором закрытых съездом Екатеринбургских епархиальных ведомостей. Он же пытался защищать опального епископа Серафима.
Впрочем, в должность ключаря о. Иоанн Сторожев не вступил, и место оставалось вакантным несколько месяцев. Возможно потому, что епископская кафедра вдовствовала, а ключарь – креатура Владыки.
Из других назначений отметим выдвижение в члены консистории о. Анатолия Меледина, священника Екатерининского собора. Его имя ещё появится в этой статье.
Практически, до конца 1917 г продолжались многочисленные епархиальные съезды, имевшие в начале цели обновления церковной жизни, а в дальнейшем погрязшие в выборах епископа. После третей неудачной попытки Синод решил «не признавая возможным назначение новых (четвертых) выборов кандидата… определяет: епископом Екатеринбургским и Ирбитским назначить викария Тифлисской епархии Епископа Елизаветопольского Григория (Яцковского)…». [107]
Именно отец Иоанн Сторожев (от президиума съезда) вел тему выборов епископа. Он, как «Товарищ Председателя Чрезвычайного Съезда», за своей подписью представил Синоду доклад о их результатах. [68]
Находясь на реформаторских позициях, лидеры «городских» оо. Сторожев и Игнатьев всё-таки пресекали в своих рядах попытки раскола церкви по вертикали (выпады против Синода), «напомнив, что екатеринбургская церковь не революционная партия, а часть единой Православной Церкви». [107]
Руководитель городских реформаторов священник Игнатьев был избран членом Всероссийского поместного собора, начавшего работу в Москве 15 августа 1917 г. «На хозяйстве» остался о. Иоанн Сторожев, но к тому времени, надо полагать, уровень внутрицерковного брожения стал снижаться. Духовенство устало от споров. А 25 октября 1917 г власть перешла в руки большевиков, ни Церкви, ни многомыслия не терпящих.
XV
17 апреля (30 апреля н.с.) 1918 г в Екатеринбург привезли бывшего Императора с семьёй и разместили в «доме особого назначения» (принадлежащем кадету Н. Ипатьеву). Это метрах в пятистах от Екатерининского собора, где служил о. Иоанн. Вспомнил ли он строки из своей проповеди трёхлетней давности: «Жители отдаленнейших местностей святой Руси утешены были великой милостью Божией— сретать в пределах своих Благочестивейшего Государя»…
В период с 30 апреля до расстрела Царской семьи, последовавшей в ночь с 16-го на 17-е июля 1918 г, священники Екатерининского собора Анатолий Григорьевич Меледин и Иван Владимирович Сторожев чередуясь, совершали богослужения – пять раз.
О. Иоанн, 8-10 октября 1918 г давая показания своему бывшему коллеге, члену Екатеринбургского окружного суда Сергееву Ивану Александровичу, сообщал: «Почему именно на нас, священнослужителей Екатериненского собора (в то время я был настоятелем сего собора), возложена была обязанность совершать богослу¬жения в доме Ипатьева, я не знаю». [22]
Разводящий караула охраны «дома особого назначения» А.А.Якимов, между тем, показывал следователю Н.А.Соколову 7-11 мая 1919 г: «Первый раз послал меня Авдеев за священником и указал мне церковь, из которой требовался священник». [23]
То есть изначально выбор священников для службы (из какого они должны быть храма) осуществлял комендант. Почему он выбрал Екатерининский? Ведь напротив дома Ипатьева – Вознесенская церковь.
Большевики допускали, что какие-то группы могут пытаться освободить Царскую семью. Вознесенская церковь – крайне удобная база для этого. С её колокольни наверняка просматривался двор Ипатьевского особняка. Церковь – это уголок «старого» мира, и под её сводами легко найти сторонников монархии, готовых помочь освобождению Царя.
Настоятель Вознесенского храма о. Василий Львович Топорков – батюшка старорежимный, во священстве с 1884 г. Допускать в «дом особого назначения» людей из этой подозрительной соседней церкви, с точки зрения комиссаров, было опасно.
Другое дело Екатериненский собор. Находится недалеко, но и не рядом. Клир церкви с марта 1917 г известен, как приверженный идеалам свободы, освобождения народа от деспотизма (то бишь, самодержавия). Настоятель, священник Иоанн Сторожев – лидер церковных реформаторов, ещё год назад публично отмежевался от промонархической позиции епископа. Да и о. А. Меледина трудно заподозрить в симпатиях к царизму — в 1906 году за участие в кружке «Свободная Церковь» он был сослан из Екатеринбурга в Березовский завод. [119]
При коменданте Акимове звали служить того священника собора, который свободен. Якимов показывал: «Отыскивая священников, я обращался к церковному ста-росте, который стоял за свечным ящиком». Однако, последний раз, уже при Юровском, как он выразился: «Что-то такое непонятное для меня вышло и со священником».
«Это было в субботу 13 июля, позвал меня к себе Юровский и велел мне по¬звать „которого-нибудь священника”. Он меня сначала спросил, какие священни¬ки служат. Я ему назвал о. Меледина и о. Сторожева. Тогда он мне велел позвать которого-нибудь.
Тогда он, Меледин, жил поближе (Водочная 168), то я тогда же в субботу вечером его и позвал. Вечером же я и сказал Юровскому, что Меледина я позвал, назвав его по фамилии. Утром меня Юровский позвал и спросил снова: ка¬кого священника я позвал? Я сказал ему, что позвал о. Меледина.
Тогда Юровский меня спросил: „Это который живет на Водочной (ныне ул. Мамина-Сибиряка. – Ю.С.), где доктор Чренавин прожива¬ет?”. Я сказал, что именно так. (Доктор Чернавин С.Н. имел практику по адресу ул. Водочная 149. См. Профессиональный союз врачей г. Екатеринбурга. Список врачей членов союза, занимающихся частной практикой. Г. «Урал» №4 21 (8) ноября 1918 г/ -Ю.С.) Тогда Юровский меня послал к Меледину сказать ему, чтобы он не приходил: „Пойди и скажи Меледину, что обедницы не будет: от¬менена. А спросит, кто отменил, так скажи, что они сами отменили, а не я. Вместо Меледина позови Сторожева”.
Но я что же, пошел к Меледину и говорю: „Так и так, обедницы не будет”. Он меня спросил: „Почему?” Я сказал, как велел Юров¬ский, что они сами отменили. Тут же я пошел к Сторожеву и позвал его. Что это означало, что не захотел Юровский Меледина, а пожелал Сторожева, не знаю».
То же показал и о. Сторожев: «На мой вопрос: „Что угодно?” солдат ответил, что комендант меня „требует” в дом Ипатьева, чтобы служить обедницу. Я заметил, что ведь приглашен о. Меледин, на что явившийся солдат сказал: ,,Меледин отменен, за Вами прислано”.
Почему был «отменен» Меледин, а «прислано» за Сторожевым?
Рациональным могло быть такое объяснение: Юровский сделал нормальный «чекистский» ход. Меледин был в доме Ипатьева уже три раза и его могли использовать для передачи узникам какой-то информации, тем более он предупрежден о службе заранее. А мы его отменим…
Второе объяснение не такое рациональное, но почва под ним есть. Большевики, замыслив убийство Царской семьи, пытались показать содеянное в пристойном виде. Известно, например, что первое время после убийства распространялась версия, что расстрелян только Царь.
Юровский хотел показать общественности, что отношение к узникам со стороны власти (т.е. его, Юровского) вполне цивилизованное. Был у него при этом и личный интерес. Он знал, что скоро предстоит эвакуироваться, а в городе останется его мать, а также фотоателье, собственником которого являлся комендант ДОНа. Известно письмо Юровского к приятелю-врачу, в котором он просил позаботиться о них. Приличный имидж увеличивал шансы сохранить и жизнь матери, и имущество, после захвата города колчаковцами.
Отец Меледин фигурой был не публичной и для такой миссии не подходил. Другое дело священник Сторожев: лидер городского духовенства, интеллектуал с большим кругом знакомств. Юровский встречал о. Иоанна в Комитете общественной безопасности, слышал его речи, имел о нём представление. Сторожев тогда его мог и не запомнить – людей с семитской внешностью в КОБе было много. А священников только трое. После скандала с епископом Серафимом они были в центре внимания.
И Юровскому эта PR-акция удалась. Сторожев говорит о нем уже после того, как злодеяние вскрылось: «Юровский держал себя безо всякого вызова и вообще был корректен с нами». Комендант охотно говорил со священником на медицинские темы. Предлагал услуги: «Надо окно закрыть, чтобы не продуло». Сторожев: «Я поблагодарил, сказав, что все равно сейчас пойду на улицу». Юровский: «Можете переждать». Неожиданно Юровский продемонстрировал свою толерантность, если не более: «Ну вот, помолились и от сердца отлегло». Сторожев: « Сказаны были эти слова с такой, мне показалось, серьезностью, что я как-то растерялся от неожиданности и ответил: „Знаете, кто верит в Бога, тот действительно получает в молитве укрепление сил».
Юровский, продолжая быть серьезным, сказал мне: «Я никогда не отрицал влия¬ния религии и говорю это совершенно откровенно». Тогда и я, поддавшись той искренности, которая послышалась мне в его словах, сказал: «Я вам тоже откро¬венно отвечу — я очень рад, что вы здесь разрешаете молиться». Юровский на это довольно резко спросил: «А где же мы это запрещаем?». /…/ На прощание Юров¬ский подал мне руку, и мы расстались».
И комендант не ошибся. Протоиерей Сторожев передавал информацию об увиденном, в частности — епископу Григорию. И в памяти Преосвященного образ Юровского отложился ещё более выгодно.
«После окончания богослужения о. Сто¬рожев попросил у Юровского разрешения отдохнуть в его комнате. Тот позволил и был довольно любезен с о. Сторожевым: предлагал ему курить. И он, Юровский, когда они с о. Сторожевым были в его комнате после богослужения, перекрестил¬ся (он крещеный еврей) и сказал: «Ну, слава Богу, сердце на месте стало». [24]
XVI
Это линия Юровский – Сторожев. Теперь собственно о богослужениях в Ипатьевском доме.
Цитируем показания о. Иоанна: «Чередовались наши службы так: первое богослужение — светлую Заутреню — совершил вечером 21 апреля старого стиля о. Меледин».
Николай II записал в дневнике об этой службе: «По просьбе Боткина, к нам впустили священника и дьякона в 8 час. Они отслужили заутреню скоро и хорошо. Большое было утешение помолиться хоть в такой обстановке и услышать “Христос воскресе”. Украинцев, помощник коменданта, и солдаты караула присутствовали. После службы поужинали и легли рано».
Царица: «Священник и Дьякон пришли и служили заутреннюю — солдаты охраны тоже пришли».
Следующую службу совершал опять о. А. Меледин, но о. Иоанн путает очередность и пишет: «Третью службу (обедницу) совершил о. Меледин, но которого числа и месяца, не помню, кажется, это был день рождения одного из чле¬нов семьи Романовых».
Было это 6 мая (19 мая н.с.). Дневник Николая II: « Дожил до 50 лет, даже самому странно! Погода стояла чудная, как на заказ. В 11 1/2 тот же батюшка с диаконом отслужил молебен, что было очень хорошо».
Вообще, о. Сторожев должен бы запомнить дату 6 мая ещё раньше. Ведь к 6 Мая 1916 г — дню рождения Его Императорского Величества — он был награждён камилавкой.
Священник Сторожев: «20 мая старого стиля, когда прибыла из Тобольска вся семья Романо¬вых, служил я обедницу».
Дневник Николая II: «В 11 час. у нас была отслужена обедница; Алексей присутствовал, лежа в кровати».
О.Иоанн: «Четвертую службу (литургию) совершил в Троицын день о. Меледин». Троица была в тот год 10 июня(23 июня н.с.).
Николай II: «В 11 1/2 была отслужена настоящая обедня и вечерня». [70]
Александра Федоровна: «Устроили большое моление настоящей обедни и вечерней, первое массовое спустя 3 месяца — просто за столом со всеми нашими Образами и с множеством березовых скамеек — первый старый священник исполнял службу».
Протоиерей И.Сторожев: «Наконец, пятое богослужение (обедницу) 1/14 июля совершил я».
Александра Федоровна: «Имела радость от слушания обедницы — молодой священник отслужил во 2-й раз».[71]
Для Царской семьи богослужения это потребность. «Большое утешение», «было очень хорошо», «имела радость» — вот отражения в дневниках их внутреннего состояния после них.
На Вознесение служба не состоялась. Узники сокрушаются: « Напрасно ожидали прихода священника для совершения службы: все были заняты по церквам»; «Они сказали, что ни один священник не может прийти, когда такой великий праздник!!».
Богослужения для них не эстетическое наслаждение (не только оно), но духовное, молитвенное общение с Горним миром.
Это почувствовал о. Иоанн, поразился этому и отразил это в таком, казалось бы, неподходящем акте, как протокол допроса.
« Едва мы запе¬ли, как я услышал, что стоявшие позади нас члены семьи Романовых опустились на колени, и здесь вдруг ясно ощутил я то высокое духовное утешение, которое дает разделенная молитва.
Еще в большей степени дано было пережить это, когда в конце богослужения
я прочел молитву к Богоматери, где в высоко поэтических, трогательных словах
выражается мольба страждущего человека поддержать его среди скорбей, дать ему
силы достойно нести ниспосланный от Бога крест».
Для Сторожева было два образа Царских. Первый, это тот, который он штамповано, не проникаясь душой, славословил много лет: « Боговенчанный Род Царей Наших», «Державные Цари Наши», «Благочестивейший Наш Государь Император», «Державный вождь».
Второй образ сложился под воздействием масс-медиа: Распутин, царица-немка, материальная роскошь…
Теперь отцу Иоанну открылся облик подлинный – духовный и внешний.
«Никаких драгоценных украшений на Александре Федоровне, а равно и доче¬рях, я не заметил. Обращал внимание высокий рост Александры Федоровны, мане¬ра держаться, манера, которую нельзя иначе назвать, как „величественной” . Она сидела в кресле, но вставала (бодро и твердо) каждый раз, когда мы входили, уходили, а равно и когда по ходу богослужения я преподавал „Мир всем” , читал Евангелие или мы пели наиболее важные молитвословия».
«Николай Александрович произвел на меня впечатление своей твердой поход¬кой, своим спокойствием и особенно своей манерой пристально и твердо смотреть в глаза».
«Исключительная — я прямо скажу — почтительность к носимому мною священ-ному сану, с которой отдавали каждый раз поклон все члены семьи Романовых в ответ на мое молчаливое им приветствие при входе в зал и затем по окончании богослужения».
Свое состояние во время посещений узников о. Иоанн Сторожев определяет следующим образом: «Пользуюсь моментом, чтобы сделать общее замечание по поводу моих пока¬заний. Исключительные условия, при которых мне приходилось воспринимать всё в эти посещения дома Ипатьева, а с другой стороны, совершенно исключительные внутренние переживания за время нахождения там — естественно препятствовали мне быть только спокойным наблюдателем, со всею правильностью оценивающим и точно запоминающим все наблюдаемые явления и лица». [22]
Что чувствовал о. Иоанн, уходя из «дома особого назначения»? Не то ли чувствовал евангельский Петр, когда третий раз пропел петух? «И выйдя вон, плакал горько».
Серафим Сторожев писал: «Что произошло в доме Ипатьева, я не знал, а отец не вдавался в подробности, так как воспоминания причиняли ему душевную боль…». [15]
В семье Сторожевых жило такое предание: «Все время его отсутствия мама, стоя на коленях перед образами, тихо плакала и молила Бога сберечь отца. Поздно вечером он вернулся в целости и сохранности». [15]

Мария Сторожева

Мария Дмитриевна Сторожева

Духовные терзания священника, наверное, усилились, когда стало известно об убийстве узников, в том числе и детей.
Георгий Адамович, писал к 17 июля 1968 года, — к пятидесятилетию злодейской ночи: «Их убийство предстает именно как всенародный грех, а не как дело отдельных преступников». Ощущали этот грех в себе и переживали его — самые совестливые…
«Скажи мне, Господи, путь воньже пойду…».
XVII
25 июля 1918 года чехословацкие и русские части под командованием генерала
С. Н. Войцеховского вошли в Екатеринбург.
В истории Екатеринбурга было всего два момента освобождения. Это освобождение города белыми от красных в 1918 г и красными от белых, ровно через год. Не грех привести заметку в местной прессе о первом событии полностью.
«4 августа благодарное население Екатеринбурга чествовало своих освободителей от ига большевизма: чехо-словаков, казаков и прочие воинские части.

0_4ccf8_1d7fd48d_XLбританцы

Войска антибольшевисткой коалиции на Кафедральной площади

В Кафедральном соборе, было совершено Григорием, епископом Екатеринбургским, торжественное богослужение, во время которого на площадь перед собором начали подходить и устанавливаться войсковые части: чехо-словацкий полк, башкирский полк, казачий полк, офицерская рота, добровольцы и артиллерия. Все подходящие части устанавливаются по всей площади для предстоящего парада. Напротив входа в собор у специально воздвигнутой трибуны начали собираться общественные деятели, располагались организации, пожелавшие почтить освободителей, знамена бело-красные, бело-голубые, бело-зеленые и др. с приветственными и благодарственными надписями и лозунгом «Да здравствует Учредительное собрание!», зареяли перед многочисленной толпой, заполнившей всю площадь.
Около 12 часов дня начальник гарнизона полковник Шерехонский с командирами частей обходит ряды войск и здоровается с ними. Из церкви с хоругвями и иконами выходит духовенство во главе с епископом Григорием и располагается вблизи собора.
После речи, произнесенной свящ. Сторожевым, преосвященный Григорий, соборне с духовенством совершает торжественное молебствование, после которого происходит передача знамен от города чехо-словацкому полку, степному казачьему полку и башкирскому пехотному полку.
С трибуны войска приветствуют представители учреждений, организаций, служащих и рабочих. Каждое приветствие встречается громогласным «ура».
Войска церемониальным маршем проходят по площади мимо генералитета, представителей держав и делегаций.
Неумолчное «ура», махание шапками, платками, бросание цветов встречают проходящие части.
На улицах города весь день праздничное настроение. Везде развиваются флаги и транспаранты». [69]
Получается, что протоиерей Сторожев приветствовал воинство от имени города, ни больше, ни меньше.
В этом же номере епархиальной газеты в рубрике «Новое назначение» сообщается, что настоятель Екатерининского собора протоиерей И.В.Сторожев определен благочинным военного духовенства «всех полковых частей Уральской области». На должности настоятеля собора он числился до 13 сентября ст. ст., находясь в отпуске.
Впрочем, давая показания следователю Сергееву 8 -10 октября 1918 г по делу о гибели семьи Романовых о. Иоанн собственноручно пишет: «Я — протоиерей Иоанн Владимирович Сторожев,40 лет, нахожусь на службе в действующей армии в должности благочинного 7-й Уральской дивизии горных стрелков», — тем самым уточняет место служения.
Эта дивизия начала формироваться в августе 1918 г. В феврале 1919 г она вошла в состав 3-го Уральского корпуса горных стрелков генерала М.В. Ханжина.
К весне 1919 г стало понятно, что военная удача отвернулась от Добровольческой армии. 15 июля пал Екатеринбург. Вместе с армией отступала на восток и семья Сторожевых. Вот их фамильное предание о том времени. Как будто речь идёт о Екатеринбурге.
«В смутное время папа был назначен военным священником и в помощь ему были приписаны два солдата. До сих пор в своих молитвах я поминаю их имена — Фома и Прохор. Они вывезли нашу семью из России. Отец отказывался покидать родину, но Прохор хорошо был осведомлен о том, что происходило в городе, и, уловив момент, когда папа пошел служить в собор, приказал маме уложить необходимые вещи в чемоданы и сказал, что отвезет нас на вокзал, так как последний поезд с эвакуирующимися семьями уходит вечером.
Мама сопротивлялась, но Прохору удалось ее убедить, что она встретит папу на вокзале. Между тем эти сердобольные крестьяне в военной форме сговорились между собой, как увезти отца, находящегося в соборе. Согласно их плану Фома должен был поехать в собор под предлогом того, что раненый офицер просит священника прийти в вагон на вокзале. Отец с Фомой прибыли на вокзал за несколько минут до отхода поезда. Чтобы оттянуть время, Фома водил папу к каждой теплушке в поисках «раненого офицера», он сам не знал, в каком вагоне находились мы с Прохором. Но, наконец, все встретились с большим волнением».[15]
Видимо Сторожевы не сразу отправились на Дальний Восток, а передвигались вместе с войсками. Крах Уральской дивизии наступил в конце 1919 г. Она отступала в направлении города Щегловска (ныне Кемерово). На полки была возложена задача прикрытия отхода основных частей в Щегловскую тайгу. Двадцать пятого декабря под дер. Дмитриевкой в ходе 7-ми часового боя дивизия погибла почти полностью. Её остатки сдались красным 2 января 1920 г. у дер. Алтатской. [13]
Дальнейший путь Сторожевых – по КВЖД во Владивосток. Но получилось иначе. Вот как излагает сюжет Серафим Иванович Сторожев. Сам он в то время был мал и пересказывает, скорее всего, слова матери.
«Когда эшелон уже приближался к китайской границе, поступили сведения, что какой-то пограничный город на нашем пути захвачен большевиками и они не пропустят наш поезд, в котором было около 370 юнкеров, полдюжины «господ офицеров», генералов и несколько семейств. Все эти отважные «господа генералы», обвешанные медалями (не знаю, за что?), собрались на совещание — что делать? Так как эти «командиры» боялись за свою шкуру, попросили отца обратиться к бунтовщикам со словом. Когда остановился поезд, папа вышел, надев епитрахиль и держа в руках образ Нерукотворного Спаса. Встав на какое-то возвышение, обратился к толпе (мне тогда было девять лет от роду).
Прослушав его проповедь, бунтовщики стали расходиться. В это время какой-то пьяный воскликнул: «Да ну, чего слушать этого попа!» — и когда папа, подняв образ над головой, стал благословлять толпу, в тот момент, когда образ находился на уровне его лица, раздался выстрел. Пуля попала в лоб изображения Христа, благодаря чему отец остался жив.
Эшелон благополучно доехал до Харбина. В Харбине мой брат Дмитрий захворал гнойным плевритом, и находящийся при этом поезде врач Владимир Алексеевич Казем-Бэк увез его в городскую больницу, так как требовалось сделать немедленную операцию. Наша семья осталась на время в Харбине, пока брат не поправится. Главным врачом в этом госпитале был доктор Егоров, который оказался соучеником доктора Казем-Бэка. Он вместе с В.А.Казем-Бэком уговорил отца обосноваться в Харбине». [15]

XVIII

Временный приют семья нашла в доме доктора Егорова. В сентябре 1920 г о. Иоанн определён настоятелем Харбинского Софийского собора.

4.1915harbinoldsofia

Софийский собор, Харбин

В 1923 году началась перестройка этого храма, которая продолжалась 9 лет. Возможно, по этой причине протоиерей Сторожев переведён с февраля 1923 года настоятелем Алексеевского храма при Коммерческих училищах КВЖД. Здесь же, а также в Новой смешанной гимназии, он исполняет должность законоучителя.
Свято-Алексеевская церковь была домовой, размещалась в зале Женского Корпуса Коммерческого училища. В этой церкви были иконы замечательного письма. В 1910 году коммерции советник И.Ф. Чистяков пожертвовал для храма образа — копии Васнецова работы Императорской Академии Художеств. В 1913 году им же пожертвованы набор колоколов.
В октябре 1924 году китайское правительство передало КВЖД Советской России. Таким образом под советскую юрисдикцию попали и 4 средних учебных заведения, в том числе и Харбинское коммерческое училище. Вскоре после этого преподавание Закона Божия в них было отменено.
Выселена была из Коммерческого училища и церковь. «Через несколько лет (дат не помню) «товарищи» заключили договор с китайскими властями на общее управление КВЖД, заняли учебные учреждения, как Политехникум, так и Коммерческое училище, и безо всякого предупреждения вынесли церковную утварь на улицу. Какой-то господин, проезжая мимо, заметил это и немедля сообщил отцу. Папа помчался на извозчике туда и с помощью диакона Коростелева и еще кого-то перенес все в Касаткинские ряды Зеленого базара, где позднее он основал храм», писал Серафим Сторожев. [15]
Св. Алексеевская церковь перенесена в Торговые ряды Косаткина на Зелёном базаре в 1925 году и стала существовать как приходская. [88]

1931pg13stalexygreenbazaarsm

Купол церкви на Зеленом базаре, Харбин

Усилиями о. Иоанна при Алексеевской церкви в октябре 1925 г. была открыта школа для детей бедняков района церкви на 70 учащихся. Детей не только бесплатно учили, но и кормили, а наиболее нуждающимся выделяли одежду. Источником средств на содержание школы являлись церковные суммы, частная благотворительность и субсидия городского самоуправления. [87]

Определением Архирейского Собора РПЦЗ от 29 мая/ 11 июня 1925 г о. Иоанну было преподано благословение Синода с выдачей установленной грамоты за ревностное исполнение обязанностей пастыря в своем приходе. [122]

Другим Определением (Синода РПЦЗ от 14/27 мая 1926 г) он утвержден кандидатом в члены Харбинского Епархиального Совета. [123] От того же числа-года и Определение о ещё одном благословении Синода с выдачей грамоты. [124]
А.И.Перов, знавший младших Сторожевых (детей о.Иоанна и матушки Марии), по их воспоминаниям сообщает: «Как бы тяжело ни жилось, «трагедий» не делалось, нужда не давила, люди умели сохранять своё достоинство. Все, что делалось, было лишено какой бы то ни было аффектации, сопровождалось скромностью и «тихостью» в духе героев А.П. Чехова. Как писал Свен (Серафим Сторожев.- Ю.С.): «Мой отец в жизни избегал всяких наград, как церковных, так и светских» Когда епископ Мелетий хотел наградить его «наперсным золотым крестом», то папа ограничился только «грамотой» (или как там называют это?!).
В семье о И.В.Сторожеве, после его ранней кончины, говорили редко. При жизни он был строг со своими детьми, очень жизнерадостным, но «нервным». А потому любил, чтобы по вечерам дочь расчёсывала ему голову или же массировала тыл кистей рук, после чего он хорошо засыпал. Все внешние атрибуты жизни не были главными: кухня и быт в доме были доведены до уровня хорошего любительства». [84]
К сожалению, мы мало что знаем об окружение семьи Сторожевых в Екатеринбурге. Но известно, что в Харбине их близкими были «митрополит Нестор, протодиакон С. Коростылев, врач В. Казем-¬Бек, чета Ердяковых и др». [84]
Даже беглое знакомство с их биографиями приводит к выводу, что это люди неординарные, яркие, — подвижники.
Епископ Нестор (9 ноября 1885, Вятка — 4 ноября 1962, Москва), с 22-х лет в монашестве. В 1907—1909 годы проповедовал христианство камчадалам в Гижигинском уезде на Камчатке. Организатор Камчатского православного братства под официальным покровительством цесаревича Алексея Николаевича. В 1910—1917 годы на средства братства на Камчатке были построены десятки учреждений: церкви, часовни, школы, приюты, больницы, лепрозорий и амбулатории.
Изучил корякский и, отчасти, тунгусский языки, перевёл на корякский язык Божественную литургию, частично Евангелие, составил словарь и разговорные вопросы и ответы. На тунгусский язык перевёл молитву Господню «Отче наш», заповеди Моисея и заповеди Блаженства. Многие называли его «Апостолом Камчатки».В 1913 году возведён в сан игумена.
В 1914—1915 годы находился на фронте Первой мировой войны в качестве священника лейб-гвардии Драгунского полка, организовал санитарный отряд «Первая помощь под огнем врага». Руководил отрядом на передовых позициях, сам вместе с отрядом оказывал помощь раненым, выносил их из огня, перевязывал, напутствовал и направлял в госпитали и лазареты. Во время одного из боёв участвовал в наступлении с крестом в руке под сильным огнём противника. Был награждён наперсным крестом на Георгиевской ленте, орденами св. Владимира III степени с мечами, св. Анны II и III степеней с мечами. С 1915 года — архимандрит, был отозван с фронта и продолжил свою миссию на Камчатке.
В августе 1916 года император Николай II утвердил доклад Святейшего Синода об учреждении кафедры викарного епископа в Камчатской области и назначении архимандрита Нестора епископом Петропавловским, викарием Владивостокской епархии.
В 1917—1918 годах участвовал в работе Поместного собора Русской православной церкви. Во время боёв в Москве между большевиками и юнкерами оказывал помощь раненым на московских улицах.
В феврале 1918 г две недели находился в Таганской тюрьме. Освобожден по требованию Собора.
В 1918 году покинул Москву, присоединился к белому движению. Летом 1919 года прибыл в Омск, где неоднократно заявлял в интервью сибирским газетам о переданном им Верховному Правителю России адмиралу А. В. Колчаку и православным жителям Сибири «благословение Патриарха Тихона с призывом объединяться против большевиков».
В 1920 году эмигрировал в Китай, стал одним из видных деятелей русской эмиграции в Маньчжурии. В Харбине встречал тела алапаевских мучеников, вывозимых из России в Пекин. В 1921 году создал Камчатское подворье в Харбине, где организовал Дом милосердия и трудолюбия. В 1922 году ненадолго вернулся во Владивосток, участвовал в работе Приамурского Земского собора, но вскоре был вновь вынужден эмигрировать.
Основал приюты для детей сирот русской и китайской национальностей, приют для старцев-хроников, слепых и больных калек, приют для юношей-наркоманов, приют глухонемых, дом для душевнобольных, школы, в которых учили различным прикладным искусствам: живописи-иконописи, рукоделия, шитья и кройки, ремесел: столярных, ткацких, сапожной мастерской; бесплатные столовые для бедноты, бесплатную амбулаторию, зубоврачебный кабинет в Доме милосердия.
Епископ Нестор глубоко почитал память последнего Российского Царя. Был инициатором строительства в Харбине в 1936 году Часовни-памятника Императору Николаю II и югославскому королю Александру I. [121]
Протодиакон Симеон Никитич Коростелев (+ 1978), родом из Москвы. Эмигрировал в Харбин. В сане диакона с 1925 года. В 1925–1928 годах служил в Алексеевской церкви на Зеленом базаре, где настоятелем по 1927 г был о. Иоанн Сторожев. [111]
Симеон Никитич был обладателем замечательного тенора, лучшего в харбинских церквах. Красивый, утонченный. Барышни спрашивали друг у друга: «Сегодня пойдешь в церковь? Нынче Сенечка служит». [14]

слева Коростылев

Епископ Нестор и (слева) протодиакон Коростылев

В.А. Казем-Бек (Казань, 27.02.1892 – Харбин 04.08.1931) окончил медицинский факультет Императорского Казанского Университета. В 1914 – 1920 гг служил медиком в действующей армии, в военном госпитале Казани, врачом при Академии Генерального Штаба, вместе с которой прибыл в 1920 г в Харбин.
В Харбине он получил известность, как талантливый хирург и гуманный врач, отличавшийся бескорыстием и отзывчивостью. Через три года пребывания в этом городе он имел огромную практику, при этом значительную часть больных лечил бесплатно.
Доктор Казем-Бек освоил фониатрию и снискал популярность у артистов, получая за помощь высокие гонорары. Умер от дифтерии, заразившись от девочки, которую ему удалось спасти. Его могила была всегда усыпана цветами, хотя родственников в Харбине у него не осталось. Именем В.А. Казем-Бека назвались в городе две благотворительных больницы. [11]

Казим Бек

В.А. Казем-Бек

Про Ердяковых известно меньше. О. Г. Ердякова была солисткой Харбинского Симфонического Оркестра, имела хороший тенор. [113]
Был известен в городе и видный юрист Ердяков, видимо, муж О.Г. На митинге четвертого сентября 1945 в честь встречи харбинцами советских войск, он приветствовал армию от имени интеллигенции города. [73] Известно о Д.В.Ердякове, помощнике старосты церкви на Зеленом базаре, в которой служил о. Иоанн.
Конечно, дружили Сторожевы с семьёй протоиерея Николая Варсанофьевича Пономарёва (с. Лялинское Пермской губ. 29.06.1888 – Сан-Франциско, США 30.12.1985), выходце из Екатеринбургской епархии. Два сына о. Иоанна (Владимир и Серафим) женились на дочерях о. Н.Пономарёва – Ангелине и Милице.
Отец Николай из семьи потомственных священнослужителей. В 1911 году окончил ПДС, женился на Евдокии Михайловне Блиновской и был рукоположен в сан священника с определением настоятелем Духосошественской церкви Кыштымского завода. В 1915 году он был переведен настоятелем 3-х штатного прихода Св. Троицкой церкви в селе Мехонское Шадринского уезда.
Оставаясь настоятелем церкви, о. Николай в 1917 году получил от епархиальных властей отпуск для поступления на медицинский факультет Пермского университета и обучался в нем до июня 1919 года. Затем – эвакуация в Омск.
11 августа 1919 года приказом главного священника Армии и Флота о. Николай 6ыл назначен полковым священником в пятый 3абайкальский казачий полк. С эвакуацией белых войск из Сибири в Маньчжурию и Приморье, о. Николай оказался в Хapбине и поступил на службу в Учебный отдел Китайской восточной железной дороги с назначением на должность законоучи¬теля в железнодорожное высшее начальное училище на станцию Цицикар с 1 сентя6ря 1921 года, и одновременно с этим назначе¬нием, указом Харбинского епархиального совета, он был приписан к св. Петропавловской церкви на той же станции.

Пономарев Н.В.

Священник Н.В.Пономарев
В 1922 году он был утвержден в должности штатного законоучителя Цицикарской общественной гимназии, а в 1926 году был назначен преподавате¬лем логики и психологии. в той же гимназии и преподавателем гигиены в железнодорожном высшем начальном училище. Со времени приезда на станцию Цицикар и до его назначения в Хар6ин, о. Николай состоял духовником и старшим Другом цицикарской дружины рус¬ских скаутов.
После перехода управления китайской восточной железной дороги в конце 1924 года в руки Советской власти, о. Николай был переведен в Хар6ин с назначением законоучителем в частную гимназию М. А. Оксаковской и преподавателем психологии в Первом Харбинском реальном училище.
Вскоре по прибытии в Харбин, он был приписан к Cв. Николаевскому кафедральному собору. В 1926-м году о. Николай полу¬чил назначение законоучителя в Ломоносовскую гимназию. [75]
На коллективном фото 1927 г оо. Иоанн и Николай стоят рядом.
Благодаря сохранившейся анкете, собственноручно заполненной о. Николаем Пономарёвым в 1935 г, мы знаем о его политических убеждениях – монархист. Более того, в это время он состоял в политической партии монархистов-легитимистов.
Ещё один харбинский екатеринбуржец, с которым о. Иоанн был хорошо знаком по Уралу, протоиерей Аристарх Рафаилович Пономарёв (Богословский завод,. 15.04.(ст. стиля) 1881 — Ганьи, Франция 21.07.1967). Тогда, при епископе Митрофане, они совместно участвовали в различных художественных духовно-просветительских акциях.
За плечами о. Аристарха– голодное детство, несытое ученичество, бедные приходы, Гражданская война, горечь поражения, годы изгнания…
Однако он оставался непреклонным защитником канонов РПЦ и монархистом. «Православный монархист», пишет он в 1935 г, отвечая на вопросы Бюро русских эмигрантов в Маньчжурии.
Отец Аристарх к середине 20-х имел биографию, которой хватила бы на нескольких. А ему оставалось жизни ещё лет 40, не менее ярких.
Когда умер отец Аристарха — псаломщик, на руках матери осталось пятеро детей, причём старшему ребёнку было… 5 лет. Однако слабый росток тянулся к свету…
Екатеринбургское духовное училище, Пермская семинария, год обучения в Томском университете на медицинском факультете. Затем служба псаломщиком, сельским священником, священником Походной церкви Верхотурского уезда.
Далее — служение в Екатеринбургских храмах (Екатерининском и Кафедральном), публикация своих проповедей и стихов в епархиальной прессе, выступления с духовными лекциями и концертами. В 1914 г о. Аристарх прошёл за три недели пешком с паломниками путь от Екатеринбурга до Верхотурья, написал об этом книжку.
В 1915 г он становится военным священником – церкви штаба Владивостокской крепости. В 1917-18 гг отец Аристарх член Всероссийского Церковного Собора. Его выступления не затерялись среди речей маститых архиереев и профессоров.
Возвращаясь с Собора в сентябре 1918 г, попадает на Урале в зону боевых действий. Сразу после отхода красных участвует в отпевании убиенных большевиками священников Верхне-Салдинской церкви.
В 1922 г он член Всеамурского Земского Собора, приводит его к присяге. Этот Собор проходил под лозунгом восстановления монархии и сделал предложение Дому Романовых возглавить «национальную Государственность Приамурья».
В конце 1922 г –эвакуация «с последним эшелоном» из Владивостока в Харбин, где он служит в Никольском соборе, затем — епархиальным миссионером, ректором семинарии… [106]

Пономарев А.Р.

Священник А.Р.Пономарев
Достаточно подробно характеризуя ближнее окружение семьи Сторожевых, мы стараемся установить объединяющее общее. Прежде всего, для выяснения мировоззрения самого о. Иоанна, в жизни которого был заметный либеральный период, а затем – разделённая с молитва с Царской Семьёй, уже приговоренной к смерти. Были и ужасы гражданской смуты, горечь поражения…
Все, включая священника Сторожева, (говорим о тех, чья биография раскрыта) добровольно и осознанно вошли в белое движение. И не просто морально поддерживая его, но войдя в действующую армию в качестве полковых священников или врачей (Казем-Бек). Большинство открыто и уверено заявляли себя монархистами.
Есть основания полагать, что и о. Иоанн, пережив потрясения, был близок к убеждениям товарищей. Эти основания преумножаются, когда знакомишься со сведениями жены Сторожева, Марии Дмитриевны, собственноручно предоставленными ей БРЭМ (Бюро русских эмигрантов в Манчжурии) в 1940 г.
Матушка безропотно следовала за мужем-священником, занимаясь домашним хозяйством и воспитанием детей. В 48 лет оставшись вдовой, жила на иждивении сына Владимира, «инспектора железнодорожного института».
На вопрос о политических убеждениях Мария Дмитриевна уверено пишет: «монархистка». [19]

л. 5 фото

М.Д.Сторожева, 1940 г
Духовно окормлялся у протоиерея И.В. Сторожева Алферьев Евгений Евлампиевич (2.10.1908—2.03.1986), в последующем — церковный историк, церковно-общественный деятель. В Харбине он обучался в классической гимназии.
То, что позднее проросло, а это сочинения Алферьева: Император Николай II как человек сильной воли. Материалы для составления Жития Св. Благочестивейшего Царя-Мученика Николая, Великого страстотерпца. Джорданвилль. 1983; Письма святых Царственных Мучеников из заточения / Под ред. Е. Е. Алферьева. Спасо-Преображенский Валаамский монастырь. СПб. 1998, — вероятно, было посеяно о. Иоанном. [108]

5.Харбин 1927

Съезд духовенства Харбинской епархии, февраль (!) 1927 г. Священник И. Сторожев на снимке обозначен кружком.
XIX
Иван Владимирович Сторожев скончался в ночь на 5 февраля 1927 года — от повторного кровоизлияния в мозг. Ему шел 49-й год.
Протоиерей Аристарх Пономарев написал стихотворение:
На смерть друга отца Иоанна Сторожева
Конец пришел его исканьям.
Среди нависшей тьмы ночной
С последним смертным воздыханьем
Ушел от нас он в мир иной.
Не стало пастыря Христова.
Златословесная свирель
Не возвестит нам больше слова,
Не вразумит, не скажет: «Верь!»
Конец пришел его страданьям…
Среди нависшей мрачной тьмы
С последним долгим воздыханьем
Во Свет вошел он, верим мы.
Обращают на себя внимание неслучайные строки «Конец пришел его исканьям (страданьям)». Очевидно, о. Аристарх подчеркивал характерную особенность личности покойного.
Что ж, исканья, сомненья, увлечения, ошибки, страданья присущи большинству творческих, незаурядных людей.
Ровно через два месяца после смерти отца умер в возрасте 19 лет от острой инфекции его сын Дмитрий. Ему от матери достался талант живописца. Говорят, что его одаренность высоко оценил известный американский художник Рокуэлл Кент (Rockwell Kent, 1882—1971), приглашал на стажировку в Америку, что не удалось осуществить из—за внезапней кончины.

Дмитрий Сторожев

Дмитрий Сторожев

У старшего сына о. Иоанна – Владимира Ивановича (1907¬-1992), был талант другого рода. В 1940 г, как писала матушка Мария, он служил инспектором в «Железнодорожном институте». На самом деле этот ВУЗ такого названия не носил, а назывался Технологическим, затем – Политехническим. Жил Владимир тогда с семьёй и матерью в Харбине, в Новом городе, по улице Соборной (д.26 кв.6). Жена, как писалось выше, тоже с Урала, Ангелина Николаевна, священническая дочь, урожденная Пономарева ». [84]
Перов А.И. писал о Владимире Сторожеве: «Образование получил в Харбине, Японии и США. В совершенстве владел тремя языками (японским, китайским и английским). С 1946 года работал в секретариате ООН в должности старшего переводчика и редактора переведенных текстов с английского, китайского и английского языков на русский; синхронно переводил с китайского на русский, консультировал в связи с переводом с японского на английский, имел значительное число публикаций в учебниках, преподавал японский язык. Работал переводчиком на Всемирной выставке в Токио в 1972г.
Имел большой авторитет как специалист тонкого знания и владения иностранными языками. Большую часть жизни прожил в США, скончался в возрасте 85 лет, похоронен на русском кладбище Сан Франциско. Дом его находился в Новато, что в 65 км от Сан-Франциско: одноэтажный дом из нескольких комнат, гараж, садик во дворе, цветы. Ничего престижного в обстановке, преобладали вещи из прошлого, привезенные из Китая и Японии. В семье хранились вещи, принадлежавшие о. Иоанну, в частности, Евангелие, календарь за 1927 год, дневниковые записи, носильные вещи». [84]
Между тем, Владимиром Ивановичем очень интересовалось МГБ СССР. Его имя всплывало во время допросов на Любянке в 1948 г митрополита Нестора – в протоколах фигурировали «дочь, протоиерея Пономарева из Сунгарийского городка, «имени не знаю», и ее муж Сторожев – которые в то время жили в Токио». [64]
Логично предположить, что знание Владимиром Сторожевым японского языка как-то использовалось Страной Восходящего Солнца, что вряд ли могло понравиться Стране Советов…

Владимир Сторожев

Владимир Сторожев

Владимир

Младший сын И.В.Сторожева — Серафим Иванович (1912-¬2001 гг.), «Свен», как его звали в семье и друзья, окончил гимназию в Харбине. В 1940 г он уже жил в Шанхае, где женился на Милице Николаевне Пономаревой.
«Накопив денег, супруги переехали в 1942 году в США. Свен занимался спортом и был физически крепок, в совершенстве владел специальностью плотника, а кроме того, хорошо рисовал (в основном акварели со сценами из русской жизни), учился игре на виолончели. В гopаx под Сан¬Франциско стал строить коттеджи для туристов, а жена готовила постояльцам обеды. Заработав таким образом, они смогли пожить в Коста¬ Рике, на Гавайских островах и закончили свои дни в маленьком городке Леси штата Вашингтон, Своих детей у них не было, зато крестников — более десятка человек.
Они — Свен и Мила (Милица) — очень подходили друг к другу, были хорошей любящей парой. Мила умерла от тяжелой болезни легких. Ей было 75 лет. Свен после этого прожил в полном одиночестве еще девять лет, практически ничем, кроме глаз, не болел. Кончина его была внезапной, по-¬видимому, от остановки сердца. Свена отличали необыкновенная доброта, желание помочь людям, отзывчивость и высокое чувство самоотверженности. Имея трудный характер, его чертами, однако, были жизнелюбие и неиссякаемое чувство юмора». ». [84]

26b20b57-68e6-4469-993d-584594821306свен

Серафим (Свен) Сторожев

Свен

Младший ребёнок в семье – дочь Елизавета (1915-1996), вернулась в СССР. В Харбине она окончила курсы медсестёр и с 17 лет подрабатывала ночными дежурствами, помогая семье, оставшейся без главы, выжить.
Замуж вышла за инженера-строителя Перхурова Михаила Владимировича (умер в 1997 году). 1 марта 1939 года в их семье родился сын – Константин.
«Она хорошо владела машинописью, работала в должности секретаря руководителей ряда учреждений, была декоратором продовольственных магазинов. Играла на пианино, прекрасно вязала, талантливо выступала в театральных постановках (пьесы А. Островского, Н. Гоголя, Л. Толстого, К. Симонова), и концертах с чтением басен С. Михалкова и др. Занималась в молодости легкоатлетическим бегом, одно время была чемпионкой Харбина в спринте, каталась на коньках. Прекрасно танцевала на молодежных вечерах, любила вальсировать со своим старшим братом. Активно занималась общественной деятельностью, была членом Правления Общества граждан СССР (ОГС) в г. Дальнем. Воссоединение со своей Родиной всегда оставалось ее мечтой. Дети Елизаветы Ивановны с 1945 года обучались в советской школе и носили алые галстуки.
В напряженных жизненных ситуациях, брала ответственность за семью на себя, проявляя высокую самоотверженность, завидное терпение и большое мужество. Заставила себя бросить курить — привычку от ночных дежурств у постели больных, которую испытывала больше 50 лет жизни. Перенеся многие заболевания (скарлатина в детстве, смертельно опасную форму брюшного тифа в 30¬летнем возрасте, острый калькулезный холецистит операцию почти в 70¬летнем возрасте), она сумела сохранить удивительное жизнелюбие и веселость, моложавость характера. Даже в компании сверстников своих детей, Елизавета Ивановна всегда оставалась, что называется, «душой общества». Она служила связующей нитью в жизни людей разных мест обитания — харбинцев, дальненцев, самарцев, москвичей. Живое вокруг неё становилось более живым, возвышенным и красивым. На цветы, выглядывавших из окон её квартиры, останавливаясь на улице засматривались люди. Человеческая красота и женственность (она умела следить за собой) получили в ней яркое развитие.
Довольствуясь малым, лишенная чувства стяжательства, она служила образцом порядочности» Люди тянулись к ней, чувствуя её доброту, соучастие, шли за советом к человеку, который умел возбудить совестливость. Самыми тяжелыми для неё испытаниями было проявление в людях бездушия и грубости, дисгармонии и антиэстетизма. Никого не обременяя собой в жизни, она и в последние месяцы смертельной болезни мужественно переносила страдания. Рожденнie на третий день Праздника Рождества Христова, Елизаветы Ивановны не стало в солнечное Вербное воскресенье 1996 года нарождающейся весны и надежды. Как будто прощаясь, она пожелала всем светлой жизни и новых чувств. Она была земным человеком, и рука Всевышнего бережно провела её сквозь долгие восемь десятилетий непростой жизни, трудовой и для самой неё состоявшейся не в полной мере». [84]
В СССР они жили в Самаре. Сын, Константин Михайлович Перхуров, около 50 лет проработал преподавателем на кафедре анатомии человека Самарского мединститута, пользовался уважением студентов. Перхуровы – дворянская фамилия и Константин Михайлович с 90-х годов являлся вице-предводителем Самарского городского Дворянского Собрания и членом редколлегии Ведомостей Самарского губернского Дворянского Собрания и Самарского Монархического Центра. А его сын — Павел Константинович — пенсионер МВД, работал в отделе собственной безопасности УВД. [114]
А матушка Мария Дмитриевна отошла к Господу в 1942 г. Скончалась на 63-м году жизни от тяжелой болезни печени и была похоронена рядом с мужем и сыном Дмитрием на Новом кладбище Харбина.
Одна из харбинских газет откликнулась на это событие некрологом «Кончина М.Д.Сторожевой». «В субботу вечером скончалась на своей квартире М.Д.Сторожева — вдова широко известного в Харбине протоиерея И.Сторожева, умершего в 1927 г.
Её свела в могилу на 63-м году жизни тяжёлая болезнь печени. Заболела она уже давно, а несколько месяцев тому назад слегла в постель.
Все принимаемые меры были тщетны и в 7. 30 вечера в субботу наступил роковой конец. Покойная чувствовала приближение смерти и приготовилась к ней как истинная христианка, исповедавшись и причастившись».
Поскольку некролог в архиве зарегистрирован 23 февраля 1942 г, то вероятно матушка представилась в субботу 21 февраля. Отпевание производилось в Николаевском соборе Харбина.
«Последние годы покойная жила у замужней дочери. Отличаясь большой добротой и отзывчивостью, глубоко религиозная, покойная отличалась искренней любовью всех знавших её, и известие о кончине М.Д. было встречено с чувством глубокого сожаления». [20]
Марию Дмитриевну похоронили в Харбине на Новом кладбище, рядом с мужем и сыном.
***
На могиле о. Иоанну был установлен обычный, как вспоминал Серафим Сторожев, «квадратный памятник». На одну из сторон прихожане прикрепили мраморную плиту с надписью (перефразирующей пушкинскую цитату): «Глаголом жёг сердца людей».
Но, через прошедшие годы видится, что главной миссией священника Сторожева было то моление 14 июля 1918 г, разделённое с Семьёй Царственных страстотерпцев; то, переданное миру, свидетельство их духовного состояния.

Источники:
1.Адрес-календарь Нижегородской губернии на 1873 год:- Н-Н, Нижегородская Губернская Типография, 1873;
2.Адрес-календарь Нижегородской губернии на 1875 год:- Н-Н, Нижегородская Губернская Типография, 1875;
3.Адрес-календарь Нижегородской губернии на 1883 год:- Н-Н, Типография Губернского Правления, 1883;
4.Адрес-календарь Нижегородской губернии на 1885 год:- Н-Н, Типография Губернского Правления, 1885;
5.Адрес календарь и справочная книжка Пермской губернии 1910 год:- Пермь, Типо-Литография Губернского Правления, 1910;
6.Адрес календарь и справочная книжка Пермской губернии на 1911 год:- Пермь, Типо-Литография Губернского Правления, 1911;
7.Адрес календарь и справочная книжка Пермской губернии на 1912 год:- Пермь, Типо-Литография Губернского Правления, 1912;
8.Адрес-календарь и справочная книжка Пермской губернии на 1915 год;
9.Адрес-календарь и справочная книжка Пермской губернии на 1917 год;
10.Аничков В.П. Екатеринбург — Владивосток (1917-1922): Русский путь; 1998;
11.Бородулин В.И., Ратманов П.Э. Традиция «святого доктора» Гааза в отечественной клинике: А.Н. Казем-Бек и В.А. Казем-Бек (Казань — Харбин). Проблемы соцгигиены N 3/2011;
12.Буткин Николай, протоиерей. Виноградари. Сеятель (роман). Неопубликованная рукопись. Отдельные главы предоставлены автору С.Г.Буткиной;
13.Веремеев Ю.Г. 7-я Уральская дивизия горных стрелков http://army.armor.kiev.ua/hist/7-ural-div.php;
14.Воздух детства — воздух веры// Журнал»Православие и современность» №9(25) 2008 г;
15.Воспоминания младшего сына отца Иоанна Сторожева //Почта:- Московский журнал №4, апрель 1999;
16.ГАНГО№2 ф.33 оп.2 д.38;
17.ГАНГО№2 ф.33 оп.2 д.124;
18.ГАХК Ф.Р-830. Оп. 3. Д. 45474 л.1;
19.ГАХК Ф.Р-830. Оп. 3. Д. 45474 л.1 об. ;
20.ГАХК ф.Р-830. Оп. 3. Д. 45474. Л.4;
21.Галай Ю. Г. Книжный Нижний. Нижний Новгород: «Книги», 2007. С.270-284;
22.Гибель Царской семьи. Материалы следствия по делу об убийстве Царской семьи (Август 1918 — февраль 1920) //Составитель Николай Росс:- Роssеѵ-Ѵегlаg, V. G оrасhек КG , 1987 Документ№60;
23.Гибель Царской семьи. Материалы следствия по делу об убийстве Царской семьи (Август 1918 — февраль 1920) //Составитель Николай Росс:- Роssеѵ-Ѵегlаg, V. G оrасhек КG , 1987 Документ№199;
24.Гибель Царской семьи. Материалы следствия по делу об убийстве Царской семьи (Август 1918 — февраль 1920) //Составитель Николай Росс:- Роssеѵ-Ѵегlаg, V. G оrасhек КG , 1987 Документ№225;
25.Горьковские места в Арзамасе http://arzamas-rajon.ru/gorkovskie-mesta.html;
26.Горохов Ф., священник. Из с. Песчано-Таволжанского Шадринскаго уезда. ЕЕВ№11 1914 г но;
27.Екатеринбургские епархиальные ведомости (ЕЕВ) 1912№35;
28.ЕЕВ 1912№36 но;
29.ЕЕВ 1912№38;
30.ЕЕВ 1912 № 41 но;
31.ЕЕВ 1912 № 41 оф;
32.ЕЕВ 1912 № 41 но;
33.ЕЕВ 1912№48 оф.;
34.ЕЕВ1913№6но;
35.ЕЕВ1913№34;
36.ЕЕВ 1913№36 оф;
37.ЕЕВ І9І4 № 4. 26 Января,но;
38.ЕЕВ 1914 № 5 но;
39.ЕЕВ 1914 №6 но;
40.ЕЕВ 1914№7 но
41.ЕЕВ 1914 № 8;
42.ЕЕВ 1914 №9 но;
43.ЕЕВ 1914 №12;
44.ЕЕВ І9І4№ 13;
45.ЕЕВ 1914 №15 но;
46.ЕЕВ 1914 №17 но;
47.ЕЕВ 1914 №18;
48.ЕЕВ 1914 №37 1 стр.811-816;
49.ЕЕВ 1915 №8 но;
50.ЕЕВ 1915 №9 но;
51.ЕЕВ 1915 №40 но;
52.ЕЕВ 1915 №4 оф;
53.ЕЕВ 1915№9;
54.ЕЕВ 1916 №21;
55.ЕЕВ 1916 №29;
56.ЕЕВ 1916 №44 оф;
57.ЕЕВ 1917 №1-2 оф;
58.ЕЕВ 1917 № 6 но;
59.ЕЕВ 1917 № 9 но;
60.ЕЕВ 1917 №10-11 но 5-12 марта;
61.ЕЕВ 1917 № 12 но 19 марта;
62.ЕЕВ 1917 № 12 19 марта;
63.ЕЕВ 1917 № 13-14 26 марта-2 апреля;
64.Епископ Петропавловский и Камчатский Игнатий (Пологрудов). Бездоказательные, лживые сведения стали препятствием в канонизации митрополита Нестора (Анисимова) http://rusk.ru/st.php?idar=1001195;
65.Заботы Архипастыря по удовлетворению религиозных потребностей воинов. ЕЕВ 1915№4 но;
66.Известия Екатеринбургской церкви (ИЕЦ) № 9,1917 г с.2;
67.ИЕЦ №10, 1917.с.3;
68.ИЕЦ № 15, 1917 г. с. 2;
69.ИЕЦ№14, 1918 с.257-258;
70.Из дневника Николая II http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=12457;
71.Из дневника Александры Федоровны г. Екатеринбург, дом Ипатьева май — июль 1918 г. http://www.sakharov-center.ru/asfcd/auth/?t=page&num=12457;
72.К принятию священного сана Товарищем Прокурора И. В. Сторожевым. ЕЕВ 1912№38но стр. 923-924;
73.Конец русского Харбина часть 2 http://www.kitai-journal.ru/chinarussia/273-konec-russkogo-harbina-chast-2.html;
74.Крылов-Толстикович Александр Русские врачи XVIII — начала XX столетий. http://www.proza.ru/2012/12/27/678;
75.Лукашкин А. Протопресвитер о. Николай Пономарев. К кончине доброго пастыря // Православная Русь № 1, 1986 с.13;
76.Мурзин Александр. Екатеринбург 1918 г.: Сначала будущие цареубийцы убили брата Ленина. А потом царя… Литературно-краеведческий альманах «Уральская старина». Выпуск № 5, 2003 г. ;
77.Нижегородские Губернские Ведомости (НГВ) №14, 2 апреля 1880;
78.НГВ№19, 7 мая 1880;
78а.НГВ №10, 4 марта 1864 г отдел 1.
79.Нижегородский край. Памятная книжка Нижегородской губернии на 1900 г;-Н-Н, Типография Губернского Правления, 1899;
80.Нилус С. На берегу Божьей реки. Записки православного. Ч.1:- Издание Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1991 с. 15-16;
81.Опыт встречи: Церковь и интеллигенция в начале XX века // Империя и религия. К 100-летию Петербургских религиозно-философских собраний 1901-1903 гг.: Материалы Всероссийской конференции / науч. ред. А.В. Карпов, А.И. Тафинцев. — СПб.: Алетейя, 2006. С.21-46;
82.Памятная книжка Нижегородской губернии на 1855 год;-Н-Н, Типография Губернского Правления, 1855;
83.Панкратов Вячеслав.«Во Свет вошёл он…» К 135-летию со дня рождения И. В. Сторожева http://arzvesti.ru/2012-02-13-12-11-24/item/782-%D0%B2%D0%BE-%D1%81%D0%B2%D0%B5%D1%82%D0%B2%D0%BE%D1%88%D1%91%D0%BB-%D0%BE%D0%BD;
84.Перов А.И. Хроника жизни одной русской семьи в ХХ веке// Балтика № 2 2006 г;
85.Пономарев И. А. «Красуйся, дивный храм искусства и побед» К 100-летию открытия Суворовского музея// История Петербурга N 6 (22). 2004;
86.Последние дни пребывания в г. Екатеринбург Преосвященнейшего Митрофана, Епнскопа Подольскогого и Брацлавского. ЕЕВ № 15 1914 но;
87.Потапова И. В. Русская школа в Маньчжурии. 1898–1945 годы: монография / И. В. Потапова. – Хабаровск : Частная коллекция, 2010. – 186 с.
88.Православные храмы в Северной Маньчжурии:- Харбин, Китай,1931;
89.РГАЛИ ф. 199 оп. 1 ед.хр.89;
90.Селезнев Ф. А., канд. ист. н. Горинов Владимир Адрианович. http://www.hist.nnov.ru/persons/Gorinov.html;
93.Смерть пастыря на своем посту. ЕЕВ №6 1914 но;
94.Собрание благочинных Екатеринбургской епархии 16- 17 ноября 1916 г. ЕЕВ №8 1917но;
95.Cписок жителей города Смоленска на 1915 год. http://forum.smolensk.ws/viewtopic.php?p=7417545;
96.Справочная книжка и адрес-календарь Нижегородской губернии на 1914 г:-Н-Н, Типография Губернского Правления, 1914;
97.Статистическое описание церквей города Арзамаса, составленное в 1849 году протоиереем И.Сахаровым НГВ № 24, 15 июня 1888 г
98.Статистическое описание церквей города Арзамаса, составленное в 1849 году протоиереем И.Сахаровым. НГВ № 25, 22 июня 1888 г;
99.Сторожев Иоанн, священник. Слово, произнесенное 16 Сентября 1912 года при служении в Нижне-Тагильском Введенском храме. 1912№44 но 1045-1050;
100.Сторожев Иоанн, священник. Слово произнесенное при служении литургии Преосвященнейшим Епископом Митрофаном в Успенской женской общине близ г. Верхотурья. ЕЕВ 1912№39 но стр. 927-931;
101.Сторожев Иоанн, священник. Слово, произнесенное 2 Января 1913 года при служении литургии Преосвященнейшим Епископом Митрофаном в Екатеринбургском Кафедральном соборе в день молитвенного торжества по поводу сооружения Екатеринбургским Обществом Хоругвеносцев иконы Святителя Иоасафа, Епископа
Белгородекого. ЕЕВ 1913№6но стр.143-147;
102.Сторожев Иоанн, священник. На „Веселых Горах». (Изъ отчета Екатеринбургского Уездного Миссионера.) ЕЕВ 1913№51 но стр. 1236-1245;
103.Сторожев Иоанн, священник. На „Веселых Горах». (Изъ отчета Екатеринбургского Уездного Миссионера.) ЕЕВ 1913№52но стр. 1262-1274;
104.Сторожев Иоанн, священник. Слово, произнесенное 22 Октября 1913 года в Екатеринбургском Окружном Суде при совершении Его Преосвященством Преоевященнейшим Митрофаном, Епископом Екатеринбургским и Ирбитским, молебна и чина освящения иконы, сооруженной чинами судебного ведомства и присяжной адвокатурой округа Екатеринбургского Окружного Суда в ознаменование Трехсотлетия Царствования Дома Романовых. ЕЕВ 1913№44но стр.1031-1033;
105.Сторожев Иоанн, священник. К Верхотурским торжествам. ЕЕВ 1914№18 стр. 389-391;
106.Сухарев Ю.М. Жизнеописание митрофорного протоиерея Аристарха Рафаиловича Пономарева(+1967)// Материалы межрегиональной научно-практической конференции «Православие на Урале: вехи истории:-Екатеринбург,2012;
107.Тарантин Николай, священник. История храма Во Имя Всех Святых на Михайловском кладбище г. Екатеринбурга:- Екатеринбург, 2006 http://rudocs.exdat.com/docs/index-169203.html;
108.Фомин С. Алферьев Евгений Евлампиевич (2.10.1908—2.03.1986), церковный историк, церковно-общественный деятель http://www.rusinst.ru/articletext.asp?rzd=1&id=5445&abc=1;
109.Уральский край газ., 23 сентября, № 202, 1909;
110.Чичагов Серафим. Летопись Серафимо-Дивеевского монастыря. стр.168;
111.Харбинский синодик (священноцерковнослужители и церковные деятели). Челябинск, 2005;
112.Энциклопедия Екатеринбурга http://archive.is/ZGfBT;
113.Юбилейный сборник «Политехник 1969-1979» №10:- Объединение инженеров окончивших Харбинский политехнический институт, 1979;
114.http://anatom-samsmu.ru/cooperator/perhurov-km;
115.http://arzamas-rajon.ru/arzamas-people-u-f-h-ts-ch-sh.html
116.http://gorkiy.lit-info.ru/gorkiy/pisma/pismo-111.htm;
117.http://www.kino-teatr.ru/kino/acter/m/sov/28014/bio;
118.http://niznov-nekropol.ucoz.ru/index/informaciju_o_meste_zakhoronenija_a_g/0-1297;
119.http://www.ortho-rus.ru/cgi-bin/ps_file.cgi?4_9164;
120.http://www.rusalbom.ru/volodarsky2new.html;
121.http://ru.wikipedia.org/wiki/%CD%E5%F1%F2%EE%F0_%28%C0%ED%E8%F1%E8%EC%EE%E2%2;

122. Газ. «Церковные ведомости», изд. Архиерейским Синодом РПЦЗ, 1925 г, № 17-18.

123.Газ. «Церковные ведомости», изд. Архиерейским Синодом РПЦЗ, 1926 г, № 11-12.

124.Газ. «Церковные ведомости», изд. Архиерейским Синодом РПЦЗ, 1927 г, № 3-4.

Комментарии запрещены.

Полезные сайты