Сухарев Юрий

Календарь

Февраль 2019
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Янв    
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728  

Сухарев Ю.М. ГубЧК: «Молебен отслужить на этой неделе»

Мало, наверное, в годы Гражданской войны служилось молебнов о победе Красной армии. В своей книге «Екатеринбургская епархия. События. Люди. Храмы» протоиерей В.Лавринов называет служение епископом Григорием (Яцковским) литургии в Богоявленском кафедральном соборе и молебна на Кафедральной площади 13 июня 1920 г о даровании победы Красной Армии над поляками беспрецедентным случаем[1].

Рассмотрим это событие, а также аналогичное, произошедшее в августе того же года, подробно. Особенно его невидимую «подводную» часть. А она была. Оказалось, что за неполный год после изгнания Сибирской армии из губернии, ЧК очень плотно окутала епархию сетью осведомителей, все знала и фиксировала.

12 июня 1920 г  Екатеринбургский епархиальный совет письмом № 2528 направляет объявление (правильнее было бы назвать этот документ извещением). Адресатами являются граждане г. Екатеринбурга, работающие в железнодорожных мастерских («бывший монетный двор») Павлов Иван, Суворов Петр, Михайлов Павел, Сергеев Дмитрий и другие (всего 13 человек). Они извещаются, что «По просьбе вашей получено от Губисполкома разрешение, на котором резолюция Его Преосвященства от 30 мая – 12 сего июня последовала таковая: «Известить просителей, что на основании разрешения Исполкома, и в виду моего служения в Соборе Кафедральном в связи с обычным ходом в 10-е воскресенье, мной будет совершено просимое моление о победе Российских войск над поляками». Подписи члена Совета, вр.и.д. секретаря и делопроизводителя неразборчивы[2].

Поскольку следующая аналогичная просьба (о которой будем говорить ниже) была полностью инициирована ГубЧК, мы можем про граждан Павлова и иже с ним думать, что и они писали прошение под диктовку сотрудника с «холодной головой и горячим сердцем». Можем так думать, но писать не будем – нет оснований.

Сведения о значимом богослужении поступили в Секретный Отдел Екатеринбургской ЧК по борьбе с контр-революцией, спекуляцией и преступлениями по должности сразу от двух осведомителей. Осведомитель группы «А» по кличке «Вологдин» отчитался в тот же день 13 июня 1920 г. Он сообщил, что молебен на Кафедральной площади о даровании победы  «Российской армии над поляками» состоялся «при участии местного архи(е)рея, одного архимандрита и нескольких священников, протодьякона и двух дьяконов».

Заметим, что «Вологдин» был, видимо, близок к церковной среде: рядовой прихожанин не различит по виду дьякона и протодьякона.

«Подробности следующие: к окончанию обедни в собор стали приходить с иконами и хоругвями из местных церквей и девичьего монастыря, публики было полно. По окончании обедни архи(е)рей сказал слово, а именно он напомянул молящимся, что Россия когда-то страдала от нашествия татар, потом в семнадцатом веке было вторжение поляков, но тогда поднялся вес(ь) Русский народ и поляки были изгнаны и теперь, спустя триста лет, вновь Россия страдает от нашествия поляков и вот забыта вся междоусобная брань и даже старые герои, как Брусилов, примкнули к народу (подчеркнуто красным карандашом.-Ю.С.) дабы отразить врага, поляки говорят, что они идут устанавливать порядок – не вер(ь)те им, это обман; дальше он продолжать говорить на эту тему не стал, и добавил, что вот несколько граждан г. Екатеринбурга просили меня отслужить молебен о даровании победы над поляками сначала устно, потом письменно, я просил разрешения Исполкома, на что и получил согласие такого содержания, что против того, что служить молебны Исполком ничего не имеет и если народу не много, то можно в храме, а если в храме не поместятся все, то можно и на площади. Так вот, сегодня у нас крестный ход, то я и прошу молящихся помолиться на площади, где я буду служить молебен, что и было исполнено. Кроме того было провозглашено многолетие Российскому воинству и еще во время пения «Спаси Господи» архи(е)рей обратился к народу и сказал, пойте все, что тоже многими было исполнено».

Важная составляющая донесения – реакция населения. «Вологдин» это знает. «Из разговоров с молящими можно понять, что этим молебном очень довольны, и это некоторые говорили(:) давно пора, недоразумлений никаких не было[3]».

Сводка сведений (так именуется документ) имеет пометки: «По делу о духовенстве. Сов. секретно. В секретный отдел ВЧК, т. Лацис».

Товарищ Мартын Лацис – третий человек в ВЧК!  Почему донесение отправлено так высоко? Вариантов ответа, пожалуй, два. Либо это отчет о выполнении задания, либо чекисты посчитали информацию о таком повороте умонастроения духовенства и паствы заслуживающей внимания Центра.

Также донесение направлено для сведения заведующему секретно-оперативного отдела Губчека Храмцову.

Сотрудники ЕкГубЧК, 1920 г.

Второе донесение – от сотрудника разведывательной группы по кличке «Ермак» датируется 14 июня 1920 г и фактически повторяет основные моменты донесения «Вологдина».

Рапорт  помощника уполномоченного губчека Орлова  от 14.06.1920 г. о состоявшемся молебне на имя заведующего секретно-оперативным отделом  этой организации вбирает в себя содержательную часть донесений агентуры. Представляет интерес резюме: «Сказанная проповедь и отслуженный молебен обезоружил «чёрную свору» и соз[д]али хорошее настроение за борьбу с Польшей»[4]. Ну, это как-то не очень понятно…

Более откровенно высказался автор заметки в «Уральском рабочем» Н.Красовский. Заметка размещена в разделе «Тоже приспособляются…» и имеет название «Поповский противопанский молебен».

Автор пишет: «День 13 июня несомненно войдет в историю православной церкви. В этот день духовенство города Екатеринбурга в лице своего главы – епископа Григория демонстрировало свою солидарность с тем общим порывом, который охватил трудящихся Советской России перед угрозой польского нашествия. Подобно тому, как когда-то враждебно к нам настроенные генералы Брусилов, Верховский, Поливанов, теперь идут с нами, помогают нам в борьбе с панской Польшей, — екатеринбургское духовенство стало в этой войне определенно на сторону рабочее-крестьянской России против буржуазно-помещечьей Польши».

Далее автор пересказывает содержание проповеди епископа Григория. «После проповеди им на площади был отслужен молебен о даровании победы Красной армии над поляками».

Конечно, молебен был о Российском воинстве,  формально Красная армия не поминалась. Но ведь это Красная армия боролась с польским нашествием…

Далее из заметки Н.Красовского: «Эта проповедь и этот молебен с провозглашением многолетия «русского воинства» несомненно послужат поворотным пунктом в отношении екатеринбургского духовенства к Советской власти и гражданской войне».

Хоть Церковь и стала, по тексту статьи, на рабоче-крестьянскую сторону, но товарищ Красовский от нее на всякий случай дистанцируется. Это видно из  концовки заметки, в которой усматривается некое ехидство: «Если раньше оно (духовенство – Ю.С.) было определенно против нас и в деле организации контр-революции сыграло немалую роль, то теперь оно, прося у своего Бога победы для Красной армии, делается тем самым активным участником гражданской войны.

Что же, так и запишем[5]».

Вообще, польское нашествие (а «ляхи» заняли Минск и Киев) дало Советам шанс изменить идеологический формат войны, придать ей освободительный (от иноземцев) характер, задействовать патриотический фактор. И ресурс православной церкви был нужен большевикам в этот момент.

Главной проблемой Екатеринбургского Губчека в 1920 г. были дезертиры. Они, не желая участвовать в непонятной войне, прятались по лесам, их банды нападали на села, убивали совслужащих.

Сотрудники ЕкГубЧК  слева направо Храмцов Н.Я., Тунгусков А.Г., Штальберг Г.Н. 1920 г.

Освобождение страны от иноземцев – это понятный тезис, который, оказывается, поддерживает и Церковь. Выходи из леса дезертир и, благословясь, защищай Родину!

Поэтому злорадное ехидство Красовского («так и запишем…») вряд ли было в тот момент полит-корректным  с точки зрения большевиков. Товарищ не понял, а его не поправили…

То, что благословляющая десница церкви была востребована в тот момент агитационно-пропагандистской машиной Советов, говорит следующий документ (машинопись):

«Совершенно-Секретно.

Уполномоченному Губчека тов. КРЫЛОВУ.

Задание /БОЕВОЕ/

В виду того, что наши наступления на Западном фронте (уве)нчались успехом как-то зан(я)тием целого ряда городов: (Вил)ьно, Каменец-Подольск, Дубно и т.д. а также в связи (с п)редложением со стороны Польши мира с Советской Россией.

Предлагаю Вам в срочном порядке с целью агитации среди несознательных масс через посредство своей аген(тур)ы просить /настойчиво/ епископа Екатеринбургской Епа(рхи)и «ГРИГОРИЯ» под видом граждан религиозно верующих (сл)ужить торжественный благодарственный молебен на площа(ди) Кафедрального собора о победе ДОБЛЕСТНОЙ КРАСНОЙ АРМИИ (по)льской контр-революции, в лице отживающих останков бур(жуа)зного мира, панов и их приспешников.

Молебен должен быть отслужен на этой неделе.

Врид. Зав. С-Оперативным отделом Губчека (подпись неразборчиво).

19-го июля 20 года.

Помета: «Читал и к исполнению принял 19/VII 20 г. Пом. Упол. Подпись АБогородс(кий)[6]».

Сотрудники ЕкГубЧК  слева Храмцов Н.Я., в центре Тунгусков, 1920 г.

Уже 21 июля к владыке направляется агент «Рудник» с подписным листом о проведении благодарственного молебна. Но епископ «в теме». Он справедливо указывает, что война не закончена и мир не заключен, молебен служить «немножко рано». Владыка при этом сослался на вождя: «Товарищ Троцкий пишет в газете, что Польша еще сильна»[7].

Агент «Рудник» (пишущий в донесении «ето» и «ище»), без дополнительного инструктажа возразить политически подкованному епископу ничего не смог.

Но уже 23-го числа он снова у владыки и   возражения Высокопреосвященного  парирует «безсилием Польши, которое видно из газет» и взятыми «нами» городами. «Рудник» пишет, что видя его настойчивость, архиерей согласился принять обращение, но передать его рассмотрение в Епархиальный совет[8].

Епископ Григорий, как видно и из этого сюжета, был человеком очень умным и осторожным, чем создавал проблему чекистам. Те сильно  желали его «посадить», а повода он им не давал. В 1922 г, когда  его все-таки «закрыли», церковный народ недоумевал: «Понять не могу, за что Высокопреосвященный попал. Тот никогда зря не трепал языком и очень умен и остроумен[9]».

еп. Григорий

Однако Епархиальный совет мог собраться только с разрешения ГубЧК, что не позволило осуществить мероприятие в сроки, определенные теми же чекистами. Вот такая загогулина получилась…

В последние числа июля Епархиальный совет, за подписью члена совета Ивана Яковлева, направляет в Екатеринбургскую губернскую «чрезвычайку»  письмо, где «в следствии конфиденциального предложения от 16 апреля 1920 г за № 106» (которое, видимо, установило порядок организации собраний) просит разрешить созвать собрание представителей приходов и настоятелей церквей Екатеринбурга и Верх-Исетского завода в здании Епархиального совета (Детский городок д. №14) 8 августа в 8 вечера, для «обсуждения ходатайства граждан о служении на площади Кафедрального собора молебна о даровании победы над поляками». Собрание «имеет быть под председательством священника о. Анатолия Меледина».

Заметим, что в письме речь идет не о благодарствовании за победу, а о даровании победы (которой, между прочим, в полном объеме так и не состоялось).

На письме резолюция: «Тов. Крылову. Собрание разрешить. 31.7.20». Подпись та же, что и на «боевом задании», ВРИДа Зав. секретно-оперативного отдела[10].

Второго августа Епархиальный совет направил во все храмы и монастыри города извещение о собрании[11]. Копия извещения на следующий день уже находилась в распоряжении помуполномоченного ЧК  А.Богородского. И подшита к «делу духовенства». Как и протокол собрания представителей приходов, состоявшийся 8 августа.

Из протокола мы узнаем и текст прошения, подписанного 55 лицами. «Мы, нижеподписавшиеся граждане города Екатеринбурга и Верх-Исетского завода просим Ваше Преосвященство отслужить благодарственный Богу молебен о даровавшей нам победе над польскими панами, с многолетием нашей доблестной Красной армии, в воскресенье 27 июля, на площади Кафедрального собора».

14-тью голосами против 7 воздержавшихся прошение было удовлетворено и «согласно заявлению присутствовавшего на собрании  одного из граждан, подавших прошение ( это был «Рудник» — Ю.С.), время совершения молебствия приурочить к праздничному или воскресному дню, по усмотрению его Преосвященства».

На подлиннике протокола епископ Григорий 9 августа 1920 г оставил резолюцию: «Просимый благодарственный молебен будет отслужен 1-го августа (ст.стиль — Ю.С.) после крестного хода на воду на Соборной площади»[12].

Агент «Рудник» в своем донесении рассказывает о ходе собрания. Воздержавшиеся, 7 человек, заявили «что они не могут вмешиваться в церковные дела, так как это может решить владыко. На это председатель собрания свящ. Меледин Анатолий заявил, что владыко послал на усмотрение собрания да-бы не было на его нарекания /…/». На собрании не было настоятеля Кафедрального собора Троицкого Павла Николаевича, который прислал письменное заявление, что он голосует за служение молебна. «Еще было заявление [что] пока нет еще окончательной победы, то на это ответил председатель собр., что мы обязаны служить молебен и больше никаких возражений не было и собрание было закрыто[13]».

О сем 10 августа гражданам, написавшим прошение, было направлено уведомление. А именно П.С.Ушакову, И.Я.Перминову, Д.И.Васильеву, И.Г.Водовозову и другим[14].

Сведений о проведении молебна и откликов на него не сохранилось.

Выводы исследования:

1.К лету 1920 года Екатеринбургская губернская чрезвычайная комиссия уже имела  в церковной епархиальной среде  значительное количество осведомителей, что позволяло отслеживать ход проведения богослужений, содержание проповедей, реакцию прихожан на церковные события.

2.Губчека в период войны с Польшей пыталась (и успешно) включить ресурс РПЦ в свою политико-агитационную обойму, используя для инициирования нужных действий Церкви свою агентуру. 

pdf-версия статьи (для ссылок)

[1] Лавринов В., протоиерей. Екатеринбургская епархия. События. Люди. Храмы. – Екатеринбург: Изд-во Урал. ун-та, 2001. С.33

[2] ГААОСО Ф.р.1 Оп.2 Д.73697 Т.2 Л.16

[3] Там же, Лл.17-17 об.

[4] Там же, Л.21 об.

[5] Газ. «Уральский рабочий» № 18 от 18 июня 1920 г.

[6] ГААОСО Ф.р.1 Оп.2 Д.73697 Т.2 Л. 23в

[7] Там же, Л. 24

[8] Там же, Лл. 25-25 об.

[9] Там же, Л.100

[10] Там же, Л. 27

[11] Там же, Лл.28-28об.

[12] Там же, Л.29

[13] Там же, Лл. 30-30 об.

[14] Там же, Л.31

Комментарии запрещены.